Тайна 35-го двора ч.1

35 Двор сегодня не баловал разнообразием, в прочем, как и всегда. Превозмогая удушливую жару, простой и свой с доску парень Даня, он же «каша», и он же «конфликтмен» тренил на турниках в свое удовольствие. 

Не сказать, что он по натуре являлся классическим гопником, либо же осознанно пришел к подобному, отчасти маргинальному образу жизни. Нет. Просто так уж сложилось, что круг общения составляли простые пацаны с района, а мать на базаре своевременно прикупила ярко-красные обновки фирмы адидас, что и стало началом его уличной личности. 

Но ветерком сегодня погода не баловала, прокуренная дыхалка выдавала своё состояние легкой хрипотцой, и он, довольный собой, наконец отпустил металл, спрыгнув на землю. Отдышался, глотнул кипяченой тёплой воды, которую заблаговременно сцедил бутылку из остывшего домашнего чайника, и с облегчением выдохнул приятную усталость. 

Но что-то было не так. Незримое присутствие кого-то левого дало о себе знать тихим шелестом соседних кустов. Первая же мысль была проста - кошки ебуться. Но пораскинув мозгами, Кашин понял, что сейчас вроде как не март месяц, да и по району носились преимущественно собаки. Тогда он предположил другой вариант - нарики, и как только подобная мысль закралась в рыжую, пусть и светлую, но не от ума голову, ноги уже решительно несли его к месту предполагаемого получателя людей. Он подошел к небрежным кустам, за которыми никто не ухаживал, и резко развёл листву в стороны.

— Ты че, ёбу дал? — сплюнул тот через плечо, наблюдая за открывшейся картиной. — Ща бы пизды отхватил, умник хуев. Че ищешь то? Клад, нахуй? 

На земле, на корточках, сидел и внимательно рыскал по зарослям Тушенцов - местная груша для битья. На словах, конечно. На деле же его почти никто не трогал, свой же пацан, все таки, со своего двора, пусть и странный. Вот только ключевое словечко тут «почти». «Нефор» то и дело отхватывал за дело, да и просто, для профилактики, преимущественно от ребят с чужого района. Но сегодняшний день стал исключением. Руслан поднял свой заспанный, полный недовольства взгляд на рыжего соседа и даже не думая держать себя с узде начал глаголить истину: 

— Батю своего. Говорят, где-то тут помер. 

— Еблан? 

— Да ключи проебал. Спасибо Хове. Удружил, пидор. 

— Хуя ты базаришь кучеряво. — усмехнулся Кашин, заинтриговавшись подобными заявлениями. — Хова мой кореш ваще-то. Забыл? — он по-прежнему придерживал одной рукой невысокий куст, большим пальцем второй руки ковыряясь в зубах на предмет обеденных семок. — Так чё случилось? 

— А ты не знаешь? — удивился тот, недоверительным тоном, не поднимая глаз, после чего сразу нашёл в траве блестящую находку и выпрямился, слегка прихрамывая. Свободной рукой он придерживал бок, который явно саднило после недавних побоев. С Хованским всегда так, он если и бьет, то туда, куда не видно. 

— Не-а. Но если отхватил, то походу за дело. А сделал то чё?  

— Родился. 

— Ой, да не пизди. По-любому ж причина то есть. 

— Вот и спроси у дружков своих. — бросил в след Тушенцов, разворачиваясь на выход во всём своем черном одеянии. И как ему не жарко? — Ахуеешь, что расскажут. 

— Ебать интриган. — сплюнул тот на землю, шмыгнув носом и отворачиваясь, потеряв к удаляющейся фигуре всякий интерес. 

Турник тут же заманчиво блестнул на солнце своим истертым до гладкого металла покрытием, но гложило теперь совсем другое. У Данилы появились вопросы, и кажется, гогот пацанов в далеке мог бы дать ответы на большинство из них.