Street Lights

Street Lights

Ты – Преисподняя.




Батл продолжался. На сцену выходят те, кого на улицах прозвали Парой Разрушения. Движения – всегда идеальные. Техника – никогда не простая.


Хёнджин учился у лучших, Джисон же в универе на хореографическом.


Но даже корочка диплома с отличием не помогла ему пойти путем «правильного» мальчика. Улицы влекли, а танцы всё ещё оставались лучшим, что он мог придумать в своей жизни.


Хван навсегда уличный танцор, но его отличала жажда к жизни. Жар на сцене и крики людей подпитывали его энергию. Резкие движения много людей считали дергаными, но только настоящие ценители сего искусства понимали, сколько нужно практики, чтобы сделать так же.


И он знал, что лучше. Лучше Хан Джисона. И они вновь встретились на улицах Сеула за тем, чтобы доказать толпе, что чего-то стоят. 


– Готов лечь под меня? – Хван толкает язык за щеку, стоя полубоком к сопернику. Его со всех сторон облепляют фанатки, стараясь снять красиво. На память.


– В твоих влажных мечтах, Хван, я буду под тобой. Особенно на сцене, – Хан дергает бровью, поправляя рукава дорогого бомбера.


– Мои мечты далеко от твоей смазливой рожи, заруби себе на нюхалке, – Хёнджин подходит ближе, Джисон зеркалит. Лоб ко лбу, глаза в глаза. Вражда долгая, всего за место на пьедестале в глазах людей. Но так важно остаться там, а не лечь под синеволосого индюка, который не прочь выбить воздух из легких плавными движениями. – Красишься как девчонка. Нравится выглядеть как кукла? – Хван проводит пальцами по ярким волосам, делая вид, что ему не нравится.


А ему ещё как нравится. Весь бунтарский образ Хана, волосы в цвет яркого неба со звездами и глазами, что светятся на фоне черного каяла. 


– Нравится сводить тебя с ума, всякий раз забирая победу, – одними губами шепчет танцор в ухо другому, почти касаясь щеки. У Хвана по шее мурашки бегут, но он их не замечает, смотря в глаза соперника, что отходит назад.


Пришло время показать себя в деле.


Первым выступает Хван. Трек знает, действия – полный фристайл и немного резкости хип хопа. 


После серии почти плавных движений он застывает на хите, смотря в глаза соперника. Слишком медленно для его стиля – будто дает время рассмотреть. А Хан не отрывает взгляда, старается понять, где унизить. 


Куда ударить посильнее.


И он знает, что техника победит дворнягу.


Хван делает быстрый слайд на кроссовках, вновь переключаясь на резвость движений. Подошва скользит по асфальту с тихим скрипом — он не сбивается ни на долю секунды. 


Публика взрывается, стоит ему проделать бейби-фриз – опора на руки и голову, ноги скрещены в воздухе. Музыка останавливается, Хван сходит с позиции, вытирая пот краем майки, открывая вид на твердый корпус и пресс, от чего толпа заново взрывается визгами.


На долю секудны Джисон застывает от увиденного. Тут же одёргивает себя, распаляясь сильнее.


– Обыграешь? – губами произносит, чтобы только Хан увидел. 


А тот смотрит. В упор, только на красные половинки, влажные от пота и слюны только то смочившего их языка.


Мокро, грязно и так по виду вкусно.


Вместо ответа Хан выходит на средину, зазывая толпу руками аплодировать. Моментально шум заполняет проулок, уделяя внимание танцору. 


– Сделайте шума, ребята! – Эмси зазывает толпу, поддерживая. 


Все должны знать и слышать их победителя прошлых баттлов.


Джисон начинает свой брейк, не смотря вокруг. Плавно, будто лениво. Он не соревнуется – он играет. 


Хан повторяет одно из движений Хёнджина – медленнее, возможно чище. Только он – грязный и порочный, но это разваливает образ Хвана на публике.


Он кружил по всей сцене, в моменте подходя к Хвану, что завороженно смотрел только на одного.


Хан смотрит в его глаза, что искрятся в уличных огнях. 


Слишком ярко, слишком ясно, чтобы не понять желаний.


Джисон проводит пальцем под подбородком его сценического врага, закусывая губу, смотря исподлобья. Задерживает взгляд дольше, чем нужно. Дольше, чем просто номер.


Это уже борьба не на победу.


– Ты сама преисподняя, Хан, – шепчет в неведении Хёнджин, не надеясь быть услышанным.


– Будешь падшим ангелом? – Джисон в последний раз проводит по шее застывшего парня и отходит, чтобы продолжить выступление.


– Буду, – уже только себе продолжает шептать Хван.


Толпа кричит, но он не слышит. Только видит завершающего свой номер Хана и его ухмылку.


Тот сходит со сцены, последний раз смотря на соперника.


Дыхание Хвана сбитое, хотя он уже давно сошел со сцены как танцор. Усмешка на губах плывет плавной поступью. Уже не для толпы.


Сегодня Хан – победитель. Хёнджин готов отдать победу за те ощущения, что принес ему Хан сегодня.


Но только сейчас. Поддаваться больше не станет.


Хотя уже знает, что вновь сорвется.


Только если Джисон хорошо попросит.


А он попросит.





Report Page