«Свет после разрыва»

Когда машина плавно остановилась на парковке университета, Тэхен уже нервничал. Ему казалось, что все вокруг увидят, что он приехал с Чонгуком — тем самым альфой, о котором говорили омеги и даже некоторые альфы шёпотом.

Чонгук вышел первым, резко и уверенно хлопнув дверью. Подойдя к стороне Тэхена, он без слов открыл омеге дверь.

— Выходи, — сказал просто, будто это его ежедневная обязанность — помогать младшему.

Тэхен осторожно выбрался из машины, поправляя ремешок сумки и чувствуя, как колени слегка подламываются от волнения.

Но всё стало намного хуже, когда они направились к зданию университета.

Люди смотрели.

Нет — уставились.

Омеги оборачивались, приостанавливая разговоры. Альфы провожали взглядом с любопытством и недоверием. Пара бета-студентов даже замолчали посреди фразы.

А всё потому, что рядом с Тэхеном шёл Чонгук — спокойно, уверенно, с таким видом, будто это абсолютно нормально, что он сопровождает омегу второго курса.

Кто-то шепнул:

— Это что, Тэхен?..

— Он с Чонгуком?

— Да ладно, это правда?

Тэхен чувствовал на своей коже каждый взгляд, каждое удивлённое выражение лица, словно прожектора светили прямо в него. Его уши горели, дыхание сбивалось. Он ускорил шаг, но Чонгук спокойно шёл рядом, не обращая внимания на окружающих.

Наконец, у самых дверей здания омега не выдержал.

— Я… я пойду… — выдавил он шёпотом, боясь встретиться с чьим-либо взглядом. — Мне нужно в аудиторию…

Он даже не дождался ответа альфы — просто почти убежал внутрь, мечтая спрятаться хотя бы за углом. Сердце бешено стучало, щеки пылали, а мысль была одна:

“Только бы никто не подошёл. Только бы никто не спросил…”

Он нырнул в поток студентов, стараясь исчезнуть среди них, пока Чонгук за его спиной всё так же спокойно наблюдал, будто знал — омега вернётся к нему после пар сам.

Чонгук задержался у входа лишь на секунду — достаточно, чтобы убедиться, что Тэхен действительно исчез в коридорах. Затем развернулся и неторопливо направился к своей аудитории.

Толпа расступалась перед ним почти автоматически: кто-то приветственно кивал, кто-то делал вид, что не смотрит, хотя глаза цеплялись за альфу сами по себе.

Чонгук шёл уверенно, но внутри его шагов было что-то новое — лёгкая вибрация мысли о том, как омега смутился, как покраснели его уши, как он почти убежал.

Он толкнул дверь аудитории плечом, не теряя спокойствия, и занял своё обычное место у окна. Положил телефон, открыл ноутбук — всё чётко, привычно, по порядку.

Но стоило преподавателю начать говорить, взгляд Чонгука всё равно непроизвольно скользнул к двери, будто проверяя:

не пройдёт ли сейчас мимо тот самый омега, из-за которого утро стало странно тёплым.

Пары тянулись бесконечно для обоих — у каждого по-своему.

Тэхен сидел тихо, покорно делая записи, но мысли его всё равно возвращались к утреннему смеху Чонгука, к тому, как альфа придержал ему дверь, как на них смотрели. Щёки омеги несколько раз предательски розовели без причины.

Чонгук же, наоборот, чувствовал странное внутреннее напряжение. Слова лектора проходили мимо, будто фон. Он пытался сосредоточиться, но образ омеги, прячущего глаза, всплывал снова и снова.

Посреди пары он неожиданно поднялся. Преподаватель даже не успел закончить фразу, как альфа уже покидал аудиторию.

Коридоры были забиты студентами из соседних групп, но Чонгук уверенно пробрался к мужской уборной. Зайдя внутрь, он потянул холодной воды, наклонившись к раковине.

Капли стекали по его скулам, пока он смотрел на своё отражение — слишком собранное, слишком спокойное для того, что творилось внутри.

Откинув мокрые пряди назад, он отошёл к стене, достал телефон и, почти машинально, пролистал уведомления. Несколько секунд он просто стоял, но мысль, настойчивая и дерзкая, не желала уходить.

Он хотел видеть Тэхена. Сейчас.

Движение пальцев было быстрым, будто решение созрело давно:

«Я в туалете на третьем этаже, у главной лестницы. Жду.»

Он нажал отправить — и пальцы чуть дрогнули. Писать такие вещи омеге посреди пары было безумно.

Но ещё безумнее было не написать.

Тэхен сидел на паре, делая вид, что конспектирует, хотя ручка уже минуту стояла без движения. Мысли то и дело возвращались к утру, к Чонгуку, к тому, как странно он себя чувствовал рядом с ним.

Когда телефон тихо завибрировал в кармане, омега вздрогнул. Он незаметно прикрыл аппарат тетрадью и посмотрел на экран.

Сообщение было коротким:

«Я в туалете на третьем этаже, у главной лестницы. Жду.»

Тэхен замер. Сердце на секунду пропустило удар. Он не понимал, зачем альфа его зовёт и почему делает это так… лично.

Оглянувшись, он увидел, что преподаватель увлечён объяснением, а одногруппники слишком погружены в свои блокноты, чтобы обращать внимание на него.

Тэхен тихо закрыл тетрадь и поднял руку:

— Можно выйти? Мне… нехорошо.

Получив разрешение, он вышел в коридор.

Коридор был шумным и живым, но для Тэхена всё будто звучало приглушённо. Он поднимался по лестнице на третий этаж, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее.

Его шаги становились тише перед дверью туалета. Он остановился, сглотнул, пытаясь выровнять дыхание.

Омега осторожно потянул за ручку.

Дверь открылась, и внутри он увидел Чонгука. Альфа стоял, опершись бедром о раковину, руки в карманах, взгляд спокойный… слишком спокойный, чтобы быть случайным.

Тэхен сделал один неуверенный шаг внутрь.

— Ты… звал? — выдохнул он, опустив взгляд, но всё равно чувствуя тяжёлый, внимательный взгляд Чонгука на себе.

— Звал, — спокойно сказал Чонгук и тут же схватил Тэхена за запястье, уверенно втягивая его в кабинку. Дверь захлопнулась, замок щёлкнул. В тот же момент в туалет вошли студенты — смех, шаги, шумные разговоры.

Тэхен зажался спиной к стене, сердце колотилось. Он пытался притвориться, что всё нормально, но дыхание выдавало напряжение.

Чонгук встал перед ним, перекрыв путь. Он опустил руку на стену рядом с головой омеги, другой — слегка прижал к боковой поверхности. Альфа наклонился ближе, контролируя каждое движение младшего.

— Тихо, — коротко сказал Чонгук, не отводя взгляда.

Вдруг Чонгук сделал резкий вдох. Повторил ещё раз, глубже. Тэхен заметил, как альфа слегка сморщил нос и улыбнулся уголками губ.

— Ты сейчас выпустил феромоны, — констатировал Чонгук ровным тоном, шагнув ближе. — Сам.

Тэхен дёрнулся, щеки вспыхнули, глаза широко распахнулись. Он пытался сдержать дрожь в руках, но тело само выдавало напряжение.

— Подними голову, — сказал альфа и указал пальцем на подбородок.

Тэхен послушался, взгляд стыдливо опустился на пол, но дыхание всё равно дрожало.

Чонгук приблизился ещё ближе, почти касаясь шеи омеги. Его пальцы обхватили талию, слегка удерживая Тэхена у стены.

— Такой запах… — тихо произнёс альфа, улыбаясь, — сладкий, редкий. Мне нравится.

Тэхен попытался отстраниться, но Чонгук мягко, но решительно удержал его.

— Не молчи, — приказал он, голос стал чуть мягче, но по-прежнему властный.

— Ч-чонгук… убери… — выдавил омега, краснея до кончиков ушей.

— Нет, — коротко ответил альфа, наклонившись чуть ниже, так что дыхание Тэхена смешалось с его собственным. — Стой спокойно.

Снаружи зашумели другие студенты, кто-то запустил воду, кто-то толкнул соседнюю дверь. Кабинка слегка дрогнула, но Чонгук не отпускал омегу, лишь переместил руку выше к лопатке, надежно фиксируя его положение.

Тэхен почувствовал смесь смущения, страха и странного волнения. Альфа тихо вдохнул его аромат, а потом, почти шёпотом, сказал:

— Расслабься. Они не знают, что мы здесь вдвоём.

И снова глубоко вдохнул, словно запоминая каждый оттенок запаха омеги.

— Повезло им, — сухо добавил он, с лёгкой усмешкой. — Такой аромат я бы ни с кем делить не стал.

— Не знал, что есть омеги с феромонами пыльцы, — сказал Чонгук, слегка наклонившись к Тэхену, — ты первый, кого я встречаю.

Тэхен моментально покраснел, глаза сами опустились к полу, руки сжались у тела. Он не знал, куда деть взгляд, будто весь мир сузился до кабинки и запаха Чонгука. Слов просто не находилось, а сердце стучало так громко, что казалось, его услышат все.

Чонгук наблюдал за ним, уголки губ чуть приподнялись, и он тихо добавил:

— Расслабься, всё нормально.

Тэхен чуть дрогнул плечами, но хотя бы смог поднять глаза, чтобы ненадолго встретиться взглядом с альфой.

Чонгук заметил, что Тэхен напрягся меньше, тело стало слабее под его рукой — значит, омега перестал сопротивляться. Альфа аккуратно наклонил голову Тэхена на сторону, открывая шею, и приблизился к месту, откуда исходил сладкий аромат. Он медленно вдохнул, глубокий, уверенный вдох, позволяя феромонам полностью заполнить свои ощущения.

Тэхен замер, дыхание участилось, щеки снова вспыхнули, но сопротивление исчезло. Альфа продолжал удерживать его за талию одной рукой, другой легко направляя шею омеги, словно изучая каждый нюанс запаха, каждое движение тела. В комнате было тихо, только лёгкое шуршание одежды и дыхание Тэхена нарушали тишину.

— Сильный аромат… — тихо пробормотал Чонгук, не отрывая взгляда от омеги.

Тэхен не мог ответить, его глаза всё ещё были широко открыты, а тело оставалось прижатым к стенке, смущение и возбуждение смешались в единый поток ощущений.

В тот момент Чонгук убрал остатки формальности, которую держал до этого, и приблизился ближе. Он наклонился к шее Тэхена, осторожно коснувшись губами кожи, а затем медленно провёл языком, словно пробуя вкус запаха пыльцы.

Тэхен тихо заскулил, дрожь пробежала по телу, но сопротивляться не стал. Он будто сам позволил альфе действовать, замерев под внимательными, уверенными движениями Чонгука. Пальцы омеги не сжимали руки в кулаки, лишь слегка зацепились за ткань футболки, а взгляд был устремлён вниз, смущение смешивалось с новым ощущением, которое он ещё не мог понять.

Чонгук медленно исследовал шею омеги, делая паузы, чтобы вдохнуть аромат снова, наслаждаясь каждым оттенком запаха, и контролировал свои действия так, чтобы Тэхен чувствовал себя в безопасности, несмотря на близость и смелость альфы.

Чонгук чуть приподнял голову Тэхена, удерживая его за талию и шею, и тихо произнёс:

— Выпусти феромоны.

Тэхен замер, сначала не понимал, что делать, но потом медленно, почти невольно, вдохнул глубже и выдохнул. Сладкий аромат вновь заполнил пространство, мягко обволакивая Чонгука. Альфа снова сделал глубокий вдох, наслаждаясь каждым оттенком запаха, держа омегу близко, но без резких движений.

Тэхен слегка задрожал, щеки пылали, но сопротивляться не было сил — тело будто само откликалось на просьбу Чонгука, следуя его мягкой, но уверенной команде.

— Ещё, Тэхен, — голос Чонгука стал низким, почти хищным.

Омега снова выпустил немного сладкой пыльцы, и едва аромат усилился, альфа будто потерял остатки самообладания. Он наклонился и вновь провёл языком по шее — медленно, настойчиво, будто пробуя каждый миллиметр кожи.

Тэхен тихо заскулил, но даже не подумал оттолкнуть его. Его руки дрожали, пальцы сами цеплялись за футболку Чонгука, а голова послушно отклонялась, открывая шею полностью.

В этот момент Чонгук уже не держался на расстоянии. Он рывком притянул омегу ближе — так близко, что между ними не осталось ни сантиметра. Грудь к груди, дыхание смешивается, тела будто склеились.

— Так, — выдохнул он, сжимая талию Тэхена, — вот так…

Он снова втянул воздух, уткнувшись носом в мягкую кожу под ухом омеги. Запах пыльцы бил прямо в голову, тёплый, пьянящий. И Чонгук почти жадно вновь принялся вылизывать шею, будто пытаясь забрать себе каждый остаток этого вкуса.

Тэхен дышал коротко и часто, лицо горело, но он не отстранялся. Наоборот — сам чуть подался ближе, позволяя альфе держать его так, как тому хочется.

Хватка Чонгука вдруг стала грубее: пальцы сильнее впились в талию омеги, сдавив мягкую кожу так, что Тэхен тихо вздрогнул.

— Чонгук… мне больно… — голос вышел сдавленным, едва слышным.

Но альфа не остановился полностью — он продолжал вылизывать шею всё более настойчиво, погружаясь в аромат омеги всё глубже. Только его руки наконец ослабли, пальцы медленно разжались, будто до него дошло, что он переборщил.

Он на секунду оторвался от кожи омеги, дыхание горячим облаком скользнуло по шее Тэхена, и уже мягче, почти бережно, альфа приподнял край его кофты.

Холодный воздух коснулся открытой кожи, а затем тёплые ладони легли на бока Тэхена — ровно на те места, где он только что слишком сильно сжал его.

Чонгук начал медленно гладить их, проводя большими пальцами по чувствительной коже, словно унимая оставшуюся боль. Его прикосновения стали спокойными, тёплыми, будто он пытается стереть следы своей же грубости.

Тэхен тихо втянул воздух, но не отодвинулся. Наоборот — он чуть расслабился под этими движениями, позволяя альфе дотронуться, позволяя себя успокаивать.

Чонгук вновь наклонился к его шее, касаясь её уже не языком, а мягким дыханием:

— Прости, — тихо, почти невесомо.

И его ладони продолжали ласково гладить омегу, нежно, долго, будто он старается вернуть ему каждый потерянный миллиметр спокойствия.

Время будто растворилось, пока Чонгук вылизывал шею омеги — тёплое дыхание, влажные прикосновения, сильные руки на талии. Тэхен чувствовал, как голова слегка кружится, и вдруг краем глаза заметил на экране своих часов мигающие цифры.

Он вздрогнул.

— Чонгук!! Пара идёт уже пятнадцать минут!!

Альфа даже не отстранился. Его голос прозвучал прямо в кожу омеги, низко и лениво:

— Подождём, пока пройдёт ещё пятнадцать.

— Нет, Чонгук… — Тэхен заёрзал, пытаясь набрать строгость, хотя сама поза — прижатым к стене — выглядела слишком беспомощно. — Я писал документацию… мне нужно идти!

Он попробовал оттолкнуть альфу руками, но упёрся будто в каменную стену — Чонгук даже не дрогнул. Пальцы омеги бессильно скользнули по его груди, а лицо вспыхнуло ещё сильнее.

— Чонгук… пожалуйста…

Только после настойчивых, почти жалобных мольб Тэхена альфа медленно оторвался от его шеи, оставив на коже горячие влажные следы. Он выдохнул, взглянул на омегу так, будто не хотел отпускать.

— Иди на пару. — Его голос был чуть хриплым. — После занятий буду ждать тебя на парковке.

Тэхен поспешно кивнул, распахнул дверцу кабинки и почти бегом выскользнул наружу.

Уже в коридоре он на ходу поправил волосы и прижал ладонь к шее — она была влажной от языка Чонгука, тёплой и уязвимой. Запах его собственной пыльцы слегка чувствовался в воздухе, тонкий, сладкий.

И только когда Тэхен добежал до аудитории, он заметил в зеркале на стене маленький, едва заметный след на шее — лёгкий оттенок засоса. Чонгук его не поставил полностью… но почти.

Омега покраснел до кончиков ушей и юркнул в аудиторию, делая вид, что ничего не произошло.