Те-Папа Тонгарева: музей и бикультурализм

Национальный музей Те-Папа Тонгарева (Te Papa Tongarewa) в Веллингтоне – это не только самый посещаемый музей Новой Зеландии, но и всемирно признанный пример реализации концепции бикультурализма и идеи партнерства с коренным народом (маори) во всех аспектах музейной деятельности. На русском языке упоминания Те-Папа пока редки, а в научной литературе и образовательных программах по музеологии он не встречается (практически) нигде. Анастасия Серикова захотела исправить эту ситуацию и рассказать нам о музее через обзор на книгу Тани Шуберт-МакАртур «Бикультурализм в Национальном музее Новой Зеландии: Этнография Те-Папа», опубликованную в 2019 году.
В это обзоре мы узнаем, что такое концепция бикультурализма и как она может быть реализована на практике. 

Публикация: Таня Шуберт-МакАртур «Бикультурализм в Национальном музее Новой Зеландии: Этнография Те-Папа». Routledge, 2019 | Schubert-McArthur T. Biculturalism at New Zealand’s National Museum: An Ethnography of Te Papa. Routledge, 2019.

Об авторе: Таня Шуберт-МакАртур получила степень магистра в Университете Карла-Эберхарда в Тюбингене в Германии и защитила докторскую диссертацию по культурной антропологии в Университете Виктории в Веллингтоне (Новая Зеландия). В течение нескольких лет она работала научным сотрудником, гидом и организатором мероприятий в музее Те-Папа.

О книге: после открытия в 1998 году, музей Те-Папа (в переводе с маори – «сундук с сокровищами») получил положительные отзывы от музейных экспертов со всего мира. Например, американский аналитик музеев и туризма, Барбара Киршенблат-Гимблетт утверждала, что Tе-Папа «это смелое и инновационное предприятие». Сэр Нил Коссон, тогдашний директор Британского Музея Науки, предсказывал, что Те-Папа «будет международным нарушителем стереотипов», а канадский музейный консультант Кэтрин Коул отмечала, что «то, что происходит в Новой Зеландии – модель для многих из нас» [с.3]. За прошедшие 20 лет музей стал мировым лидером в сфере сотрудничества музеев с индигенными сообществами, и как отмечает Конал Маккарти из Университета Виктории в Веллингтоне, одним из самых влиятельные музеев последних пятидесяти лет [xviii Foreword].

В центре внимания автора, Тани Шуберт-МакАртур, находится то, как, по прошествии 20 лет после открытия музея, работает концепция бикультурализма и партнерских отношений с коренным народом в повседневной музейной практике. Книга состоит из восьми глав, которые последовательно иллюстрируют бикультурализм в музее Те-Папа через призму его становления (глава 1), интерпретации (глава 2), реализации (глава 3), изучения (глава 4), внедрения (глава 5), борьбы с ним (глава 6) и его понимания (глава 7). Автор шаг за шагом исследует предысторию создания музея; то, как сотрудники понимают бикультурализм; как ориентирующая идея реализуется через ритуал приветствия и другие мероприятия в Те Мараэ (место церемониальных встреч маори в музее); как обучаются сотрудники и, в свою очередь, учатся обучать посетителей; как бикультурализм работает (или нет) с точки зрения организационной культуры музея; как решаются такие сложные вопросы, как работа с человеческими останками; и как музей трансформировался в институцию, которая стремится выразить бикультурные цели.

Эта книга не о музейной педагогике, исследованиях посетителей, или выставочной деятельности. Она – про ежедневное практическое взаимодействие сотрудников из числа коренного и некоренного населения и формирование их идентичности в результате совместной работы в музее [с.8]. Чтобы создать общее представление о музее и книге в рамках одного (небольшого) обзора, сначала я отмечу идеи и концепции, на которые опирается автор, затем опишу контекст создания музея Те-Папа, и приведу несколько примеров бикультурализма на практике из разных глав книги.

Теория: источником вдохновения для Шуберт-МакАртур послужила книга Шэрон Макдональд «За кулисами музея науки» 2002 года (Behind the Scenes at the Science Museum). В этой работе Макдональд большое внимание уделяет исследованию посетителей Музея Науки в Лондоне при помощи этнографических методов, а Шуберт-МакАртур применяет музейную этнографию для изучения сотрудников музея [с.9]. Используя теорию Ирвинга Гоффмана из «Представление себя другим в повседневной жизни» (1956) как основу для анализа бикультурализма в Те-Папа, она рассматривает музей как «театр» или «сцену» [с.9-10]. Опираясь на понятие «музея как контактной зоны» Джеймса Клиффорда, Шуберт-МакАртур интерпретирует Те-Папа как «зону контакта», расположенную на границе между коренными и некоренными народами. Это отправная точка, в которой империализм и колониализм уступают место различным голосам и мнениям, и музей становится «третьим пространством», где происходят встречи и люди преображаются через взаимодействия [с.10].

Одно из центральных понятий книги – бикультурализм. В случае Новой Зеландии это – придание равной ценности двум культурам (культуре коренного народа маори и европейской иммигрантской культуры) на уровне государственной политики [с.11]. Глобальное движение прав человека 1960-х годов побудило маори к борьбе за свои права, культуру и язык. Бикультурная политика, принятая в 1984 году, оказалась решением для Правительства Новой Зеландии. Немного позже, в 1987 году, язык маори стал вторым официальным языком Новой Зеландии [с.15-16].

На практике, бикультурализм сразу же виден посетителям Tе-Папа, когда они входят в музей. Хозяин (не обязательно маори) встречает посетителя традиционным приветствием маори; вывески, тексты внутри музея и вокруг него дублируются на английском и языке маори. Отдельная экспозиция посвящена Договору Вайтанги – основополагающему документу в Новой Зеландии 1840 года, в котором закрепляется партнерство между коренными и некоренными жителями. Вместе с генеральным директором, Те-Папа управляет кайхату (лидер маори). Старейшины маори наблюдают за проведением маори тиканга (культурных практики и ритуалов). Значительное количество сотрудников музея – маори. У музея есть свое Те Мараэ (традиционное место церемониальных встреч маори), где проводятся церемонии приветствия делегаций, участников конференций, иви (других племен маори) и хапу (кланов маори) или репатриации и захоронения коиви тангата (человеческих останков маори, которые раньше хранились в других музеях). Кроме того, все открытия и закрытия выставок в Те-Папа (даже когда они проводятся заграницей) сопровождаются ритуалом благословения маори с таонгой пуоро (духовыми инструменты маори), каракия (молитвами) и вайата (песнями) на языке маори [с.4].

Создание музея: еще в середине ХХ века в музеях Новой Зеландии размещались артефакты маори без учета их культуры и традиций к показу тех или иных предметов, например - татуированных голов Мокамокай (предков маори), что было для маори оскорблением и отталкивало их от музеев [с.22]. Началом новой эры в отношениях между маори и музеями Новой Зеландии стала выставка о маори, которая в 1984-1885 годах очень успешно путешествовала по городам США. В 1986 году, выставка с обновленным названием «Те Маори: Путь домой» вернулась в Новую Зеландию, и ее международный признание привлекло к ней более 900 тысяч новозеландских посетителей. От других проектов эту выставку отличало то, что маори не только участвовали в разработке и проведении выставки, но и занимались ее менеджментом, кроме того, артефакты маори было показаны как изобразительное искусство, а не как «диковинки» или этнографические образцы [с.22].

«Те Маори» стала главным катализатором трансформации музеев в Новой Зеландии, одним из которых было привлечение маори в качестве музейных работников, для чего в 1980-е была создана специальная программа обучения [с.22], а другим - радикальное переосмысление музея как национального учреждения, что стало основой для создания Те-Папа как «государственного эксперимента» [с.24]. К тому времени, предшественник Tе-Папа – Национальный музей на Бакл-стрит в Виллнигтоне, открытый в 1865 году, под одной крышей с Национальной художественной галереей, был статичным, колониальным музеем, который очень нуждался в обновлении. Поэтому, разработка концепции нового музея, основанного на бикультурализме, началась уже в конце 1980-х. Руководство будущего музея приняло новую политику в отношении коллекций – мана таонга – которая дала маори право собственности на таонга (реликвии маори), а музей выступал в качестве их смотрителя [с.34].

Документ об основании Те-Папа был подписан в 1992 году, а строительство музейного здания велось с 1994 по 1998 годы. Между «старым музеем» на Бакл-стрит и Те-Папа было два основных изменения: переход от этнографической демонстрации маори к показу их живой культуры и позиционирование музейных сотрудников как «хозяев» музея, которые принимают гостей [с.37]. Символом этих изменений стал торжественный перенос реликвий маори из старого музейного здания в новое. Открытый в 1998 году музей Те-Папа включает в себя постоянные экспозиции о культуре маори, истории и природном мире Новой Зеландии.

Бикультурализм на практике

Проведение ритуалов [с.68-78]: Те Марае – экспозиционное пространство, открытое для посетителей и функционирующее традиционное место собраний маори для проведения ритуалов и церемоний. Те Марае в музее Те-Папа не принадлежит какому-либо племени маори, оно задумывалось и проектировалось как общеплеменное место встречи для маори и бикультурное пространство для не-маори. На практике же, Таня Шуберт-МакАртур выявляет ряд проблем, например, противоречия (иногда ссоры) между сотрудниками маори из разных племен, которые имеют различные представления о правильности проведения ритуалов и церемоний. Это приводит к тому, что представители более консервативных взглядов избегают участия в ритуалах, а сотрудники не-маори не вмешиваются в эти конфликты.

Церемония приветствия [с.78-86]: В Те-Марае проводятся специальные церемонии приветствия маори. Их организуют в целях, связанных с музеем (встреча нового сотрудника, приветствие возвращения останков предков маори при их репатриации из других музеев), или в коммерческих целях, что является значимым источником дохода музея (постоянные экспозиции бесплатны для всех посетителей). Шуберт-МакАртур отмечает, что многие сотрудники не-маори осуждают и избегают участия в платных церемониях приветствия. Для них участие или не участие является выбором, а для сотрудников маори – обязанностью, так как они хотят поддержать своих коллег-маори. Так, персоналу маори необходимо совмещает в себе две культуры, в то время как сотрудники не-маори могут выбирать степень своего участия в бикультурализме.

Обучение языку [с.88-93]: в Те-Папа проводят занятия всех уровней по языку маори для всех желающих. Сотрудники музея имеют право на один урок в неделю в рабочее время. Регулярно посещают занятия только 10 процентов сотрудников, большинство из которых – не-маори. Так как преподаватель языка – не-маори, это вызывает напряжение со стороны маори, они стесняются показать, что могут знать язык предков на начальном уровне и овладевать им медленнее не-маори.

Традиционное пение [с.93-107]: группой сотрудников, разучивающих традиционные песни маори (их нематериальное наследие), руководят маори. Эти занятия отличаются своей методикой от того, к чему привыкли не-маори: уроки не структурированы, хаотичны, тексты запоминаются за счет повторения за ведущим и погружения в процесс пения. Несмотря на то, что эти занятия открыты для всех сотрудников музея, такая устная традиция обучения отталкивает не-маори. Примечательно и то, что на занятиях традиционного пения доминирование маори проявляется и в том, что они выбирают участников группы, которые будут исполнять песни на церемониях в музее и других мероприятиях вне его.

Реликвии и ограничения [с.136-151]: Таонга – это артефакты или реликвии маори, воплощение их предков. Музей Те-Папа принимает концепцию маори о таонга как о живых существах и адаптирует музейную практику под эти представления. Юридическое владение таонга принадлежит племенам маори, а музей выступает просто в роли смотрителя. Признание связи между маори и таонга имеет первостепенное значение для Те-Папа, поэтому, исходные сообщества маори могут время от времени брать свои артефакты из коллекции музея и использовать их в церемониальных целях. В Те-Папа таонга хранится отдельно от других коллекций в особых хранилищах коллекций маори, за ними присматривают маори-хранители. Эти хранилища периодически открыты для посещения в рамках экскурсионных групп, но посетители должны соблюдать ряд правил, в частности – запрет на посещение таонга для женщин во время беременности и менструации, что вызывает критику со стороны посетительниц не-маори. Сами маори объясняют этот запрет заботой о женщинах в уязвимых состояниях от духов предков, которые живут в таонга.

P.S. Кроме книги Тани Шуберт-МакАртур, больше о Те-Папа можно узнать в книге Конал МакКарти «Те-Папа – Обновление Национального музея Новой Зеландии, 1998–2018 гг.» 2018 года [McCarthy, C. (2018) TePapa – Reinventing New Zealand’s National Museum 1998–2018. Wellington, Te Papa Press, 2018, 256 p.]