Сюжет ролевой «ZALDRÌZES»

Рейнис Таргариен правила долго и, по меркам Вестероса, достаточно стабильно. Её не любили все, но почти все уважали, а главное — боялись. Она умела держать баланс между великими Домами, не допуская, чтобы кто-то из них слишком усилился, и в то же время не доводя дело до открытых войн. При ней королевство не было идеальным, но оставалось управляемым. Однако проблемы начали накапливаться ещё при её жизни, и главной из них стали её собственные дети.

Они росли в атмосфере соперничества, каждый считал себя более достойным наследником, чем остальные. Сначала это выражалось в спорах при дворе, затем в формировании собственных кругов сторонников, а позже — в открытых конфликтах между их приближёнными. Рейнис пыталась сдерживать их, иногда жёстко, иногда через договорённости, но полностью подавить их амбиции она так и не смогла. К концу её жизни стало очевидно, что после её смерти борьба неизбежна.

Когда она умерла в 139 году от Завоевания, всё то напряжение, которое годами копилось при дворе, вырвалось наружу. Сначала начались политические манёвры, попытки заручиться поддержкой великих домов, заключение браков и тайные союзы. Но очень быстро это переросло в насилие. Один из сыновей погиб при странных обстоятельствах, другой начал открыто собирать войска, третий попытался захватить столицу. За несколько лет почти все дети Рейнис либо погибли, либо были устранены, но война на этом не закончилась — наоборот, она только расширилась, потому что на их место пришли их наследники.

К 149 году от Завоевания Вестерос уже не был единым государством в привычном смысле. Формально Железный трон всё ещё существовал, но на деле он был лишь символом, за который боролись сразу несколько сил. Речные земли превратились в главный театр войны, потому что именно там пересекались армии разных претендентов. Замки переходили из рук в руки, деревни выжигались, а местные лорды часто меняли сторону просто чтобы выжить.

Самой старшей по праву оставалась принцесса Дейна, внучка Рейнис по линии её первенца. С точки зрения закона её претензии были практически безупречны, но на практике всё оказалось гораздо сложнее. Её брак с домом Грейджоев дал ей мощную военную поддержку на море, но сильно подорвал её положение среди остальных лордов. Многие считали, что она слишком связана с железнорождёнными, а её дети уже не воспринимались как полноценные Таргариены. К тому же слухи о её образе жизни только усиливали недоверие. В итоге её поддержка была ограниченной: сильный флот и агрессивные союзники, но мало реальной поддержки на материке.

На другом полюсе находились принцы Эйнар и Мейгор, сыновья среднего сына Рейнис. Именно их линия первой перешла к открытому насилию, и именно они задали тон всей войне. Они действовали без оглядки на традиции и законы, предпочитая силу любым переговорам. Их армии двигались быстро и жестоко, они не щадили ни замки, ни мирных жителей, если те оказывали сопротивление. Их поддерживали в основном те, кто либо боялся их, либо хотел воспользоваться хаосом. Однако такая тактика имела и обратную сторону: с каждым годом против них становилось всё больше врагов.

Более взвешенную позицию занимала принцесса Эйлора, дочь третьего сына Рейнис. Её положение значительно усилилось благодаря браку с домом Мартеллов, что обеспечило ей поддержку Дорна. Кроме того, на её стороне выступил дом Веларионов, не только из-за родственных связей, но и из-за старых обид: её мать, происходившая из этого дома, была казнена в начале конфликта, и это стало личной причиной для мести. В отличие от многих других претендентов, Эйлора не спешила вступать в каждую битву. Она действовала осторожно, укрепляла союзы, копила силы и старалась выбирать моменты для ударов. Постепенно это сделало её одной из самых опасных фигур в войне, потому что её успехи были не случайными, а продуманными.

Отдельную линию представляли принцы Бейлон и Мейкар, сыновья Эйреи Таргариен, младшей дочери Рейнис. Их права на трон были слабее, чем у Дейны, но при этом они не вызывали такого страха, как Эйнар и Мейгор, и не имели спорной репутации. Именно поэтому часть лордов начала рассматривать их как компромиссный вариант. Они не были самыми сильными, но за ними стояли те, кто устал от войны и хотел хоть какого-то порядка. Проблема заключалась в том, что в условиях постоянных сражений умеренность часто проигрывала жестокости и решительности.

Постепенно в конфликт начали всё активнее вмешиваться великие дома. Сигорд Старк долго сохранял осторожность, но в итоге был вынужден вступить в игру, опасаясь, что нестабильность на юге рано или поздно затронет и Север. Джейсон Ланнистер, напротив, увидел в происходящем возможность усилить своё влияние и действовал гораздо активнее, поддерживая те силы, которые были выгодны Западу в конкретный момент. Война перестала быть только борьбой Таргариенов — она стала общей войной за будущее всего королевства.

На этом фоне особенно выделялся дом Гарденеров. Простор, один из самых богатых и населённых регионов, мог сыграть решающую роль в конфликте, но его правительница Мириэль Гарденер сознательно отказывалась втягивать свои земли в войну. Она видела, к чему приводит борьба драконов, и понимала, что если Простор окажется вовлечён, последствия будут катастрофическими для всех. Её позиция долго воспринималась как нерешительность, но со временем стало ясно, что именно благодаря ей в Вестеросе ещё оставалось место, где сохранялся порядок.

Именно Мириэль в итоге выступила с инициативой собрать великий совет в Харренхоле в 149 году. Это было отчаянное, но продуманное решение. Она предложила всем сторонам временное перемирие и гарантировала безопасность участникам под своими знаменами. Её армия и ресурсы стали тем щитом, который должен был не позволить претендентам просто перебить друг друга прямо на месте переговоров. Многие сомневались, что это сработает, но усталость от войны была настолько сильной, что большинство всё же согласилось.

К моменту начала совета в Харренхоле в замок стекались представители всех сторон. Одни ехали с надеждой наконец закончить войну, другие — с намерением использовать переговоры в своих интересах, третьи — просто чтобы оценить силы противников. Никто не доверял никому, и даже под защитой Гарденеров каждый понимал, что одно неверное слово может снова разжечь войну.

И всё же сам факт того, что они собрались в одном месте, уже был чем-то новым для этого расколотого королевства. Впервые за десять лет у Вестероса появился шанс не на победу одной из сторон, а на попытку договориться. Вопрос был только в том, готовы ли те, кто вырос и закалился в этой войне, отказаться от неё ради мира, или же Харренхол станет лишь ещё одной точкой, после которой конфликт вспыхнет с новой силой.