«Tóxico.»

В квартире пахнет неприятным, удушающе-сладковатым шалфеем. Черноволосый кривится и стаскивает с себя сапоги, оставляя их у входа. В воздухе витает сизоватый дымок, и тянется он, кажется, из гостиной. Парень направляется туда, несмотря на тошноту, посдступающую к горлу из-за крепчающего аромата этих злосчастных благовоний.

На диване, спиной ко входу, развалилась девушка в красном халате. В одной руке она держала тонкую ножку полупустого бокала, а в другой - дымящуюся ароматическую палочку. Пепел с неё падал прямо на белоснежный диван и рассыпался, растирался, оставляя сероватые следы на белой обивке. Девушка даже не оборачивается на чужие шаги.

—Я же просил тебя проветривать. —Слышится тихий смешок. Девушка поворачивает голову и смотрит на парня, стоящего в дверном проёме. На лице её красуется кривая улыбка, с морщинками в уголках губ, с неприятными, острыми скулами и узкими, жуткими глазами.

—Это моя квартира. Делать я в ней вольна всё, что пожелаю, — с благовоний снова падает обгоревший кончик и с глухим "бух" разбивается о тот же диван. —Ты так быстро вернулся. Как обычно все вокруг хуёвые, а ты один золотой, да?

—Завались. Ты сама знаешь, что в таких блядушниках обычно говорить с людьми не о чем. —Фыркает юноша и отводит взгляд. Девушка же ставит благовония в подставку, а бокал на тот же кофейный столик, смахивает пепел с дивана в ладонь и медленно подходит к юноше. Смотрит насмешливо, в глазах читается липкое, неприятное отвращение, будто вот-вот - и парню плюнут в лицо жгучим ядом, разъедающим лицо.

—Тебе придётся с ними общаться. Такие одиночки как ты дохнут в первый же год, потому что у них нет никакого авторитета в городе, —тонкий, как палка, бледный палец с бордовым длинным ногтем тычется в обтянутую тканью грудь. Острый кончик неприятно упирается в грудную клетку и, кажется, даже оставляет след. —Такие как ты, Алтан, на дорогах не выживают.

Юноша поджимает губы, силясь выпалить что-то неприятное в ответ, но вовремя прикусывает язык. Ссориться с сестрой - себе дороже, потому что кроме неё положиться в финансовом плане не на кого. Она работает, а Алтан только-только начинает вкушать взрослую, тяжёлую жизнь. Пусть сестра богата и никто из них двоих ни в чём не нуждается, старшая имеет скверный характер, чем сильно усложняет жизнь.

—Снова ты заводишь эту шарманку, Юма. Ты же знаешь, что я не собираюсь тут крыть никаких притоны или, ещё чего, создавать их, путём взяток и хороших "связей". —Черноволосая успела сделать только пару шагов от брата, как тут же остановилась, заслышав подобные слова. С тоненьких губ сорвался очередной смешок.

—А я и не прошу тебя этим заниматься. Тебе нужно достать для меня информацию, а не строить бизнес, —У парня виднеются желваки, но Юма всё равно продолжает. Плевать она хотела на то, что братца это злит. —Ты думаешь, я бы доверила тебе то, что так долго строила наша семья? Ни в коем случае, моё прекрасное юумэн бэшэ (ничтожество). Благодари за то, что я всё ещё не вышвырнула тебя. Ты мне ой как нужен, иногда.

И в этом "нужен" ни капли любви. Алтан знает, что она его ненавидит, что ей до скрежета зубов надоело видеть его в своей квартире. Но она не отпустит, ведь братец знает слишком много, чтобы вот так просто позволить ему дышать полной грудью.

***

—Поедешь туда ещё раз и найдешь мне человека, — Ни "доброе утро", ни "как спалось" - всё как обычно. Под нос вместо тарелки с завтраком суют фотографию, на которой изображён какой-то мужик.

Алтан спросонья хочет наорать и съебаться куда-нибудь за город, на природу, где можно будет хотя бы подышать чистым воздухом, а не сраными благовониями вперемешку с отвратительным запахом табака. Но фотография и впрямь заинтересовывает - на ней изображён вчерашний блондин, который так хотел познакомиться. Неужели от него есть какой-то прок.

—Ну и нахуя он тебе? —Бурчит Алтан, скрещивая руки на груди и устремляя взгляд на пьющую кофе сестру.

—Это Дракон. Он член клуба "The Вurning Mouth" и не просто член, а его основатель. Клуб большой, имеет хорошие связи с местными органами, потому что ни в каких противоправных действиях замечены не были, — Алтан вскидывает бровь в недоумении, но сестра фыркает, дабы тот даже рот не смел открывать. — Но подпольно парочка из его, так скажем, близких, сами балуются и другим толкают. Где берут - неясно, но наша задача выудить побольше информации об этих людях и, конечно, о поставщике.

—Не наша, а твоя, —Хмуро отзывается парень, вставая из-за стола дабы заварить себе чая. —Я не буду этим заниматься и марать свою честь.

—Будешь. Я тебя не спрашивала, Алтан, ты сделаешь это и точка. —У Юмы голос холодный, стальной, отдающий в уши звоном металла. У Алтана мурашки бегут по спине, будто по ней провели чем-то холодным. — Мне ничего не стоит всю твою "честь" втоптать в грязь и лишить тебя возможности прожить нормальную жизнь. Будь добр, хотя бы раз не перечь мне.

Юноша ругается себе под нос, но в ответ ничего не говорит. Молчит, но знает, что ничего сделать не сможет.

***

После вчерашнего дождя людей стало больше. Теперь уж на стоянке около бара красуются мотоциклы разных марок и моделей, годов выпуска. Машин, конечно, тоже в достатке, но их куда меньше, чем вычищенных.до блеска байков. Похоже, Алтан приехал вовремя.

Тот же бариста с синими волосами приветливо улыбается юноше и довольно быстро делает заказ, состоящий из того же мохито. Алтан губами обхватывает трубочку и рассматривает его: крепкие руки с кучей белёсых резаных шрамов, такое же крепкое тело, пара татуировок на шее и нашивка на рубашке на плече - тоже какая-то метка. В общем, ничего примечательного.

Сзади слышится громкий смех, и черноволосый не может не обернуться. Прямо рядом с ним, за столиком, хохочет какой-то грузный, темноволосый мужик, в кожаной черной куртке и "цветом" на ней. Такой же, как у бариста и "Дракона" - значит нужный клиент.

Алтан перестаёт возиться с трубочкой и залпом выпивает всё мохито, после чего плавно слезает со стула и подходит к мужчине в кожанке. От него пахнет табаком, и юноша морщится, но всё равно встаёт за спиной мотоциклиста и скрещивает руки на груди.

—Слыш, мужик, —Мужчина оглядывается и хмурится, недовольный таким тоном. Карие глаза окидывают юношу с ног до головы, оценивая внешний вид и пытаясь угадать намерения. — Гоняешь, нет?

—Ну гоняю. Тебе чего, маленький? —Мужчина встаёт из-за стола, и внезапно оказывается на голову выше самого Алтана. Конечно, яйца от вида бородатой огромной горы мышц в страхе поднимаются, но заднюю давать нельзя.

—Я хз как у вас правильно.. давай наперегонки? —Алтан едва не краснеет щеками, потому что мужик по-доброму улыбается и снова заливается смехом, благо, не злорадным. Тяжёлая рука ощутимо хлопает юношу по плечу, да так, что младшему кажется, будто плечо точно будет в синяках после таких "дружеских" похлопываний.

—Маленький, ты мне гонку что-ли предлагаешь? —Черноволосый наигранно фыркает и вот-вот хочет съязвить, но его прерывают.

Прерывает рука на другом плеча и бас, прямо в самое ухо. Алтан морщится.

—Со мной давай "наперегонки", Горгона. —Руки чешутся развернуться прямо сейчас и двинуть "Дракону" в нижнюю челюсть, но, увы и ах - нельзя!

—Я с этим.. Как тебя звать? —Обращается Алтан к мужику, с которым разговаривал ранее. Тот буркает короткое "Волк" и недовольно смотрит на блондина за спиной юноши. Черноволосый снова обращается к блондину позади. — Хочу с Волком.

—На что тебе этот старый пень, ну? Он поддаваться будет, —"Волк" закатывает глаза, а блондин лыбу давит. —Так что, Горгона, может всё-таки со мной?

—Прекрати меня так называть. Я ж говорю, что с Волком хочу, чё доебался?

—Один разок со мной. Если выиграю - скажешь имя и номерок, если ты выиграешь - перестану называть Горгоной. —Алтан закатывает глаза, понимая, что сделка от слова совсем невыгодная.

—Если я выиграю, то ты отъебёшься от меня, а?

—По рукам. Волче, одолжи свой "рояль", по-дружески.

Черноволосый закатывает глаза - мало того, что понтуется Дракон много, так ещё и мотоцикла своего нет. Во посмешище, как его такого ещё не выгнали пинком под зад из клуба?

Но раз уж условились, надо делать. Алтан не дожидается, пока блондин выпросит у Волка ключи, а сразу же отходит к своему байку, ведь ещё нужно будет найти подходящее место. Хотя тут и искать не надо - рядом объездная трасса, которой редко кто пользуется.

Постепенно подтягиваются посетители уличного бара. За десять минут около Алтана и Дракона скапливается толпа, свистящая и кричащая какую-то поебень. Юноша не вслушивается, опуская козырёк шлема, лишь бы не слышать толпу и не видеть, как самодовольно ухмыляется Дракон, плюхаясь за старенькую ямаху Волка.

—Круга по объездной до третьего поворота с вас хватит. Финиш пусть тут и будет, шулай итеп син..(чтоб вас..) —Волк говорит громко, четко, видно, что не впервой уж в таком участвует.

Как только рука Волка опускается вниз, Алтан газует что есть сил.

***

Свежий воздух заполняется аро выхлопными газами. Объездная трасса недалеко от бара вдруг оживает. Резина прогревает асфальт, добавляя в воздух ещё и запах гари. Черный мотоцикл яростно несется вперед, не давая выйти вперёд белой ямахе. Бмв то и дело лавирует, подрезает, а белый байк идёт следом, ни на миллиметр не отставая. Алтан, заведённый и предвкушающий свободу окончательно взбодрившийся, поглядывает в зеркало заднего вида и довольно усмехается. Вытягивает руку над головой, показывая мотоциклу сзади средний палец.

— Ну, чёрт, что ж ты подставляешься! —Ворчит юноша, видя как слегка сбавляет скорость Дракон, но это не радует. Азарт гаснет, так ведь не интересно вовсе!

Дракон переключает скорость и газует сильнее. Вот это Алтану нравится.

Ямаха сзади не сдается и, спустя секунду, выравнивается с черным БМВ. Вдруг, Дракон ещё прибавляет газа и на метр опережает, с ликующим рёвом мотора отправляя сопернику воздушный поцелуй.

Алтан фыркает себе под нос. Есть ещё шанс обогнать Дракона на повороте, но вот незадача - как только юноша поворачивает, старший подрезает его и вырывается на десяток метров вперёд.

—Сука!

***

Первым, конечно, приходит Дракон. Юноше хочется плюнуть в эту запотевшую, самодовольную рожу, показавшуюся из-под шлема. Алтан весь взведённый, но старается держать себя в руках, даже когда блондин вальяжно подходит к нему и склоняется к лицу.

—Так как тебя зовут, Горгона?

—Алтан. Номер на твоей железной тарантайке нацарапаю, найду только чем. —Дракон ещё больше лыбу давит - нет, напрашивается на плевок в рожу.

—Нацарапай. Ты же у нас слишком гордый, чтобы циферки назвать.

—Пошёл нахуй.

И Алтан правда на следующий же день нацарапывает на двери автомобиля свой номер телефона и "пососи" в качестве бонуса, дабы Дракон не думал, что Алтан какой-то там выёбистый придурок.