Сюжет (Минхо)

Стены Лабиринта смыкались с оглушительным гулом, от которого земля под ногами дрожала, отдавая в пятки. Мия влетела в Глейд одной из первых, тяжело дыша и буквально на ходу сбрасывая с плеч лямки потертого кожаного жилета. Сердце колотилось где-то в горле, но не от усталости, а от липкого, ледяного страха.

Под тканью кофты с длинным рукавом левую руку жгла рваная рана.

Сегодня днем, сворачивая в секцию 3, она не рассчитала траекторию на скользком повороте и со всей дури налетела на острую каменную глыбу. Металлический штырь, торчащий из стены, едва не вскрыл ей предплечье. Кровь хлынула моментально, промочив одежду. Мия, давясь слезами от резкой боли, забилась в тень тупика, быстренько отрезала кусок от запасной футболки из рюкзака и туго перетянула порез.

Она не могла допустить, чтобы кто-то узнал.

— Еще одна рана, Мия, и ты больше в Лабиринт не выйдешь. Будешь сажать картошку вместе с остальными, — фраза Ньюта до сих пор звенела у нее в ушах. Алби тогда молча кивнул, подтверждая жесткий ультиматум.

Вечером у костра она старалась вести себя как обычно, но каждый шаг и любое резкое движение давались с трудом.

— Ты чего дергаешься, как гривер под током? — раздался над ухом насмешливый, но внимательный голос.

Минхо прошел мимо, бросив на нее быстрый взгляд, и присел на бревно неподалеку. Он наблюдал за ней весь день. Обычно Мия рвалась вперед, не обращая внимания на мелкие ссадины, а сегодня бежала необычно осторожно, избегая резких поворотов.

— Все в порядке, просто устала, — буркнула Мия, быстро спрятав левую руку за спину и натягивая рукав до самых кончиков пальцев.

— Устала? Ты? Не смеши меня, — Минхо прищурился, но развивать тему при остальных не стал.

Прошло пару дней. Рана и не думала заживать нормально — без качественной обработки она зудела и явно начинала воспаляться. Мия дергалась от каждого случайного касания.

Ближе к сумеркам они дописывали карту в обители бегунов. Мия потянулась к верхней полке за свежим рулоном пергамента, совсем забыв про осторожность. Ткань кофты натянулась, задираясь вверх, и рукав соскользнул до локтя. На бледной коже проступил бурый, неряшливо завязанный бинт, сквозь который отчетливо просвечивало темное пятно запекшейся крови.

Она тут же отдернула руку, сдергивая рукав обратно, но было поздно. Минхо, сидевший напротив за деревянным столом, замер. Его глаза сузились.

— Пошли, — коротко бросил он, поднимаясь с места.

— Что? Куда? Минхо, мне надо дорисовать...

— Я сказал, пошли, — в его голосе не было привычных шуток. Он схватил ее за правое здоровое запястье и потащил на улицу, в сторону дальнего угла Глейда, где среди густых деревьев стоял старый инструментальный сарай.

Затащив ее внутрь, Минхо задвинул деревянную дверь и повернулся к ней, скрестив руки на груди.

— Покажи, — отрезал он.

— Минхо, там ничего нет, правда! Я просто...

— Мия, не делай из меня идиота. Я видел бинты. Ты хоть понимаешь, что делаешь? Если Ньют увидит, он тебя заживо закопает!

— Пожалуйста... — голос Мии дрогнул, и вся ее защитная броня в миг осыпалась. В глазах блеснули слезы. — Пожалуйста, Минхо, не говори им. Ньют вышвырнет меня из Бегунов. Я не могу остаться в Глейде, ты же знаешь! Я сойду с ума!

— Ты дура, Мия. Настоящая дура, — тихо проворчал он, но в его тоне больше не было злости. — Снимай кофту. Или хотя бы задери рукав.

— Ты расскажешь Алби? — с надеждой и страхом спросила она, осторожно натягивая рукав вверх. Повязка присохла к ране, и Мия поневоле поморщилась от острой боли.

— Не расскажу, — ответил Минхо, вытаскивая из кармана небольшую баночку со смолой и чистые сухие тряпки, которые он, видимо, прихватил по дороге. — Это останется между нами. Но с одним условием: перевязывать тебя буду я.