«Свет после разрыва»

Тэхен был обычным двадцатилетним омегой — симпатичным, но очень скромным. Его мягкие черты лица и застенчивый взгляд делали его притягательным, хотя он редко осознанно замечал это в себе. Он любил учиться и был полностью погружён в учёбу: на втором курсе юридического факультета конспекты, книги и лекции занимали большую часть его времени. Несмотря на осторожность и сдержанность, Тэхен был счастлив в отношениях с Намджуном — альфой, с которым он жил уже почти полгода. Их связь была тёплой и уютной, наполненной заботой и вниманием, но для Тэхена это были первые серьёзные отношения, и мысли о глубокой близости ещё вызывали у него лёгкое напряжение. Он не был готов к слишком интимной, взрослой связи, какой привыкли жить многие пары.

Однажды вечером, вернувшись с учёбы, Тэхен открыл дверь и сразу ощутил тепло домашней атмосферы. Намджун уже был дома. Альфа встретил его с улыбкой и, не теряя времени, подошёл ближе:

— Малыш, ты такой красивый… ммм… я так соскучился.

Тэхен слегка улыбнулся, тепло отвечая:

— И я скучал, Джун.

Сначала он обнял альфу, радуясь встрече и чувствуя себя защищённым, но быстро жесты Намджуна стали настойчивыми: альфа сжимал его за ягодицы и оставлял поцелуи на шее. Тэхен напрягся и отстранился чуть в сторону, испытывая лёгкий дискомфорт:

— Перестань, Джун… мне не приятно.

Его голос был мягким, но твёрдым, ясно обозначая границы. Но Намджун, словно не заметив отказа, продолжал: целовал шею Тэхена и обхватывал талию руками, стараясь прижать ближе.

— Не вертись, никто тебя не мучает… — сказал альфа с лёгкой усмешкой, пытаясь успокоить младшего.

Однако Тэхен абсолютно не желал такой близости. Сердце билось чаще, ладони дрожали, и он отчаянно отталкивал альфу, пытаясь вырваться:

— Пусти меня… пожалуйста, Намджун!

Альфа продолжал пытаться успокоить его, слегка касаясь и оставляя поцелуи на шее, но когда слёзы потекли по щекам омеги, Намджун внезапно остановился. Его лицо, обычно уверенное и спокойное, исказилось смесью раздражения и беспокойства.

— Да блять, Тэхен… тебе двадцать лет, а ты ломаешься как пятнадцатилетний! — почти крича, говорил альфа, пытаясь вывести младшего из состояния паники.

Тэхен дрожал, голос едва слышался сквозь рыдания:

— Я… я боюсь…

Намджун нахмурился, словно пытаясь понять, что именно пугает омегу, его руки все ещё осторожно поддерживали Тэхена:

— Чего ты боишься? Трахаться боишься? — спросил он резко, но с ноткой тревоги в голосе, словно сам не знал, как правильно снять страх младшего.

Тэхен опустил голову, сжимая кулаки, дыхание прерывистое. Он понимал, что альфа не хочет ему навредить, но для него эта близость была слишком новой, слишком быстрой. В комнате повисла тишина, в которой слышались только тихие всхлипы омеги и нерешительные движения Намджуна, пытающегося удержать контроль над ситуацией, не сломав доверие, которое Тэхен так осторожно строил.

— Блядство… — кричал Намджун, голос срывался от раздражения. — Ты понимаешь, что я не могу столько терпеть? Я уже два гона перетерпел, не трогал тебя, уезжал из дома на время! Чего тебе, сука, не хватает?!

Эти слова и крики разбили Тэхена на куски. Он не выдержал, упал на пол, поджав под себя ноги, и слёзы хлынули безудержно. Каждый вдох был прерывистым, тело дрожало от эмоций.

— Я… я… я ещё не готов… ты… ты же знаешь… — тихо пробормотал омега, едва удерживая рыдания.

Намджун лишь тихо выдохнул, произнеся одно слово, полное раздражения и усталости:

— Пиздец…

После этого альфа не стал продолжать, не сделал ни одного движения в попытке заставить младшего подчиниться. Он молча взял телефон и кожаную куртку, не глядя на Тэхена, и вышел из квартиры, оставив омегу одного с его бурей эмоций.

Тэхен оставался на полу ещё долго. Его тело постепенно расслаблялось, слёзы медленно высыхали на щеках. Когда эмоции немного утихли, он встал, тяжело и неуверенно двинулся в ванную. Под тёплым душем вода смывала остатки горечи, а вместе с ней уходило напряжение, накапливающееся весь вечер. После душа он вернулся в спальню, укутался в одеяло и, уставший и опустошённый, вскоре вырубился, позволяя телу и разуму наконец обрести покой.

Утром Тэхен долго не мог проснуться. Мысли о вчерашнем событии не отпускали его, и он крутились в голове бесконечным клубком. Омега размышлял, стоит ли извиняться перед Намджуном, виня себя за то, что не был готов к близости. Он понимал, что отношения без доверия и откровенности не могут длиться вечно, но чувство обиды и лёгкий страх всё ещё держали его в напряжении. Только к полудню он, тяжело зевнув, поднялся с кровати. Завтракать совершенно не хотелось — мысли были лишь о Джуне, о том, как альфа может его понять и поддержать.

Хотя Тэхен чувствовал свою «вину», обида всё равно не отпускала. Он не хотел первым звонить, ожидая, что Намджун проявит инициативу. Лишь к вечеру на экране телефона всплыло пару сообщений от альфы:

«Я сейчас приеду»

«Жди меня»

Сердце омеги забилось быстрее — он обрадовался, надеясь, что всё наладится, и что альфа извинится. Так и произошло. Намджун появился на пороге с букетом цветов и целым набором дорогих подарков: брендовая одежда, сладости и даже новый телефон. Тэхен стоял, разинув рот, поражённый вниманием и заботой.

— Тэхен, малыш, прости меня. Я был не прав. Я буду ждать столько, сколько потребуется, — сказал альфа мягким, но уверенным голосом.

Омега не сдержал эмоций, расплакался и бросился в объятия Намджуна:

— Я прощаю… я тебя люблю.

Альфа аккуратно отложил пакеты с подарками, поднял омегу на руки и отнёс в спальню, где стал нежно целовать Тэхена, не переходя границы. Через несколько минут они уже сидели вместе, обнявшись на диване, смотря фильм и лакомясь сладостями. Теплота их близости и простая радость момента словно стирала тревогу и напряжение прошлых часов.

Позже Тэхен примерял новые вещи, которые купил ему Намджун.

— Смотри, как красиво на мне сели эти шортики, — сказал омега, слегка вращаясь перед зеркалом.

— Очень красиво… а твоя задница в них выглядит ещё сексуальнее, — ответил альфа с улыбкой.

Эти слова слегка смутили Тэхена, напоминая вчерашний вечер, но он сделал вид, что всё в порядке, и продолжил примерку.

— А это худи… смотри, как оно подчёркивает цвет моих глаз, — серое худи идеально оттеняло синие глаза омеги, делая его невероятно привлекательным.

— Безумно красиво, милый, — ответил Намджун, нежно улыбаясь.

Тэхен улыбнулся в ответ, ощущая, как доверие и тепло снова возвращаются в их отношения. День, который начинался с тревоги и слёз, закончился уютом, смехом и любовью, даря омеге чувство защищённости и счастья.

Ещё через час Намджун и Тэхен сидели за столом, погрузившись в спокойное, но важное занятие: перенос всей информации со старого телефона омеги на новый. Альфа терпеливо объяснял, как правильно сохранять контакты и настройки, а руки Намджуна то и дело касались Тэхена, помогая ему держать устройства или нажимать нужные кнопки.

Тэхен чувствовал тепло рядом с собой, мягкость прикосновений и заботу альфы. Несмотря на недавние переживания, сердце омеги постепенно успокаивалось, а лёгкая улыбка появлялась всё чаще. Он наблюдал, как Намджун сосредоточенно работает, и ощущал одновременно уверенность и нежность, исходящие от него.

— Вот так, малыш, почти всё готово, — сказал альфа, когда перенос почти завершился, — теперь твой новый телефон полностью настроен.

— Спасибо, Джун… — тихо промолвил Тэхен, чувствуя тепло в груди. Его голос был мягким, но в нём звучала благодарность за терпение и заботу.

Альфа улыбнулся и нежно потрепал омегу по голове:

— Всегда рад помочь… и с тобой, и с твоими вещами.

На следующий день, в понедельник, Тэхен проснулся один. На кухонном столе лежала аккуратная записка:

«Уехал на работу, буду поздно ночью, люблю».

Омега привычно кивнул — он знал, что Намджун часто уходит рано, и не придал этому особого значения. Аккуратно одевшись в новую одежду, которую альфа недавно подарил, он позавтракал, собрал вещи и вышел из квартиры, закрыв дверь на ключ.

По пути в университет Тэхен думал о прошедших днях, об утренней тишине и тепле, которое осталась после вчерашнего вечера. Встреча с другом Чимином немного отвлекла его. Они встретились у входа в университет: Чимин, как всегда, был бодрым и улыбчивым, подбадривая Тэхена шутками о предстоящих парах и о том, как стоит сходить после учёбы куда-то посидеть. Омега отвечал тихо, но с лёгкой улыбкой, соглашаясь с планами друга. Вместе они шли по коридору, разговаривая о лекциях, домашних заданиях и мелких университетских событиях.

На факультете они сели на первых рядах аудитории, раскладывая свои вещи. Тэхен внимательно слушал лектора, но мысли периодически уносились к Намджуну. Он знал, что альфа — владелец своего клуба, и эта информация никогда не была для омеги секретом. Ему казалось интересным и в то же время немного пугающим осознавать, что Джун ведёт такую активную, независимую жизнь вне их квартиры.

Разговоры с Чимином слегка отвлекали, пока Тэхен краем уха не уловил знакомые голоса за спиной. Несколько одногруппников оживлённо обсуждали клуб, который принадлежал альфе, и одного из них особенно впечатлила личность хозяина:

— Хах, я с ним переспал в субботу ночью, пока вы думали, я действовал.

Слова прозвучали, как удар. Тэхен оцепенел. Омеги вокруг ахнули и расспрашивали друг друга:

— Что?

— Серьёзно, переспал?

— С Намджуном?? Он же владелец того клуба!

— Я знаю, что владелец, — продолжал тот, — значит богатый, обеспечит меня. — подметил омега, после чего посмеялся, а его друзья стали бурно поддерживать. 

Тэхен почувствовал, как под ногами будто исчезла земля. Вспоминая субботний вечер, он понимал: когда они ссорились, его возлюбленный, которого он любил всем сердцем, переспал с другой омегой. Тэхен не мог дать Намджуну того, что альфа желал, и теперь это осознание обрушилось на него с полной силой.

Мир вокруг омеги стал размытым: звуки аудитории казались отдалёнными, смех одногруппников — чужим, а в груди застрял холодный ком предательства и боли. Он сидел на месте, сжимая руки в кулаки, пытаясь понять, как справиться с этим шоком, и одновременно борясь с чувством вины за то, что не смог быть тем, кто нужен Намджуну.

Как только Тэхен пришёл в себя, он молча собрал вещи и, не объясняясь с Чимином, вышел из аудитории. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, а слёзы жгли глаза. Он бежал по коридору, едва сдерживая рыдания, и в спешке случайно врезался в кого-то, кто шёл навстречу.

— Простите, простите меня… — задыхаясь и протирая глаза, шептал омега.

Альфа остановился и взглянул на Тэхена с лёгкой строгостью и холодом, но вид слёз смягчил его выражение.

— Смотри, куда бежишь, это может спасти жизнь и тебе, и другим, — сказал он спокойно, но с долей суровости.

— Простите ещё раз, мне очень жаль… — тихо пробормотал Тэхен, вытирая остатки слёз.

Подняв взгляд, омега увидел перед собой высокого, подтянутого альфу с татуировками на руках и чуть приподнятым уголком губ, что придавало ему особый шарм. Тэхен невольно задержал взгляд на необычной внешности старшего, ощущая смесь страха и любопытства.

— С какого ты курса? — спросил альфа, изучая омегу.

— Со… со второго… — голос омеги дрожал, но он старался говорить уверенно.

— Мелкий… совсем страх потерял. Только второй курс, а уже в выпускников врезается, — сказал альфа с лёгкой усмешкой, словно делая замечание, но без злобы.

— Простите… — тихо ответил Тэхен, готовясь уйти, но альфа схватил его за руку, удерживая.

— Погоди. Что случилось? Почему ты весь в слёзах? — голос альфы стал мягче, но в нём звучала забота.

Тэхен боялся говорить, сердце колотилось. Он с трудом собрал слова:

— Мне… мне изменили… — выдавил омега.

Альфа удивлённо поднял бровь, внимательно осматривая его лицо.

— Ты довольно красив, чтобы тебе изменяли, — сказал он спокойно, с лёгкой улыбкой.

Тэхен вытер остатки слёз и тихо ответил:

— Мне не по этому… — голос чуть дрожал, и омега замялся.

— Интересно, по какой тогда причине? — продолжил альфа, слегка наклонив голову, изучая Тэхена.

На этот вопрос омега не смог ответить. Он не хотел, чтобы старший узнал, что он до сих пор девственник — это было слишком стыдно, слишком личное. Сердце колотилось, а щеки покрылись румянцем. Вдруг Тэхен вырвал руку из хватки альфы и извинился ещё раз:

— Простите, мне нужно ехать…

Он поспешно ушёл, вызывая такси на улице. В голове всё ещё мелькал образ старшекурсника с татуировками, но больше всего Тэхена мучила мысль о предательстве Намджуна. Боль, растерянность и тревога переплетались в нём, оставляя чувство пустоты, которое казалось почти невыносимым.

По пути домой Тэхен не выдержал и набрал номер Намджуна. Голос омеги дрожал от слёз, слова прорывались сквозь рыдания:

— Приезжай домой… пожалуйста… сейчас… — почти кричал он в трубку, с трудом сдерживая эмоции.

Когда Тэхен добрался до квартиры, он оказался там первым. Он ходил по комнате, пытался успокоиться, теребил руки и глубоко дышал, но чувство предательства и горечи никак не отпускало. Сердце всё ещё стучало бешено, а мысли путались в буре эмоций.

Когда дверь наконец открылась и Намджун вошёл в квартиру, все чувства, сдерживаемые так долго, вырвались наружу.

— Я тебя ненавижу!! — выкрикнул Тэхен, голос сорвался на крик. — Как ты мог так со мной поступить???! Козлина!!

Слёзы струились по его щекам, а тело дрожало от гнева и боли. Омега не пытался скрывать эмоции: он бросился на альфу, словами и взглядом выплескивая всю обиду, недоверие и разочарование, которые скапливались внутри него.

Намджун, заметив ярость и страдание Тэхена, замер на месте. Его обычно уверенное лицо изменилось — в глазах появилась смесь удивления, раскаяния и растерянности. Он понимал, что допустил  ошибку, что эта боль омеги была настоящей и глубокой.

Комната наполнилась напряжением, смешанным с горечью и тревогой, но в этом хаосе эмоций чувствовалась и любовь, пусть пока замешанная на боли, обидах и слезах.

Намджун, увидев рыдающего и дрожащего омегу, сразу подбежал к нему, хватаясь за руки Тэхена и глядя в глаза с полной искренностью и отчаянием:

— Прости меня, Тэхен… я был пьян… — голос альфы дрожал, с каждой секундой он пытался передать, как сильно жалеет.

Но слова альфы наткнулись на стену ярости и боли:

— Я не хочу ничего слышать!! — выкрикнул Тэхен, голос сорвался на крик. — Мы расстаёмся!! Я бросаю тебя!

Намджун сделал шаг вперёд, стараясь мягко успокоить омегу:

— Тэхен… успокойся…

Но Тэхен не слушал. Сердце билось так сильно, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Слезы ещё струились по щекам, руки дрожали. Он начал собирать свои вещи, быстро складывая одежду и личные вещи в сумку, игнорируя мольбы альфы и его попытки удержать хотя бы взглядом.

Намджун пытался мягко взять омегу за руку, остановить, удержать хоть на мгновение, но Тэхен рванул её, отвернулся и продолжил собирать вещи. Его движения были резкими, полными отчаяния и боли. Каждый предмет, который он упаковывал, казался символом его разрыва с альфой, всей его внутренней ярости и чувства предательства.

Альфа стоял рядом, неподвижно, его глаза отражали смесь растерянности, вины и настоящей любви. Он понимал, что слишком поздно говорить, что омега сейчас действует под властью эмоций. Но в глубине души он готов был терпеть и ждать, лишь бы вернуть доверие Тэхена.

Собрав вещи в чемодан, Тэхен направился к двери, сердце колотилось, дыхание было прерывистым, а руки дрожали от накопившегося гнева и боли. Намджун шагнул вперёд, пытаясь задержать омегу, мягко схватив его за руку:

— Подожди, Тэхен… давай поговорим…

Но слова альфы разбились о стену эмоций омеги. Тэхен резко отдернул руку, голос сорвался на крик:

— Нужно думать прежде, чем член доставать! Урод!

Его глаза блестели от слёз, губы дрожали от злости и отчаяния. Без единого взгляда назад он толкнул дверь, и она с глухим щелчком захлопнулась за ним.

Тэхен ушёл, оставляя квартиру пустой и наполненной эхом своих слов. Сердце билось бешено, смешивая боль, ярость и чувство предательства. В этот момент он думал только о том, что сделал первый шаг, чтобы защитить себя, и что теперь ему предстоит разобраться с этим грузом эмоций в одиночестве.