«Там, где ты» (1/1)

Всё началось не с любви, а с ненависти. Когда Шарль появился в их классе в начале сентября, Макс фыркнул громче всех. «Папин сынок», вынес вердикт Макс, глядя, как Шарль аккуратно раскладывает на парте тетради. Золотые часы на руке Леклера блеснули так, что у Ферстаппена зачесались кулаки.

Макс и его друзья жили по законам двора: сила, грубость и иерархия. Но Шарль не вписывался в эту жизнь. Он не лебезил перед учителями, но и не боялся Макса. Когда Макс в коридоре специально толкнул его плечом, Шарль лишь поправил пиджак и спокойно сказал: «Осторожнее, Ферстаппен. Не сломай что-нибудь».

Макс опешил. С ним так не разговаривали. Он почувствовал странный укол злости и… интереса.

Их дома стояли напротив, разделенные лишь широкой дорогой и строительным забором. У Макса была убитая двушка на третьем этаже старой панельки, а у Шарля — большая квартира с панорамными окнами в новостройке.

Однажды вечером, возвращаясь от друзей, Макс случайно поднял голову. В прямоугольнике окна на третьем этаже горел мягкий свет. Там, в белой рубашке с закатанными рукавами, стоял Шарль. Он держал в руке бокал, смотрел куда-то вдаль, и в его позе было столько тоски и отчуждения, что у Макса перехватило дыхание.

Он стоял и смотрел. Минуту, две, десять.

На следующий день Макс пропустил прогулки с друзьями. Вместо этого он стоял под окнами, глядя вверх. На него орал дворник, мимо проходили чужие люди, но Макс не двигался. Он просто ждал, пока Шарль подойдет к стеклу.

Шарль увидел его. Нахмурился и дернул штору.

Макс усмехнулся. Ему понравилась эта реакция.

На следующий день Макс все также ждал. Шарль показал ему средний палец. Макс расхохотался, он чувствовал себя сумасшедшим, но остановиться уже не мог.

Шарль открыл окно. С высоты 3-го этажа его голос звучал тихо и хрупко:

— Ты больной? Что тебе нужно? Денег? Я вызову полицию.

Макс задрал голову, щурясь от света уличных фонарей

— Мне нужен ты.

Это прозвучало так громко и честно, что Шарль отшатнулся и захлопнул окно.

В школе наступило затишье. Макс перестал надоедать всем, стал лучше учиться. Его друзья не понимали, что происходит. Они думали, он готовит что то для «мажора». Но Макс просто сидел за последней партой и смотрел на Шарля.

Во время контрольной по физике Макс вырвал лист из тетради, накатал записку и запустил ее через весь класс. Она приземлилась прямо на парту Шарля. Учительница не заметила.

Шарль развернул бумажку. Внутри было написано корявым почерком: «Я не хочу чтобы мы были врагами. Просто хочу стоять под твоим окном. Это единственное место, где я чувствую себя живым. Прости.»

Шарль замер. Он обернулся. Макс сидел с красным лицом, сжимая руками край парты, и смотрел в пол. Он боялся. Впервые в жизни Макс Ферстаппен боялся осуждения.

После урока Шарль подошел к нему. Обычно он обходил Макса за версту. Но сейчас он остановился, наклонился перед его партой и тихо спросил:

— Ты поэтому стоишь там каждый вечер? Потому что тебе там «живо»?

Макс поднял глаза. Он видел каждую родинку Шарля и легкую усталость под глазами.

— Там, где ты, там и мне хорошо, — хрипло сказал Макс.

Шарль вздохнул, покачал головой и… улыбнулся.

Впервые не вежливо-светской улыбкой, а по-настоящему, тепло и устало.

— Сегодня в 20:00, — сказал Шарль. — Я спущусь. Не надо стоять столбом под моими окнами, это выглядит жалко. Мы просто… погуляем.

Макс, гроза района с дурной репутацией, в этот момент почувствовал, как его сердце пропустило удар и ухнуло куда-то вниз, разбивая все стены, которые он строил годами.

Он глупо кивнул.

В 20:00 Макс стоял у подъезда элитного дома, сжимая в руке букет полевых цветов. Дверь открылась, и вышел Шарль. Без пиджака, в простой футболке и джинсах, без своих часов. Он выглядел… обычным. Досягаемым.

— Цветы? — усмехнулся Шарль. — Ферстаппен, ты удивляешь.

— Заткнись и возьми, — буркнул Макс, протягивая букет.

Шарль взял цветы, понюхал и посмотрел на Макса. 

— Знаешь, я видел, как ты каждый день стоял. Я делал вид, что меня бесит. Но я ждал. Мне было. одиноко, Макс. Ты единственный, кто заметил меня настоящего.

Макс не выдержал.

Он шагнул вперед и крепко обнял Шарля, уткнувшись носом в его плечо. Пахло дорогим парфюмом и теплом.

— Я теперь всегда буду с тобой, — шепнул Макс. — Даже если ты меня прогонишь.

Шарль обнял его в ответ, сжимая в руке небольшой но такой дорогой букет.