«Свет после разрыва»

Закончилась последняя пара. Всё это время Тэхен сидел тихо, почти незаметно, стараясь не шевелиться лишний раз, чтобы никто случайно не почувствовал остаточный запах его феромонов. Он то и дело проверял воротник, убеждаясь, что тот прикрывает едва заметный след на шее — маленький, но предательский, оставленный ненароком Чонгуком в уборной. Когда преподаватель наконец отпустил аудиторию, студенты шумно поднялись, потянулись к выходу, обсуждая планы на вечер, а Тэхен попытался затеряться в толпе, надеясь просто спокойно уйти к выходу из корпуса.

Но стоило ему выйти в коридор, как у противоположной стены он заметил силуэт, который узнал мгновенно — даже слишком быстро. Намджун. Его бывший стоял, скрестив руки на груди, будто ждал кого-то конкретного, и увидел Тэхена в ту же секунду. Взгляд Намджуна мгновенно потемнел, не гневом, а неприятным, ледяным презрением, которое Тэхен помнил слишком хорошо. Он шагнул ближе, не торопясь, но уверенно, заставляя омегу остановиться и словно вжаться в пол, хотя вокруг по-прежнему ходили люди.

— Тэхен, — сказал он негромко, но так, что в голосе слышалось давление. — Пропал на два дня и даже не счёл нужным что-то сказать.

Омега не поднимал глаза, сжимая ремень сумки так, что побелели пальцы. Но Намджун, как всегда, не отступал. Он шагнул ближе, наклонился к нему, втянул воздух и вдруг резко замер. Его взгляд скользнул по лицу Тэхена, затем чуть ниже — к шее. И выражение стало ещё хуже. Холоднее. Жёстче.

— Запах чужой, — произнёс Намджун почти шёпотом, но так, будто обвинял. Его голос резанул, как нож. — Терпкий, грубый… точно не твой.

Он сделал шаг ближе, словно желая лично убедиться в своей догадке, и взгляд сразу упал на тот самый крошечный след под воротником — тот, который Тэхен надеялся прятать до конца дня. Намджун выпрямился резко, будто его ударило током, и на его губах растянулась неприятная, ядовитая улыбка.

— У тебя уже кто-то был? — холодно, почти издевательски спросил он. — Только расстались, а ты уже нашёл мне замену?

Эти слова ударили сильнее, чем если бы он закричал. Тэхен открыл рот, пытаясь ответить, оправдаться, объяснить, но язык будто не слушался. Инстинктивно он подтянул воротник, закрывая след, но было поздно — Намджун уже всё видел. И его улыбка стала ещё мерзее.

— Ясно, — протянул он, скользя по Тэхену взглядом сверху вниз. — Быстро же ты. Я-то думал, ты правда недотрога, невинный, который даже поцелуй боялся глубже принять… а ты…

Он наклонился ближе, так близко, что от его голоса по коже пробежал неприятный холодок.

— Просто шлюха, да? — прошипел он почти ласково. — Шлюха, которая в отношениях ничего не даёт… зато бросается на первого встречного, стоит только расстаться.

Тэхен будто задохнулся на месте. Слова Намджуна ударили в грудь так резко, что мир на мгновение съехал в сторону. Он даже не сразу осознал, что сжал ремень рюкзака так сильно, что побелели пальцы. Горло сжалось, но он всё-таки поднял взгляд — и встретился с тем самым холодным, презрительным прищуром, который слишком хорошо помнил из их прошлых дней вместе.

Толпа студентов проходила мимо, но казалось, что коридор сужается, и остаются только они двое. Намджун сделал ещё шаг, почти перекрывая Тэхену путь, и от его запаха — резкого, агрессивного — младшего слегка передёрнуло. Когда-то он считал его родным. Теперь — чужим до тошноты.

— Я не… — начал Тэхен, но голос предательски дрогнул.

— Не что? — перебил Намджун, поднимая бровь. — Не успел? Не хотел? Ты же даже объяснить нормально не смог, почему тебя воротило от близости. А теперь смотри-ка… — он медленно, нарочито скользнул взглядом по воротнику, будто прожигая ткань. — Стоило бросить меня — и сразу готов подставлять шею всем, кто посмотрит?

Эта фраза будто сорвала внутри что-то тонкое. Тэхен едва удержал дыхание ровным. Он не хотел устраивать сцену, не хотел ворошить прошлое — тем более здесь, перед людьми, среди запахов и взглядов. Но и проглотить это унижение он не мог.

— Перестань, — выдохнул он наконец, тихо, но твёрдо. — Ты не имеешь права так говорить.

Намджун усмехнулся — коротко, сухо, словно услышал шутку.

— Не имею права? Мне ты больше чем просто поцелуи не позволял, Тэхен. Я хочу знать, что ты вытворяешь после расставания. И с кем.

Тэхен нахмурился, сердце застучало быстрее. Он сделал шаг назад, но Намджун двинулся следом, будто нарочно давя его присутствием.

— Намджун… отойди.

Тот не отступил. Его глаза потемнели — не от жара, а от злости, от уязвлённой гордости.

— Теперь ты смелый? Это он тебе смелости добавил? Твой новый… — Намджун задержался, словно смакуя ненависть. — Ёбарь. 

Тэхен почувствовал, как по спине прошёл холод. Он знал, что сейчас любой резкий запах или резкое движение привлечёт внимание других альф, но Намджуна это, похоже, не волновало.

— Скажи честно, — продолжил он, склоняясь ближе, так что их разделяло всего несколько сантиметров. — Ты решил отомстить мне за измену? Или ты решил стать удобной игрушкой бля кого-то мне на зло? 

Слова ударили так больно, что Тэхен машинально сжал зубы — чтобы не дрогнуть, не выдать ни страха, ни ярости.

Но прежде чем он успел ответить, коридор прорезали тяжёлые, уверенные шаги — такие, которые невозможно спутать ни с чьими. В воздухе возник знакомый, мощный запах альфы — густой, резкий, перекрывающий собой всё. И сердце Тэхена дернулось, будто узнало первым.

Чонгук.

Он должен был ждать на парковке. Долго ждал. Настолько долго, что, заволновавшись, сам пошёл искать омегу. И стоило ему увидеть чужого альфу, стоящего слишком близко к Тэхену, как внутри у него всё вспыхнуло. Холодная, мгновенная ненависть прожгла воздух между ними — даже не зная, кто такой Намджун, Чонгук почувствовал: этот человек — угроза.

Не сказав ни слова, Чонгук быстро сократил расстояние между ними и грубо, резким толчком отбросил Намджуна в сторону. Движение было настолько внезапным, что бывший едва удержался на ногах.

— Нахуй ты его трогаешь, — бросил Чонгук ледяным тоном, глядя на Намджуна так, будто готов был разорвать его голыми руками. — Не лезь к нему.

После этого он тут же повернулся к Тэхену — контрастно мягко, почти бережно, будто только что был не он тот, кто чуть не врезал другому альфе.

— Как ты? — спросил он тихо, наклоняясь ближе, чтобы перекрыть Тэхена от Намджуна своим телом. — Маленький… всё нормально?

Его голос стал тёплым, защитным — и от этого у Тэхена на мгновение перехватило дыхание.

Намджун, едва восстановив равновесие после рывка Чонгука, резко учуял запах — сладкий, тёплый, с оттенком горького шоколада, исходящий от Тэхена. Его глаза расширились, губы искривились в злой ухмылке, а голос дрожал, хотя он пытался сохранить презрение:

— Так вот кем от тебя несёт… шлюха течная, — произнёс Намджун тихо, почти шёпотом, но каждый звук резал воздух. 

Чонгук, стоявший перед Тэхеном, мгновенно замер, его тело напряглось, а взгляд стал холодным и внимательным. Он медленно обернулся к бывшему, оценивая его сдержанно и без лишних эмоций.

— Че смотришь, вступиться за своё мясо хочешь? — прозвучало от Намджуна снова, вызывая у Чонгука тихое раздражение. 

Не раздумывая, он сделал шаг вперёд и схватил его за воротник, отрывая от пола. Намджун, пытаясь вырваться, пнул Чонгука, но альфа удерживал его с лёгкостью, показывая, что разница в силе слишком велика.

— Я оторву твой язык нахуй, если услышу ещё хоть слово в сторону Тэхена, — сказал Чонгук ровным голосом, в котором слышалась стальная твёрдость, а глаза горели яростью. 

Намджун попытался сопротивляться, ударил плечом и ногой, завязалась драка, но Чонгук контролировал каждый его шаг, ловко отражал удары, прижимал руки к спине и удерживал противника на месте, используя свою силу и опыт.

Вскоре Намджун оказался на полу, тяжело дыша и ошарашенный тем, что Чонгук не позволил ему приблизиться к Тэхену. Чонгук, не отвлекаясь, наклонился к омеге, обнял его за плечи и спокойно, но твёрдо сказал: 

— Пойдём, здесь тебе делать нечего. 

Он осторожно повёл Тэхена прочь, защищая его и одновременно успокаивая, а Намджун остался на полу, пытаясь прийти в себя и осознать, что Чонгук полностью контролирует ситуацию.

Тэхен только успел сесть на переднее сиденье, как его эмоции прорвались. Он прижал лицо к плечу, плечи дрожали, тихие всхлипы вырывались сквозь сжатые зубы, и слёзы катились по щекам, омега не мог их сдержать.

В это время Чонгук, обходя машину к водительскому сиденью, замер, заметив, как Тэхен расплакался. Он остановился на мгновение, внимательно наблюдая за омегой, в его взгляде читалась забота и готовность поддержать младшего.

Альфа аккуратно сел за руль, слегка наклонился к Тэхену и произнёс мягко, но уверенно: 

— Тише. — Его рука машинально коснулась спины омеги, словно подтверждая: теперь он в безопасности и рядом есть кто-то, кто его защитит.

Вдруг омега резко выдал:

— Почему я шлюха?! Я даже целоваться нормально не умею!

Чонгук слегка отпрянул назад, словно проглотил слова Тэхена, и внимательно посмотрел на омегу, в его глазах читалась смесь удивления и лёгкой досады. Он не спешил отвечать сразу, давая Тэхену выплеснуть всю бурю эмоций.

— Тише, — повторил альфа, слегка сжимая плечо омеги, чтобы тот почувствовал опору. — Ты не шлюха. Никто не имеет права так говорить о тебе.

Тэхен продолжал дышать прерывисто, плечи его дрожали, слёзы ещё не закончились, но рука Чонгука на спине действовала успокаивающе. Альфа осторожно наклонился к нему и тихо добавил:

— Я знаю, что тебе сейчас больно, но не смей так говорить о себе. Забудь то, что говорил этот еблан.

Омега вздохнул, дрожащие губы слегка приподнялись, ещё не улыбка, но первый намёк на доверие. Чонгук отпустил плечо, но продолжал держать руку на спине, показывая, что рядом есть кто-то, кто не позволит ему остаться одному с болью.

— Чонгук… ты… — дыхание Тэхена срывалось, голос дрожал, слёзы катились по щекам. — Я пахну тобой? Так сказал Намджун…

Чонгук наклонился чуть ближе, его взгляд был твёрд и спокойный, но в нём сквозила забота. Он провёл рукой по спине омеги, слегка прижимая к себе, словно показывая: «ты не один».

— Пахнешь, — произнёс он тихо, уверенно, почти шёпотом. — Мы обменялись феромонами. Ты этого даже не заметил, но Намджун, который долго был рядом с тобой, учуял чужой аромат.

Он сделал паузу, медленно переводя взгляд на глаза Тэхена, словно читая все его страхи и сомнения.

— Но это не твоя вина, — добавил он мягче, поглаживая спину омеги. — Ты совершенно не виноват, и никто не имеет права так с тобой обращаться. Я не позволю. 

Тэхен вздрогнул, но ощутил тепло, безопасность и силу рядом с Чонгуком. Его дыхание медленно выравнялось, слёзы перестали так быстро течь, и он с трудом, но уже спокойнее, всхлипнул, позволяя себе впервые за долгое время просто быть рядом с тем, кто готов его защитить.

Видя Тэхена таким уязвимым и растерянным, Чонгук не смог сдержаться. Он плавно оторвался от водительского сидения и, не говоря ни слова, наклонился к плачущему омеге. Лёгким, но уверенным движением он притянул его к себе и мягко коснулся губами. 

Сначала прикосновение было лёгким, почти исследующим, нежным и осторожным, чтобы не напугать. Но сразу же Чон почувствовал, как тело Тэхена дрожит, и поцелуй стал глубже, плавно переходя в медленный, размеренный ритм.

Губы альфы мягко обхватили нижнюю губу Тэхена, слегка прикусывая её, затем отпускали, снова касаясь уголков рта. Руки Чонгука скользнули по плечам омеги, удерживая его близко, но не создавая давления — он хотел, чтобы Тэхен ощущал поддержку, а не принуждение. Тэхен сначала сжимался, глаза широко раскрыты, но постепенно расслабился, позволяя губам альфы скользить по щекам и подбородку, чувствуя тепло и защиту.

Поцелуй становился длиннее, медитативным, с лёгкой дрожью и тихим трепетом, словно омега постепенно принимал близость и заботу Чонгука. Альфа осторожно прижимал Тэхена к себе, его руки плавно скользили по спине, шее, иногда касаясь волос, как бы рисуя невидимые линии доверия. Каждый вдох, каждое движение губ и рук были наполнены заботой, вниманием и теплом, делая этот поцелуй одновременно нежным, долгим и чувственным.

Тэхен резко отстранился, глаза блестели от слёз, а грудь дрожала от эмоций. 

— Ты сначала вылизал мне шею… обменялся со мной феромонами, и лишь после этого поцеловал меня! — выдохнул он, пытаясь собрать дыхание и оправдаться перед собой.

Чонгук тихо рассмеялся, лёгкая насмешка звучала в его голосе, но смех был мягким, почти игривым. Он слегка наклонил голову, наблюдая за омегой, улыбка играла на губах, а руки оставались на плечах Тэхена, как будто удерживая его близко, чтобы омега не отстранился полностью. 

— Я наслаждался тобой, — произнес он, улыбка не сходила с лица, — а тебе, Тэхен, понравилось, не так ли?

Тэхен дернулся, словно краснея ещё сильнее, и сжал губы, стараясь не признаться вслух, что его тело и дыхание отозвались на каждое прикосновение. 

— Н-нет… — пробормотал он, голос дрожал, но смущение читалось в каждом тоне.

Чонгук лишь усмехнулся, наклонив голову ближе, взгляд его стал мягче, но в нём оставалась дерзкая искорка. Он медленно опустил руки с плеч Тэхена, обвёл ладонью талию омеги, осторожно прижимая его к себе. — Правда? — тихо сказал альфа, почти шепотом:

— Ты всё-таки наслаждался этим моментом, маленький.

Тэхен опустил взгляд, морщась от собственного смущения, а Чонгук позволил себе лёгкий, спокойный смех, полный заботы и уверенности. 

Чонгук глубоко вздохнул, словно отпуская напряжение, и аккуратно отстранился от Тэхена. Он сел обратно в своё водительское сидение, закинул руку на руль, почувствовав привычный контроль над машиной. Несколько секунд он молча смотрел на омегу, который всё ещё краснел и не мог отвести взгляд, а потом завел мотор. Тихий гул машины наполнил салон, смешавшись с ритмом сердца Тэхена.

Медленно, уверенно Чонгук выехал с парковки, держась правой рукой за руль, а левой бросая едва заметные взгляды на омегу, словно проверяя, что тот в порядке. Тэхен всё ещё пытался прийти в себя, скользя глазами по улице, огни которой отражались на стеклах машины. Шум города смешивался с тихим урчанием двигателя, и в этом потоке звуков омега постепенно успокаивался, понимая, что Чонгук рядом и защищает его.