Судьба ребёнка (2)

Я ждала её долго, на следующий день ходила к ней на работу, хотя мороз был жутким. Там сказали, что она вчера ушла как обычно. Я прошла всю дорогу еще раз, осматривая каждый сантиметр снега. Слёзы стояли в горле, но я не хотела верить в страшное. Я нашла... Я нашла лежащее в сугробе и занесенное снегом, ледяное тело моей мамы.

Я просто встала. Я не верила, не могла поверить. Слезы потекли по щекам, из-за мороза они тут же превращались в льдинки. Я чувствовала, как трескается кожа на щеках, но не обращала на это внимание. Я просто стояла и смотрела. Я не могла сдвинуться с места.

Простояв так бог знает сколько времени, я наконец очнулась из оцепенения. На ватных ногах я пошла домой за санками. В самом начале мы с мамой оставили их, надеясь, что они никогда не понадобятся.

Размышляя обо всём, но в то же время ни о чём, я вернулась обратно. Я понятия не имела ни куда отвозить тело, ни что с ним делать. Я была в каком-то смысле счастливым человеком. Была. Теперь самое время узнать. Сначала я повезла её домой, постучала соседям. Открыла тётя Галя. Как только дверь полностью отворилась, её глазам предстала девочка с абсолютно пустым взглядом и санки, на которых лежала мама этой самой девочки. Она охнула и затащила меня в квартиру, санки же остались за дверью.

Я уселась на кровать, я ни о чем не думала, ничего не хотелось, даже плакать. Тётя Галя тем временем рылась в шкафчиках, ища что-то. Вскоре раздался её облегчённый вздох. Она достала конфету. В то время это было настоящее сокровище, кто знает откуда вообще она взялась и как сохранилась. Я только посмотрела на протянутую мне редкость, посмотрела на тётю Галю, у которой в глазах стояли слёзы, и взяла. Развернув фантик, я поблагодарила женщину, разделила шоколадку на две части и одну протянула ей. Другую по привычке начала надкусывать маленькими кусочками и рассасывать во рту. Я не чувствовала вкуса, не понимала, что происходит. Тетя Галя оставила меня у себя, заботилась обо мне, кормила по возможности. Я же просто лежала в кровати.

Так прошло несколько месяцев. За это время я отошла, даже немного приняла случившееся. Стала вставать, выходить на улицу. Понемногу помогала тёте Гале.

Полностью я смогла это пережить только через 5 месяцев. Кому-то это покажется мало, но на войне нужно быть сильнее, нужно проживать все ужасы.

Я с детства увлекалась биологией, в частности медициной, и что-то в этом понимала. По этой причине я и пошла в госпиталь. Мне хотелось спасать жизни других людей.

Когда я пришла и попросила меня принять, мне задали несколько вопросов. После моих ответов, взяли на должность сиделки. Так я и оказалась здесь.

———————————————————————

Слушая рассказ девочки, я неотрывно смотрела на неё. Под конец истории глаза заслезились. Хотелось просто обнять её, утешить, поддержать. Сложно представить, какие мысли были у неё в голове за всё это время. Сейчас в её глазах только отражение тех эмоций, что ей удалось пережить.

Так мы и молчали, гляда друг на друга. Я — глазами, полными слёз, она — взрослыми и серьёзными. Сложно было сказать, кто из нас старше. Я тоже видела смерти, но это не идет ни в какое сравнение со смертью матери на глазах собственного ребёнка.

Война делает с людьми ужасные вещи. Все люди того времени — герои. Ничто не забыто и никто не забыт.