«Танцы со смертью
Ночь. Пугающую темноту заброшенного театра смягчают тусклые свечи, висящие на стенах, загорающиеся одна за другой и разнося по всему залу тревожную мелодию скрипки.
Но вопрос, правда ли этот театр заброшен?
В центре зала на широкой сцене, юноша начинает свой одинокий спектакль. Одна его рука резко взмывает вверх и сжимается в тот же миг, стараясь зацепиться за надежду. Только вот на что или на кого?

Шаг. Поворот. Еще один шаг, за ним резкий взмах руками, словно напуганная птица бьется у самой верхушки клетки и не может выбраться, хотя выход открыт. Мелодию скрипки теперь дополняют быстрые и мощные удары барабана, словно в такт им юноша преодолевает расстояние от центра сцены к самому ее краю, наклоняясь непозволительно близко к части зала, что сокрыта во тьме. Наклоняется еще ближе к ней и проводит кончиками пальцев по самой границе, но резко возводит руки к потолку и повинуясь барабанному ритму отходит снова к центу сцены, продолжая свой спектакль.
А там, в густой тьме сидит мужчина и с жадным восторгом упивается каждым вздохом души и склоняет голову чуть в бок, ловя новые оттенки страха на бледной коже парнишки. Он чувствует его в каждом полуобороте и легком движении кисти, без всякого стеснения наслаждаясь. И туже натягивает невидимые цепи вокруг его души, сдавливая все сильнее.

Медленно, но верно мелодия подходит к своему завершению, подталкивая к самому краю сцены, вновь заставляя коснуться ее или возможно даже окунуться с головой, без шанса на призрачную надежу свободы. И юноша повинуется без всякого сопротивления, потому что сам же отпустил последнюю ниточку свободы, как только прозвучали первые ноты мелодии. Он вновь склоняется опасно низко, всматриваясь в темноту долгие несколько секунд и падает в пропасть, потому что глаза, что смотрят оттуда так велели. А выбора, кроме как беспрекословно повиноваться, просто не могло быть.
Юноша медленно открывает глаза и сердце непозволительно быстро начинает биться. Пред предстали бескрайные горизонты кровавых ликорисов.
— добро пожаловать домой, жизнь моя.