Такие же дети
Текст Александры Фокиной![](/file/0e90e5cb0daf01568d228.jpg)
Сворачиваю со Сретенского переулка и ныряю в большую арку. Жутко опаздываю на занятие по подготовке к школе. Фотограф Сережа уже там. Еще одна арка. Идти немного волнительно, хотя уже не в первый раз. Открываю дверь в дом Ферганы: здесь находится интеграционный центр «Такие же дети».
Созданный в 1996 году, он занимается поддержкой детей беженцев. Ребятам помогают учить русский язык и устраиваться в местные школы. Помогают справляться с бытовыми трудностями и сложными жизненными ситуациями. Работники и волонтеры центра говорят, что их цель – в создании адаптивного пространства для детей из семей, вынужденных покинуть свои дома в ДРК, Кот-д'Ивуаре, Камеруне, Афганистане и бежать от войны сюда, в Россию. Сейчас ребят около сотни, новые обращения – через ООН, «Гражданское содействие» и церковь – поступают почти каждый день.
![](/file/f3349c361c8b74caa1b4e.jpg)
Урок в импровизированном классе уже начался. В комнате шестеро детей, три мальчика и три девочки – они сами подсчитали. Многие сейчас болеют и не ходят. Самое большое внимание арифметике. Каждому раздали по листочку, вырванному из тетради, на нем преподаватель заранее сделал прописи цифр. Увереннее всех выглядит Мустафа из Афганистана, а Мари из Кот-д’Ивуара чаще поглядывает на книги любимого оранжевого цвета, стоящие на полке.
![](/file/a408b2949f179910cb949.jpg)
Настя Кузина, координатор программ Центра, рассказывает, что для девочек учеба в Центре часто обрывается раньше нужного. По традициям, которых придерживаются некоторые семьи воспитанников, после 14 лет стоит переключиться с образования на замужество.
«Одной девочке папа запретил ходить в Центр. Узнал, что она встречается с кем-то после занятий. Влюбилась. Это какое-то время продолжалось, но, благо, уговорили, что называется, под свою ответственность, чтобы девочка ходила, не бросала» - рассказывает Настя.
Историй много, обычно они не относятся к разряду понятных всем. Сейчас один из воспитанников не может посещать занятия, потому что у семьи нет денег на маршрутку: отцу – африканскому беженцу с одной почкой – впрочем, как и матери, работу найти непросто.
![](/file/406a96f32faba8a26b991.jpg)
Сижу, записываю. Рядом младшие ребята играют в прятки с волонтером. Думаю, наверное, надо будет спросить об историях с хэппи-эндом – не может быть все так беспросветно.
Да, говорит Марина. Вспоминает бывших воспитанников, поступивших в Бауманку и в РГГУ. Рассказывает о Заре, которая мечтает стать стилистом и в рамках программы "Сопровождение" скоро начнет занятия по профессии с практикующим специалистом - парикмахерский колледж ее семья не может себе позволить. Показывает фото очаровательного Мардока из Конго, который мечтает стать автомехаником – сейчас ищут мастерскую или стажировку, где его могли бы обучить.
Марина – директор Центра и большой реалист. Она работает в гуманитарном секторе с окончания школы. «Все дети одинаковые,» - говорит она просто. И продолжает рассказ об успехах и проблемах, о предстоящей работе.
Марина похожа на молодого стартапера: постоянно консультируется с коллегами из успешных благотворительных проектов вроде питерской «Ночлежки» на тему эффективного менеджмента и упорядочивания работы, думает об устойчивом позиционировании Центра, ищет источники финансирования, мечется между ООН, «Гражданским содействием» и Центром с телефоном под ухом.
Раскладывает все по полкам: для деятельности Центру необходимы учебники, канцелярские принадлежности, множество бытовых предметов. Все это съедает бюджет и часто не хватает на самые простые вещи. Приходится постоянно что-то придумывать, чтобы все работало.
![](/file/bce131a5283620db9f073.jpg)
Сегодня у Кристины, семья которой бежала из Заира, день рождения. Я думала о подарке, но решила, не стоит. Марина говорила, что это серьезно – когда у детей, живущих по десять человек в комнате, нет ничего своего. Реакция на подарки другому может быть разная.
Самюэль помог Кристине задуть свечи на домашнем торте. Каждый получил щедрый кусок, это бывает редко. Две мамы воспитанников – беженки из Афганистана – принесли пряную халву. Африканки, попробовав, стали на французском выманивать рецепт. Пара попыток жестами и по-русски объяснить технологию приготовления со стороны афганок заставляют меня вспомнить слово «farine» («мука») и включиться в переговорный процесс.
![](/file/c12d2591217f2308edb99.jpg)
Уютная картинка детского праздника диссонирует с пониманием того, куда ребята вернутся после. Что ждет их в школе, если повезет устроиться. Где будут жить, как выживать и к чему стремиться ровно такие же дети.
Выхожу на улицу, опаздываю на пары. Иду назад, к Чистым, окруженная красивыми старыми зданиями. Ноябрьский ветер, бьющий в лицо, заставляет снова думать о том, каково им всем добираться домой: без зимней обуви, с кучей пересадок до тесной квартиры в Подмосковье, которые беженцам предоставляет «Гражданское содействие». И хочется что-то сделать.
Яндекс-кошелек для помощи «Таким же детям» номер 410018037373495 https://yasobe.ru/na/takie_zhe_deti_SHA
Контейнеры для сбора наличных вы можете найти в Jeffery’sв корпусе на Мясницкой, «На Чили-2» на Старой Басманной.
Центр также будет рад канцелярским предметам, прописям и игрушкам.
![](/file/980a95a1271b0da5c02f4.jpg)