Татьяна Толстая. Почему учиться писать не помешает никому?

Татьяна Толстая. Почему учиться писать не помешает никому?

Книги жарь
фото: Анна Правдюк

Трудно договориться о том, что такое гений. Его часто ничто не предвещает. Это внезапные прорывы. Человек не писал, и вдруг из него прет, идет нерасчлененный поток из головы. Поэтому мы не знаем, как у гения устроена голова.

Зато знаем, что

Обычно описывают, как музу. Писатели обычно мужчины, поэтому муза -- это такая симпатичная "Марьиванна", которая приходит и помогает. Потом был уже шестикрылый серафим, который Пушкину язык вырывал и вставлял свой. Вкладывал силу.

Начинающий писатель еще не самоуверенный, еще не знает, как все устроено. Он находится среди равнодушной толпы, а у него есть, что сказать. И хорошо, если среди равнодушной, а то у нас оказываешься среди очень умных и злоязычных критиков, как в фейсбуке, где человека обольют с ног до головы.

А бывает, начинают писать из зависти. Ой сколько тиражей, ой, премии, я тоже так хочу. А некоторые вот и Нобель получают, я все же это читал, а освою-ка я – если отсюда приходит желание, то это хуже. «Туда» тебя не взяли, где ходят по воздуху и им это нравится, и ты просто присоседился к этой компании. Если завидуешь тем, кто прыгнул на воздух и пошел, то не с того конца начал.

Скидмор колледж в Саратога-Спрингс, где преподавала Толстая

В колледже, где я преподавала, было четыре писателя. Они преподавали для великовозрастных детей.

Все четверо знали, что научить этому нельзя, но показать путь получения образованности можно. Как? Можно обратить внимание молодых людей на грандиозные ямы, ошибки, которые можно засыпать, залатать и после этого можно приблизиться к желаемому.

С чтением у студентов было плохо. Если ребенок из католической школы пришел, то никаких проблем, они к тексту привыкли. А в публичных школах их не утомляли: от чтения же голова заболит. Условно говоря, зачем учить таблицу умножения, если есть калькулятор? Так у них было устроено.

Таким сложно читать большую американскую литературу. Они не хотят читать, им некогда. Я разбежалась: думала, "Каренину" в этом семестре возьмем и прочтем, сколько сможем. Боже упаси, и пяти страничек за неделю не прочтут. Рассказ неспособны прочесть, нет системного мышления. Причинно-следственных связей. Но если они при чтении рассказ целиком не воспринимают, как они его напишут?

Лучше всего схемы рассказа показывать по О'Генри. В штатах он считается средним или даже ниже среднего писателем, но по нему легко видеть, как строится драматический рассказ. Как "Дары волхвов" или "Фараон и хорал". Даешь им десяток рассказов О'Генри, и что-то там в голове у них начинает работать.

Простой и ясный урок метафоры: описываете красавицу. Алебастровая мраморная шея, волосы, как плавленое золото. Вот это все. Или иначе: глаза как барвинки, волосы, как пшеница. Это набор штампов, но разный: в первом случае у нас холодная красавица, а во втором -- теплая красавица. Работа разных метафорических кодов, и ее удобно показывать с помощью штампов.


Или вот упражнение: берем военного, который хочет сделать предложение девушке в кафе, и используем во всем рассказе военную лексику. Очень любят это упражнение. прикладывание разных метафорических кодов

До смешного доходило: я им говорю -- если героиню в начале рассказа зовут Сьюзен, то и в конце она должна быть Сьюзен. И обязательно кто-нибудь эту Сьюзен по ходу рассказа внезапно "переименует" в Рейчел. И ничего не поделаешь.

Другая проблема: героиня выходит из ресторана садится в машину и едет к Нему. Но как описать это все? Вот она заводит машину, потом жмет педаль газа, забыла снять с ручника, снимает с ручника... У меня была студентка, который вот так не могла на этой машине поехать. Описывала и описывала, а машина не двигается.

Но как описать поездку? Это проблема. Что мы хотим показать? Поглощение дороги? Ночь? Вещь контекстуальная. Просто позвал и она приехала -- это не рассказ.


У Набокова есть рассказ "Уста к устам". Графоман хочет писать и публиковаться, и у него герой приходит в театр, идет в гардероб и он должен получить номерок и сдать шляпу и трость, но он не знает, что с этой тростью делать. У него герой должен с молодой любовницей бежать в ночь, но куда девать эту трость?

Вообще, штампы -- вещь тоже относительная. Можно написать, что у человека будто было три руки, и если в случае гардероба это графомания, то в случае, когда Набоков в "Весне в Фиальте" описывает жонглирующую девочку, и унее будто три руки, то получается отличный образ.

Чтобы понять, нужно читать; нужно читать, видя, как с подобными проблемами справляются великие писатели.


У Кэтрин Мэнсфилд есть рассказ "Мисс Брилл". Старая дама по выходным выходит гулять в сад, парижский парк. Она надевает любимую горжетку в виде лисы и идет посидеть на скамейке и посмотреть "спектакль жизни" перед ней. Оркестр играет, воздух пьянит, как холодное шампанское (и весь рассказ -- метафора театра). Когда пойдет домой, она в булочной купит кусочек кекса и до дома будет гадать, попадет в этом кексе ей лишний орешек или нет. Такие вот маленькие радости.

И вот такой же день, она садится слушать оркестр, а рядом с ней садится молодая пара. Они начинают над ней смеяться: старая горжетка, мол, на жареную селедку похожа.

Дама встает и уходит.

Даю студентам задание: допишите рассказ. Никто ничего интересного не пишет. Ну мальчики там придумывают вроде и тут она достала два пистолета и этих голубков перестреляла.

У всех, в общем, идет развитие дальше линейно

А рассказ заканчивается на самом деле так:

По дороге домой мисс Брилл обычно покупала в булочной кусочек медового пирога, чтобы побаловать себя в воскресенье. Иногда ей попадался миндальный орешек, иногда нет. Это имело огромное значение. Если в пироге был орешек, мисс Брилл чувствовала себя так, будто несет домой крошечный подарок — неожиданную радость — что-то такое, чего у нее могло бы и не быть. По миндальным воскресеньям мисс Брилл всегда спешила домой и торопливо, даже дерзко, разжигала огонь, чтобы поставить чайник.
Но в этот день она прошла мимо булочной, поднялась по лестнице, зашла в свою маленькую темную комнату — похожую на чулан — и опустилась на красное одеяло. Она сидела так очень долго. Коробка, в которой мисс Брилл хранила горжетку, лежала на постели. Она быстро расстегнула застежку на шее и так же быстро, не глядя, положила горжетку назад. Но когда мисс Брилл опустила крышку коробки, ей показалось, что она слышит чей-то плач.


Если у человека нет дара писать, то нельзя сделать ничего. Гений не осознается.

"Дама с собачкой" -- гниальный рассказ. Столько смыслов. Не замечали? Все, что связано с героиней, описывается визуально или с упоминанием глаз, а все, что с Гуровым, с помощью слуха. Причем необязательно говорится, что он что-то услышал. Они окружены облачком из слов, которые имеют отношения к слуху или видению.

Если дара нет, ничего этого не будет.


Если писатель всерьез читает разборы своих текстов и смотрит, чего он понаписал, и если на него это сильно воздействует, то, значит, не надо это читать

Я читала несколько разборов своих текстов, они не мешают тексты производить, но говорят о том, что есть проблема с коммуникацией: некоторые критики, филологи слишком увлекаются своими теориями. Мир устроен таким образом, что какой приложишь к нему инструмент, такой результат и получишь. Когда к тексту прикладываете занимательную теорию, вот это вы и получаете.

Был у кого-то разбор, что у Чехова все женщины страдают, значит, Чехов -- мизогин. Ну смешно.

Как понять, что правильно нашел ключ к тексту? Нужно понять, какова центральная идея текста и что вокруг этого ядра происходит. Если все работает на центральную идею, то да, мы нашли правильный ключ.

У гениального текста есть еще разные уровни, и к каждому подбирается такой ключ.

Очень важно в дидактическом смысле показать студентам отвратительный текст – всего лишь слова составил, казалось бы, а животное осталось мертвое. Хороший текст -- он живой. Важный элемент хорошего текста -- волшебство

Когда текст осмыслен и весь текст работает на этот смысл слова и фразы там нужны зачем-то, даже если автор в сторону уводит. Как гоголевские метафоры.

А от плохого текста ощущение смертельной скуки: слова видишь, а они потухшие.

Книги жарь — Канал писателя Сергея Лебеденко. Новости современной  литературы, советы начинающим писателям, литературоведческий ликбез и просто образец хорошего текста.