Свинья на виселице

«Гнев фермеров не утихает: ожидается, что 15 января в акции протеста против «светофорного» правительства примут участие 3 тыс. тракторов и более 10 тыс. демонстрантов. С семи утра фермеры выйдут на улицу со своей сельскохозяйственной техникой. Ожидается также множество пеших демонстрантов и сочувствующих!» Примерно такие новости расходятся по немецким и австрийским новостным лентам и бложикам. То ли предупреждают, чтобы обыватель закупился хлебом с маслом на случай перекрытия логистики, то ли, как и положено прессе, просто запугивают. Но если не создавать инфошум, то на его месте возникнет потребность в более детальном осмыслении фермерских протестов. Возможно, с уходом в историю страны.

А это то, чего нельзя делать ни в коем случае. Потому что крестьяне в Германии — это слишком важная часть не просто общества, но и национальной самоидентификации. То, что мы бы назвали скрепами. Да такими, что только тронь, и посыплется вся конструкция общественной жизни. Самый недавний пример — восстание фермеров Севера Германии в начале прошлого века, что во многом укрепило позиции Гитлера на выборах. И что ещё хуже — причины того восстания и бунта были неприятно похожи на нынешние: там и жлобские условия кредитов со стороны банков (которые, конечно же, в руках тех же людей, что ударили в спину воюющей в мировой войне Германии, — сейчас эту конструкцию принято называть «мифом»), последствия блокады со стороны «стран-победительниц» — то, что сейчас называют «санкциями», а ещё невыносимый гнёт репараций, которые собирали вроде бы как Англия с Францией, а жирела с них только Америка. И именно Америка отказалась структурировать долги, даже когда в Германии от голода начали умирать люди (до 100 тыс., и никто ни про какой голодомор не вспоминает почему-то). А ещё мало кто говорит, чем же таким унизили Германию при подписании Версальского договора. А всё очень просто: её абсолютно неправомерно и несправедливо объявили единственной страной, виноватой в том, что Первая мировая вообще началась. Так что крестьяне, как становой хребет немецкого образа жизни и экономики, ощутили на себе все прелести.

Да, Гитлер любил крестьян примерно за то, за что Сталин их не любил. Для гитлеровской партии они олицетворяли миф о прекрасной старой Германии, которую погубили юдобольшевики и веймарские голые вечеринки с развратными ивлеевыми. Ну, в общем, на время Алоизыч победил и крестьяне могли выдохнуть свободно. Правда, мобилизация коснулась и их, и их сыновей, но это будет потом.

После войны крестьяне ФРГ переживали расцвет — когда достижения химической и механической мысли позволили достичь невероятной производительности труда. Но чем дальше влево начинали крениться правительства, начиная с Меркель, тем больше мелких претензий стали к ним предъявлять. Мощным ударом по качеству продукта их труда стало повсеместное строительство супермаркетов и закрытие маленьких мясницких и прочих высококачественных площадок. Колбасно-сосисочное великолепие старой Германии превратилось в вонючие стандартные полки супермаркетов с вакуумными пачками дерьма неустановленного происхождения. И пластиковые овощи от «Монсанто» и немного испанских продуктов.

А потом, по мере съезжания всяких «Зелёных» с глузду, вдруг оказалось, что именно фермеры виноваты буквально во всём — от ядовитого красного мяса до глобального потепления. И тут фермеры внезапно поняли, что их просто конкретно сливают, землю отбирают под ветряки и марихуану, а жрать предлагается сверчков и червячков. И для того чтобы уничтожить не только автопромышленность, но и сельское хозяйство, на улицы выпускают «протестующую молодёжь» — Letze Generation и т.д., которые блокируют города и аэропорты, не стесняясь не пропускать даже машины скорой помощи.

Фермеры и это терпели. Но потом агент мировой закулисы и чистый враг народа (иначе его действия не объяснить ничем — разве что он просто непрофессиональный дурак) Роберт Хабек с зелёными товарищами просто лишил фермеров субсидий на дизельное топливо и прочих выплат по диким ценам на электричество. И это стало последней каплей. Фермеры вдруг решили показать, что вообще-то они есть, что они живы, и поехали колоннами тракторов на Берлин. И «светофорная» коалиция дико испугалась. Особенно нервно эти ссыкливые уроды реагируют на изображение виселицы на плакатах протестующих. Хотя чаще всего фермеры имеют в виду, что это их самих правительство довело до виселицы: «Мёртвый крестьянин хлеба не даст» (один из плакатов на чучеле повесившегося крестьянина). Но они знают, что это пришли за ними — практически с вилами.

Но. Протест крестьян не является политическим, потому что за ним не стоит ни одна партия. И это мудро. Так как по Основному закону ФРГ забастовки с политическими требованиями просто запрещены. Как? А вот так — кушайте вашу демократию, не обляпайтесь. Разрешены только забастовки с экономическими требованиями — и это они и есть.

Но истеблишмент, поменяв испачканные трусишки, пытается шить крестьянам некое «влияние правых экстремистов» и т.д. Что уже после ярлыков «правых экстремистов и нацистов» на лбу каждого, кто был не согласен с вакцинными мероприятиями, выглядит не смешно. Это уже устоявшаяся система, по которой в Германии стигматизируют любое несогласие граждан. Любой, кто не согласен с «красно-зёлеными», сразу становится правым экстремистом. Даже если ты не согласен с разметкой велодорожки у себя на районе.

Немудрено, что и про это тоже идет речь во вчерашней статье в Spiegel «Восстание фермеров: разгневанная страна». Вот буквально с первых строк авторы пытаются накинуть грязи на протест несчастных фермеров.

«Протесты фермеров вызывают всеобщее недовольство в обществе. Правые экстремисты пытаются использовать эти настроения для подготовки переворота. Опасная смесь для федерального правительства».  

Оу! Прямо-таки «переворота»? Если в Германии и будет переворот, то только когда клика Шольца скинет самого Шольца. Но фермеры тут ни при чём, не надо вешать им всех собак на воротник.

Но журналисты начинают свой эпический рассказ.

«Предупредительные огни мигают, тракторы сигналят, проезжая мимо офиса избирательного округа Роберта Хабека во Фленсбурге в среду. 1600 тракторов, легковых и грузовых автомобилей насчитала полиция. Среди них есть и бывшие военные машины. «Если фермер разорится, ваши продукты будут импортироваться», гласит плакат на одном тракторе. «Сельское хозяйство должно быть цветным, а не коричневым» — на другом. На одном автомобиле, однако, веревка виселицы болтается вокруг светофора.

Когда мимо проезжает трактор с транспарантом, призывающим к новым выборам, человек на обочине дороги хлопает особенно сильно. Когда проезжает следующий, он дико прыгает вокруг него, подняв вверх большие пальцы. «Гордитесь собой!» — кричит он водителю, заявляя, что чувствует полную солидарность с фермерами. Он презирает правительство «Светофора».

4 января очередная демонстрация против Роберта Хабека вышла из-под контроля. Он направлялся из Халлиг-Хооге на пароме на материк в Шлютзиль, Шлезвиг-Гольштейн, только что вернувшись из отпуска. Согласно сообщению в газете Die Zeit, женщина, близкая к АдГ, которая была на борту, передала информацию, и призыв к спонтанному протесту быстро распространился через группы в мессенджерах и другие сети. Некоторые из более чем ста человек, находившихся на месте, заволновались и попытались взять паром штурмом. Капитан поспешно отчалил, чтобы защитить Хабека и других пассажиров, и вот теперь на Хабека снова напали, но уже перед офисом политика в избирательном округе, а не перед его частным домом: будет ли еще одна эскалация? Офис Хабека во Фленсбурге в этот день остаётся незанятым. Сотрудники пребывали в своих офисах. По прошествии нескольких часов ответ был таков: никакой эскалации, никакого насилия. То, что произошло во Фленсбурге, было в основном дисциплинированным, законным протестом».

Да в общем никакого «штурма» парома не было — на пирс пришли сто фермеров и предложили Хабеку с ними поговорить. Хабек испугался, как последний поц, и забаррикадировался в каюте с двумя охранниками. А на фермеров напала полиция. Слово «штурм» намеренно используется, чтобы притянуть сюда «штурм Капитолия», которого вообще-то тоже не было. Но немецкие СМИ ненавидят крестьян точно так же, как Трампа. Отсюда — навязываемые параллели.

Spiegel продолжает ахать и вскидывать ручонки:

«Но, конечно, нельзя забывать о том, что произошло в Шлютзиле, и, безусловно, нельзя игнорировать это, когда виселицы становятся обычными аксессуарами на демонстрациях. С самого первого дня это восстание фермеров, акции которого прошли по всей Германии в течение недели, было одновременно многим: конкретным протестом против двух первоначально запланированных сокращений субсидий (они обошлись бы фермерам в общей сложности более чем в €900 млн в год); выражением разочарования в десятилетиях сельскохозяйственной политики; фундаментальным протестом против правительства, против «Светофоров», особенно против непопулярных «Зелёных»; а также выражением тоски по бунту.

Правые экстремистские группировки, которые годами мечтали о свержении власти, о дне Х, в который они захватят власть, были взбудоражены. И довольно многие из них позволили себя взбудоражить. Однако зачастую все они бежали вместе, бок о бок, друг за другом. Другие группы интересов и их проблемы также были привлечены с самого начала: транспортная отрасль, например, перевозчики, водители грузовиков и растущие дорожные сборы. Это привлекало ассоциацию фермеров, которая понимала возможность усилить силу тракторов за счет мощи грузовиков, но это также привлекало крайне правых, которые хотели всеобщей забастовки — присоединиться к забастовке машинистов поездов — и призывали к народному восстанию. Тем более что протесты децентрализованы, и поэтому трудно сказать, кто на самом деле контролирует динамику. И контролирует ли её вообще.

В связи со сложившейся ситуацией возникает вопрос, что могут сделать политики, «Светофор» и канцлер, чтобы успокоить ситуацию. Они уже пошли на поспешные уступки фермерам. Сельскохозяйственная техника по-прежнему не будет облагаться налогом на автотранспорт. В течение следующих нескольких лет фермеры будут продолжать получать несколько сниженные ставки на дизельное топливо для этих машин, хотя постепенно их будет становиться всё меньше и меньше. Об этом представитель правительства объявил на прошлой неделе, но это не остановило демонстрации на этой. Что делать, если не удастся успокоить людей?

Понедельник, незадолго до одиннадцати часов, недалеко от Бранденбургских ворот в Берлине. Две хорошо одетые женщины проходят через ряды тракторов и грузовиков. Они громко разговаривают с кем-то, кто проводит здесь демонстрацию с раннего утра. Многих здесь волнует сельскохозяйственная политика. Этих троих, очевидно, нет. Мужчина ругает людей, которых он называет «канаками». Старшая из женщин говорит: «Сюда приезжают просители убежища, мы их кормим, а нашим людям нечего есть». Мужчина кивает.

Далее он говорит, что надеется, что сегодня произойдет то, чего достигли демонстранты в Будапеште и Праге: «Никто и подумать не мог, что несколько человек перед посольствами смогут добиться перемен». Всего несколько фраз, и они пришли к революционным фантазиям, в которых Федеративная Республика Германия неотличима от ГДР и других диктатур Восточного блока. «Вот именно, мы закалены в боях», — говорит женщина помоложе. А та, что постарше, вдруг повышает голос и кричит: «Мы их прикончим!»

В этот день на авансцене выступает Рейнхард Юнг, ответственный за политику организации «Свободные фермеры», которая организовала это мероприятие. Это небольшая промышленная организация, бунтарская, но не известная своей радикальностью. Юнг произносит почти трезвую речь. Он не кричит, не угрожает, не злится, но то, к чему он призывает, помимо сохранения более дешёвого сельскохозяйственного дизельного топлива, идёт очень далеко: прекращение программ ЕС Green Deal и Farm to Fork, то есть крупных экологических рамочных проектов из Брюсселя.

Отмена всех правил использования удобрений, пестицидов и животноводства с 2017 года, запрет на выращенное в лаборатории мясо, уничтожение волков и отмена соглашений о свободной торговле стали бы нарушением международных обязательств, защиты климата, защиты видов, ЕС и других стран-партнёров. В листовке, представленной «Свободными фермерами» в начале года, говорится: «Наконец-то больше нет денег на биоразнообразные веганские эксперименты и бессмысленную реструктуризацию сельского хозяйства по решению федерального правительства, ассоциации фермеров и неправительственных организаций». Всё как-то связано: веганы — с колбасным заменителем, дизель — с разнообразием, и такие требования так же трудно удовлетворить политически, как и фантазии аудитории о сопротивлении. Что происходит на дорогах Германии?»

«Дагмар Клингельхёллер — фермер, она делает всё возможное, чтобы объяснить ситуацию. Вместе с мужем она содержит 1300 свиней на фермах в Нижней Саксонии и Шлезвиг-Гольштейне, выращивает зерновые культуры и знает, в каком положении находятся фермеры. Помимо работы, она участвует в различных сельскохозяйственных сетях. «Отмена льгот на дизельное топливо не является угрозой для наших средств к существованию, — объясняет она, — но это соломинка, которая переломит спину верблюда. Потому что проблема заключается в разочаровании, которое мы все в себе несем».

В самом деле, последний ежегодный отчёт о сельскохозяйственной политике правительства Германии показывает, что фермер получал в среднем около €2900 от субсидий на дизельное топливо, а в следующем году получит обратно около €1700. Масштабы этого сокращения вряд ли будут опасны для любого фермерского хозяйства, которому ещё не грозит вымирание, но, говорит Клингельхёллер, существует очень много условий. И слишком часто фермеры работают за мизерную зарплату. «Как производитель, я не окупаю свои затраты». Как производитель, она едва ли может получить разумную цену за своих поросят. Молочные фермеры получают мало за литр молока. Земледельцы спрашивают, как им свести концы с концами при меньшем количестве удобрений, меньших затратах.

Но не у всех фермеров дела идут плохо, и беспокойство по поводу материальных благ — лишь часть той благодатной почвы, на которой растёт гнев. «Дело ещё и в отсутствии признательности, — говорит Клингельхёллер. — Если говорить прямо, то многие люди думают о нас именно так: они постоянно жалуются, живут за счёт субсидий и не имеют собственного видения».

Это продолжается уже много лет, и всё это время ведутся разговоры о «травле фермеров». Они чувствуют, что их игнорируют и не ценят, особенно городские жители, хотя в настоящее время фермеры получают заметную поддержку своим протестам».

Немного здравого смысла. Я вот вижу, что по всяким соцсетям, в том числе и на русских аккаунтах, расходится мысль «а что это за индустрия такая, которая без господдержки не выживет, зачем такая индустрия?». Мамкиным экономистам с дивана сообщаем: сельское хозяйство без господдержки не только выживет, но ещё и заработает немало. При одном условии: если вы заплатите полную цену за продукты. От яйца до поросенка. Только будьте готовы: вам это понравится ещё меньше, чем госдотации фермерам. Ну, может, заодно похудеете без качалки и диеты.

Но мы продолжаем читать Spiegel.

«В ходе опроса, проведенного компанией Civey для издания Spiegel, около двух третей респондентов выразили понимание нынешних протестов с перекрытием дорог по всей стране — и это после того, как правительство уже отменило некоторые из планов.

Очевидно, что репутация фермеров не так уж плоха. Ни одна коалиция за последние четверть века не теряла столь значительную часть рейтинга одобрения на половине срока своего правления, как коалиция «Светофор». Сегодня СДПГ, «Зелёным» и СвДП удаётся набрать лишь 33% в опросах общественного мнения. Три партнёра часто не могут найти общий язык, не придерживаются договорённостей и производят впечатление, что больше не могут терпеть друг друга, что приводит к фундаментальному разочарованию, отмечает социолог Армин Нассехи, интенсивно изучающий динамику протестов. «Обида на «Светофор» и политическую систему, в которую люди больше не верят, что она может найти правильные решения, — говорит Нассехи в интервью Spiegel. — Возникает ощущение, что демократия больше не работает должным образом». Время многочисленных кризисов порождает фундаментальное чувство незащищенности даже среди тех, у кого на самом деле всё хорошо. Не будет преувеличением сказать, что в этом обществе, отмеченном столетней пандемией, усугублённой неопределённостью, вызванной вторжением России на Украину и инфляцией, на высказывание: «Светофор» должен уйти!» — многие могут подумать: точно!»

Вот, оказывается, в чём причина: Россия во всём виновата. На это есть ответ: «А вы пробовали не лезть в конфликт, который вас не касается?»

«С другой стороны, коалиции не хватает сплочённости, ясности и силы, чтобы противопоставить разочарованию что-то убедительное и, например, указать на свои собственные достижения за время пребывания в правительстве. ХДС и ХСС, которые как оппозиционные партии хотели бы управлять сами, пользуются отсутствием формулировок и советов «Светофора», и нынешняя ситуация, на первый взгляд, идеальна для них. Среди фермеров консерваторы традиционно являются самой сильной силой, но в последнее время критика со стороны сельскохозяйственного сектора была направлена и на ХДС/ХСС, и поддержка ослабевала. Теперь христианские демократы, очевидно, видят возможность перенаправить всё недовольство на «Светофор», чтобы ещё больше ослабить больное правительство.

Осенью 2022 года парламентская группа ХДС/ХСС в бундестаге внесла предложение наказывать тюремным заключением сроком до пяти лет за блокирование дорог, если оно приводит к образованию длинных пробок, например в час пик. «Очевидные симпатии к подобным действиям... ослабляют верховенство закона», говорилось в документе. В то время речь шла о климатических активистах «Последнего поколения».

На вопрос, относится ли это и к фермерам, Гюнтер Крингс (ХДС), представитель парламентской группы по правовым вопросам, ответил: «Согласно всему, что мы знаем на данный момент, сравнения между протестами фермеров и протестами так называемого «Последнего поколения» абсурдны».

Внезапно сочувствие к дорожным блокадам стало нормальным: ХСС, пригласивший президента Союза немецких фермеров Йоахима Руквида на свой новогодний семинар в монастырь Зееон, создал веб-сайт «ДА — Баварии, НЕТ — светофорам». Там он пишет, что система «светофоров» принимает многочисленные решения, которые «хотят задушить наших фермеров». И снова материальный вопрос превращается в вопрос признания: У вас не просто что-то отбирают, они отвергают то, чем вы являетесь! Это делает умиротворение ещё менее вероятным, что может быть умной тактикой партии. Но это также очень рискованно, потому что есть другие, которые ещё более искусны, раскованны и беспринципны в создании и использовании обид. Которые, в конце концов, всегда могут довести дело до конца. Правые экстремисты и неонацисты рано поняли, что могут использовать протесты фермеров в своих целях. В дни, предшествовавшие 8 января, отдельные участники, крайне правые СМИ, группы и партии провели массовую мобилизацию: наряду с АдГ, например, «Свободные саксонцы», «Третий путь» и Die Heimat, как теперь называет себя НДПГ.

Манфред Кляйне-Хартлаге, крайне правый автор, которого лидер тюрингской АдГ Бьорн Хёке назвал «блестящим», давно мечтает о «крахе республики» после «шокирующего и катастрофического кризиса». Сначала он возлагал надежды на «поперечных мыслителей», теперь — на протесты фермеров. Нельзя исключать, что они станут «началом конца правления картеля», выразил он надежду в видеоролике в понедельник. Один из основателей «коллектива киноискусства», который уже около двух лет придаёт «новым правым» мрачную, высокопрофессиональную эстетику в своих изображениях и видеороликах, сам хвастался этим в соцсети X (бывший Twitter) в минувшие выходные. На протяжении многих лет они обучали свою команду «и медиаперсон АдГ стандартным процедурам», написал он. На этот раз всё это наконец-то было применено: функционеры АдГ разместили в социальных сетях и мессенджерах объявления о проведении демонстраций в своих регионах. «Завтра будет много народу, не так ли?» — написал один из них.  Сцена «боковых мыслителей» также была очень активной. Они организовывали кортежи и раздачу еды, а видеостримеры, которые уже принимали участие в демонстрациях против коронавирусных мер, теперь вели трансляции с протестов фермеров. Были разосланы номера телефонов адвокатов сцены на случай инцидентов, таких как аресты на демонстрациях, был создан бот для Telegram-канала, который сейчас насчитывает 20 тыс. подписчиков, чтобы автоматически получать и распространять фото и видео, а его администраторы также делятся правоэкстремистским контентом и идеологией заговора. Есть даже посты от группы Reichsbürger, например о предполагаемой «последней стадии ФРГ». 

Некоторые фермеры в эти дни говорят, что избегают демонстраций, чтобы их не причисляли к правым экстремистам. В то же время радикальные взгляды и группы укоренялись в некоторых слоях фермерского сообщества на протяжении многих лет. В ассоциации фермеров действуют новые силы, более радикальные и сомневающиеся в том, что они вообще представляют интересы фермеров. Есть те, кто протестует с символикой Landvolkbewegung, националистического движения, радикальное крыло которого совершило несколько терактов в конце 1920-х годов и имело много идеологических совпадений с НСДАП. Существует также протестное движение «Земля не может быть связана» (Land schafft Verbindung), которое выросло в 2019 году из гнева на низкие цены производителей, новые правила и ассоциацию фермеров. Сегодня оно называется Landwirtschaft verbindet Deutschland, или сокращенно LSV. Энтони Ли, пресс-секретарь LSV Germany, который, впрочем, весьма противоречив внутри компании, написал в начале ноября, то есть ещё до планов по сокращению сельскохозяйственного дизельного топлива: «Светофоры» должны наконец-то уйти. Германия больше не может!» После споров о направлении, в центре которых также находилось разграничение на крайне правых, в LSV наступило затишье. На этом споры о направлении не закончились; LSV также испытывает давление со стороны радикалов в своих собственных рядах.

Сейчас протестное движение снова приобретает всё большее значение. Ассоциация фермеров не смогла избежать призывов к протестам вместе с LSV, а также сочла необходимым вновь пригласить АдГ на ежегодное мероприятие, посвящённое началу сельскохозяйственной политики, на которое из года в год приглашаются председатели партий и парламентских фракций. На этот раз в программе участвует лидер партии и парламентской фракции Тино Хрупалла. По словам Бернхарда Крюскена, генерального секретаря ассоциации фермеров, мероприятие является местом для спорных дебатов, как это происходит в парламенте: «Отдельные участники должны принять участие в этой дискуссии, но прежде всего мы не дадим ни одной группе возможности выставить себя жертвой, заранее исключив их». И даже один из лидеров парламентской группы «Зелёных», Бритта Хассельманн, считает себя обязанной принять участие в дискуссии, несмотря на участие АдГ. На этот вопрос она ответила, что обмен мнениями с группами интересов является частью её работы, поэтому она приняла приглашение: «Особенно в эти времена мы не должны оставлять дебаты антидемократам».

По обычным меркам, ассоциация фермеров добилась многого своим протестом. Однако ещё на первой демонстрации в середине декабря Руквид увлёкся и заявил: «Если эти две меры не будут упразднены, причём отменены без замены, то мы вернёмся». Теперь ему приходится постоянно дистанцироваться от «дебилов с подрывными фантазиями, радикалов и других экстремальных групп и психов», от «бесчеловечных и расистских лозунгов», от виселиц и от «рейхсбюргера», «подрывных пропагандистов, теоретиков заговора». Несмотря на это, он остаётся непреклонным, что означает: будет продолжать демонстрации и должен оставаться участником. Он забрался на трактор и, очевидно, не знает, как спуститься обратно. Правительство также находится в растерянности. Встреча председателей парламентской группы «Светофор» и представителей фермеров в понедельник должна принести мир, но на самом деле никаких дальнейших уступок быть не может. Пересидеть — таков, похоже, основной план соответствующих лиц. СвДП, которая, согласно своей предвыборной программе, выступает за сокращение сельскохозяйственных субсидий ЕС, более чем в десять раз превышающих субсидии на дизельное топливо, изо всех сил старается не высовываться.

На закрытом заседании, состоявшемся на этой неделе, исполнительный комитет «Зелёных» принял резолюцию о защите природы и климата, в которой старательно избегает называть сельское хозяйство причиной проблем.

А канцлер, который долгое время внимательно изучал каждое небольшое требование к водителям автомобилей на предмет того, не вызовет ли оно движение «жёлтых жилетов» в Германии, теперь настолько неубедителен, что партнёры по коалиции уже говорят о неповиновении.

Социал-демократы долгое время культивировали почти мессианскую веру в Олафа Шольца. Теперь же влиятельные товарищи описывают подавленное, унылое настроение, которое чувствуется на первых собраниях партии в этом году. Надежды на то, что Шольц сможет привести коалицию в чувство, а также на то, что он сможет найти правильную ноту среди неуверенных в себе и озлобленных людей, исчезают. Даже среди доверенных лиц канцлера распространяется нервозность. Шольц должен что-то сделать: выступить с речью, дать понять, что страна всё ещё находится в очень хорошем положении, по крайней мере, не на грани краха. Удивительно то, что социал-демократы начинают бунтовать именно в этой ситуации. В понедельник, когда парламентская группа СДПГ собралась на специальное заседание, некоторые депутаты объявили, что не будут голосовать за пересмотренный бюджет в бундестаге.

Потребность высказаться была настолько велика, что лидер парламентской группы Рольф Мютцених был вынужден отложить дебаты. Куда двинется парламентская группа, ещё предстоит выяснить.

Ведущие деятели федеральных земель были практически едины в своих требованиях: глава правительства Мекленбурга — Передней Померании Мануэла Швезиг, премьер-министр Бранденбурга Дитмар Войдке, глава земли Нижняя Саксония Штефан Вайль и премьер-министр Саара Анке Релингер публично призвали отменить сокращение субсидий на сельскохозяйственное дизельное топливо.

В этом году в некоторых федеральных землях предстоят местные или земельные выборы. Премьеры земель также находятся под ударом, поэтому они со своей стороны подгоняют канцлера, даже если он ещё больше отстаёт от избирателей. Успех сидячей забастовки зависит также от того, сможет ли Шольц одержать верх над своими людьми. И конечно, от того, как будут продолжаться протесты. В понедельник, 15 января, ассоциация фермеров планирует поездку в Берлин. Если это не поможет, говорит президент Руквид, они оставляют за собой право предпринять дальнейшие шаги. Это можно расценить как новую угрозу — или как первый признак того, что организация не хочет ввязываться в длительную борьбу за власть.

Именно потому, что акции 8 января были настолько масштабными, стало заметно относительное спокойствие последующих дней, несмотря на то, что это должна была быть неделя протестов. Разочарование было выражено в более крупной группе Telegram в среду вечером. Фермеры «критикуют отсутствие поддержки со стороны населения», говорилось в одном из сообщений. «Основная надежда на то, что ассоциации поймут, что они выиграют, если примут участие в фундаментальной дискуссии о сельскохозяйственной политике, выходящей за рамки субсидий, и прекратят протесты. Если, конечно, у них ещё есть на это силы».