Стратегия бесчинства

Между Северными землями и землями Крагара находилась крепость, называемая Басстель, в королевстве Агна, что разлетелось по всему миру от буйного появления хаоса. Это королевство представляло из себя глубокую смесь интриг и вычурных убийств, сочившихся из всех краёв её надменной власти. Агнарцы поголовно являлись ворами, наёмниками и авантюристами, что сеяли семена раздора по соседним королевствам, куда дотягивалась жаждущая длань их правителя.

Басстель стал одним из отрезанных оплотов королевства, вокруг были совершенно не знакомые земли, а внутри медленно воцарялась паника.

Магия хаоса была подобно паразиту. Те, кто принимал её как должное и использовал силу, уже переставали быть людьми, но существовали и те, кто сопротивлялся этой мощи. Так и в крепости Басстель множество невинных людей попросту не признавали врождённую в их телах способность, пытаясь оставаться теми, кто они есть.

Стратегия бесчинства... Разве может быть больший ужас увидеть, как твоя родина разрушается по осколкам, как леса и поля гниют, словно порчей поражая всё вокруг? Да, может... Одна из вещей, в которой мы ошибаемся всю нашу жизнь, так это то, что ожидаем, что хуже уже не будет...

- Прошу внимание, никчёмные нелюди Басстеля, рабы, что отрицают настоящее могущество, мы с вами вот уже несколько дней скрываемся за стенами города, а скитающиеся маги, которые ступили на нашу территорию, так и не собираются сдаваться! - Мужчина в латных доспехах гордо стоял перед народом и, глядя в лица омраченных жителей, видел лишь злобу и усталость в накатывающихся мешках под глазами.

Жители работали на износ, и выращивать культуры им приходилось внутри стен крепости. Однако хаос, разошедшийся по земле, задел не только людей и животных, но и почву, что в большинстве случаев вызывало мутации.

Цветы, которые своим стеблем впивались в ногу и двигаясь по кровеносным сосудам, полностью выжимали всю кровь человека без остатка. Остролиственные культуры, что невозможно было взять голыми руками, они либо разрубали ладонь насквозь, либо лопались, выжигая всё своим кислотным соком.

Стража же нагло выедала запасы. Голод стал ужасным мучением, а отчаявшиеся от хаоса скитальцы двигались вдоль полей, как койоты, жаждущие того момента, когда наконец перед ними откроются двери Басстеля.

Стратегия бесчинства была придумана, когда запасы еды и воды были полностью исчерпаны, на стенах нависали ужасные растения, а командир стражи Риос и вовсе стал одержим своей наспех придуманной безумной идеей.

- Всем быстро собраться на площади. Господин Риос собирается оглашать план дальнейших действий! – Выкрикнула шестёрка подле командира, что жёсткими пинками вытесняла народ к центру крепости. – Давайте! Хватит прохлаждаться, ленивые свинорылы!

Стражи прочищали каждый дом, даже там, где старики буквально валялись, опираясь об стол. Их выталкивали силой, бросая на площадь, окутанную грязью. А любая, даже самая малая дерзость от ребёнка заканчивалась жестокими побоями.

Риос был главой стражи. Его вид и его голос заставляли жителей либо трепетать в страхе, либо искренне желать ему смерти за своё бесчеловечное отношение к обычным людям. Однако этому человеку было отрадно видеть злость и ненависть в их глазах. Она говорила ему о том, что зверь ещё не подчинился, борется и может дальше работать на него и его верных прихвостней.

Единственными, у кого было оружие, являлись стражники, а те, кто противился воли Риоса, были тут же казнены. Их тела после смерти превращались в компост для культур. Изъеденные жаждущей почвой и пропитанной хаосом растительностью, они буквально сращивались с землёй, навечно оставаясь пищей в объятиях мрачного бессмертия.

Магия хаоса зародилась в каждом человеке. Она копилась внутри тела в виде тёмных сгустков и была единственным источником, который так жаждали получить все маги. Они стали как хищники, которые не могут поделить кусок мяса, рыщут в поисках ослабевших, таких же, как и все люди, скрывающиеся за стенами Басстеля.

Риос ощущал в телах людей сгустки хаоса, видел их души, эмоции и чувства. Однако это не мешало ему поглощать их в своё тело. Это можно было бы назвать канибализмом, но магия хаоса была для него чужеродна, не относящаяся ко всему миру. Поэтому Риос даже не брезгал пожирать силы уже умерших товарищей и жителей, нагло смотрящих в его спину.

Возможно, всё это и извратило стражу, сделало их грубее, злее, мрачнее. Словно серые волки в потертой шкуре, они бродили вдоль стен, где среди них бедные овцы прижимались к телам друг друга, чтобы не умереть...

Возвращаясь к нынешнему времени, где всех людей вывели на площадь, вот-вот должна была раскрыться главная причина поднятия такого шума.

Риос предстал перед людьми в своём самом блистательном образе и, вытащив клинок над головами падших, рубил ветер пронизывающей речью. - Жители Басстеля, наши общие запасы, и вместе с ним боевой дух наших товарищей иссякает очень стремительно...

- Ага... Общие запасы... Смешно... - Слегка усмехнулся один из пахарей, не ожидая, что его смелую выходку мгновенно услышит глава стражи, который, медленно двигаясь к нему своей тенью, становился лишь больше и страшнее.

Подойдя чуть ближе, Риос ощутил неладное, но в одном единственном мгновении, что было не подвластно его реакции и затуманивающей самоуверенности. Он тут же оказался в засаде под клубом дыма, резко вырвавшимся в его ногах. Остальные стражники уже хотели спасти своего господина, но один юнец, быстро проскальзывая сквозь панику в их лице, запрыгнул на плечи Риоса и приставил к его шее заточенный под кол черенок лопаты.

- Ни шагу! - Выкрикнул этот юноша, что пугало стражников и мгновенно воодушевляло жителей. - Если хотите, чтобы ваш главный не умереть... Бросайте оружие! Сейчас!

Мальчишку звали Эдом. Он был очень смелым и являлся сыном алхимика, который потерялся в суматохе с появлением хаоса и уничтожением королевства. Отец мальчика учил его трём главным заповедям, по которым жила его родина, а именно:

Человек способный ранить ранимый сильнее, чем тот, кому он причиняет боль. Не кари его злодеяния, да бы не сажать новое семя раздора.

Враг лишь ещё один друг в своей собственной шкуре и со своим собственным мировоззрением. Выслушай его перед решением. Ибо, прыгнув над обрывом из ярости, мы не вольны поворачивать назад.

Ненависть виток ещё большей ненависти. Успокой сердце, покуда оно бьётся лишь тогда, когда существует мир среди людей.

Эд любил своего отца, но заветы распадались так же быстро, как и хаос ввергался в души живых существ. Каждый виток ненависти уже успел прорасти, а жители были готовы любой ценой справиться с Риосом и его неоспоримой тиранией.

- Бросайте оружие! Бросайте, или же ваш господин умрёт... - Отчаянно кричал мальчик, привязанный к плечам Риоса. Он вцепился мёртвой хваткой, будто ногтями пытался удержаться на его широкой и мускулистой спине. - Я же сказал! Я... Я убью вашего господина... 3...2...

- Не слушайте эту мелюзгу... – Сказал мужчина, сплёвывая песок, который растирался по всему его лицу от лопнувшего заряда, вызывавшего задымление под его ногами. - Разве вы не верите в своего лидера, что мне какой-то там мальчишка?! Жалкий сопляк, повисший на шее... Ха! Хахаха!

Возгласы Риоса воодушевляли его прихвостней, а они, в свою очередь, окружали всех оставшихся жителей в кольцо. - Ну что, малец, всё ещё не хочешь слезать? - Прошептал Риос, наблюдая, как рука с дрожащим в ней оружием становилась гораздо более расслабленной. И в этот самый момент мужчина выхватил кол из руки ребёнка и со всей силы отпнул его в сторону.

Эди было достаточно одного удара, чтобы потерять привычный ритм дыхания. Казалось, что весь воздух вышел из его лёгких за одно мгновение. Он мог потерять сознание, но, опираясь об землю, лишь продолжал судорожно вдыхать и выдыхать воздух, чтобы привести себя в чувства.

- Мелкий засранец! - Выкрикнул Риос, тут же подбросив мальчика в воздух, вновь выдавливая на его животе нетерпимое желание к жестокости. - Грязный щенок!

- Не трогайте его, он же просто мальчик... – Паниковала старая женщина, жалобно отторгаясь в сторону от острых мечей стражи, которые заострённой стеной выстраивали преграду против перепуганных людей.

- Это не мальчик… Это что ни на есть животное. Впрочем, как и вы все... Что! Хотите убить меня?! Ничего-ничего. День ещё настанет, у вас ещё будет много шансов сделать это возрадуйтесь глупцы… - Отыгрываясь на жителях, мужчина привёл свой взбешённый тон в более спокойное русло, всё так же выражая надменность над запуганным народом. - Вот только без нашей защиты вы лишь жалкий сброд, мусор в надвигающихся переменах по всему миру... - Риос поднял Эда за плечо и холодным взглядом смотрел на кровавый след, исходящий из его рта. - А если бы вы приняли хаос такой, каков он есть, давно бы смогли выбраться из этого круговорота мучений и боли... - Прошептал он с наслаждением, присущим человеку с ног до головы, наполненным аморальной беспощадностью, и вытягивая каждый палец на своей руке, сжимал их в кулак, оставляя свой последний отпечаток на теле Эда, выхлестывая из него фонтан, смешанный со слюнями и кровью.

- Да как ты смеешь избивать детей, животное! – Кричали бунтующие жители, увидев, как Эди валялся на грязной земле, из рта вытекали окровавленные сгустки, а его тело беспомощно дёргалось от недостатка воздуха в лёгких.

- Замолкните… Раз уж вы так терзаетесь за этого пацана, я оставлю его гнить в этой крепости... А кто желает противится этому решению, может составить ему компанию. И, уверен, ваша кровь, плоть и кости станут отличным пропитанием для местной падали.

Жители начинали вести себя тише и более сдержанно в своих эмоциях. Глаза опускались, а зубы скрипели. Пока Эда привязывали к столбу, оставляя наедине с ноющей болью по всему телу, жители и стражи отправлялись за ворота, еле-еле исчезая в его мутных глазах. Одно лишь “Стойте…” – Никем не слышимым шёпотом исходило из его окровавленных губ.

Разведчики Риоса задолго до этого события обнаружили одну из крепостей, принадлежащую их королевству, и, придумав план, решили незамедлительно отправиться к ней, несмотря на всех скитальцев, что ненавидели королевство Агна и опасности, поджидающие их в этой прогнившей земле.

Стратегия бесчинства представляла собой построение из стражников, окружающих жителей внутри кольца. Поначалу казалось, что это была только защита жителей Басcтеля, но как только на глаза попадал какой-либо враг или неизвестное им чудовище, слитое вместе с силами хаоса, жителей сразу же использовали как живые щиты, выставляя вперёд и обрушивая сквозь них оскверненные людской жестокостью копья.

Позже те, кто сможет выжить в этот роковой день, назовут эту стратегию "Бесчеловечной". Ирония в том, что эти слова столь созвучны, что начинаешь понимать. От бесчинства до бесчеловечности была лишь тоненькая грань.

Они шли сквозь вязкое болото, которое сразу же вскипало, ощущая в своём объятии живую плоть, казалось, что вся земля становилась большим хищником, а её обитатели лишь очередными жертвами "несчастных" случаев.

Путь был не из лёгких. Некоторые жители не единожды были заменены другими, а остатки выпотрошенных тел оставляли на съедения червям. Иногда и живые щиты становились бесполезными. Деревья с резко вырастающими ветками, как копьем, пронзали всё, проскальзывая даже через слабые точки доспеха, убивая стражника за один удар.

Земля запоминала. С каждым разом удары становились всё точнее и точнее. Даже маги нападали на столько слаженно, что потери со стороны Риоса были не только сигналом для побега жителей, но и возможностью дать отпор стражникам.

- Жалкие звери, вы умрёте на воле, не успеете и глазом моргнуть! - Кричал во всё горло Риос, пока хаос не насел над ними так плотно, что, казалось, их вот-вот сотрут в порошок. – Ублюдки и ничтожные оборванцы, посмевшие встать наперекор моим планам! - Вновь выкрикнул Риос, вобрав в свой клинок всю решимость, отточенность движений и силу хаоса, показывающую ему сосуды, прячущиеся внутри людей.

Одно лишь уничтожение сосуда хаоса мгновенно перекрывало всю регенерацию и жизнь, словно вспышкой замораживая дыхание нападавших. Клинок Риоса был весь наполнен его жаждой к уничтожению, настолько плотной и сжимающей все его чувства до предела, что даже в сломанном мече он не видел преград, чтобы в открытую пустить голодную пасть из ладони, схватывая сквозь плоть глупцом их последний оплот жизней.

В это же время Эд сражался с болезненным свистом в ушах, в голове была каша, а картина в глазах осторожно проявляла жутких существ, лисов с саблезубыми клыками, что по размеру были подобны лошадям. Их шёрстка, как смоль, была чёрной и такой густой, что позволяла им в мгновение, словно акула, погружаться в землю.

Эди без лишних телодвижений облокачивался на деревянный столб, к которому был привязан по самую шею. Пот стекал по его коже, а дрожащие пальцы нервно постукивали по земле в стойком понимании того, что если бы он и мог сбежать, то точно прямиком в пасть этих существ.

Их образ напоминал огонь, такой же бурный и в то же время спокойный. Глаза их неустанно смотрели на мальчика, а дыхание, слегка прерываясь и сочетаясь с рычащими звуками, очень плавно походило на дыхание Эда.

Мальчик уже было хотел прикоснуться к этим существам, осторожно вытягивая руку вперёд, но увидев человека, которого тотчас разорвали в клочья две впившиеся друг в друга пасти лисов, всё желание исчезало так же быстро, как и появлялось.

Эди оставалось лишь смотреть. Пальцы на руках впивались в ноги, а в груди всё колотилось так, будто кто-то насильно пытался содрать сердце со всех прилегающих ему петель.

Тёмные лисы были необычными существами, в этносе неба, где свет озарял мир своими красками, они прятались в землю, а в этносе земли, в мрачных оковах теней, наоборот, блистали во всей своей красе.

Однако, как и у людей, разделившихся на принимающих силу хаоса и тех, кто её отвергает, животные тоже изменили свою суть. Может, сейчас Эди боится, в ужасе вглядываясь в их оскал, но в будущем эти лисы станут его лучшими и преданными союзниками.

Но это история отнюдь не про мальчика, что борется со своими страхами, и о том, как он вырастает среди падших королевств. Это история про стратегию, которая привела к бессмысленным жертвам и уничтожению очередного оплота человечности в прогнивших сердец Агнарских воинов…

Неверделл и все остальные королевства никогда до дня катастрофы не видели и даже представить себе не могли силу, скопившуюся внутри тела, великую мощь хаоса, способную разделить грань между обывателями и неотвратимыми повелителями. Но, несмотря на это, ещё в стародавние времена существовали редкие создания, словно они были маленькой золотой песчинкой в медных далях, существа наделенные своей собственной магией.

Риос и его прихвостни едва ли могли находиться в сознании. Тела вывешены на скрюченных пальцах деревьев, а вывернутые головы, как сок, выдавливались на запачканной кровью траве. Блуждующие маги, что ходили вдоль трупных останков, лишь с энтузиазмом вырывали сгустки хаоса, сливая их со своими телами.

- Маг...ги... - Выплевывая кровь, Риос полз одной лишь своей ладонью. Его ноги были вырваны с корнем, а по телу были отметины от ожогов. Пол лица утянуто кровавыми лентами, а другая жадно впитывала воздух в своих стёртых окончаниях.

- Надо же, какой живчик попался... - Говорил один из магов, направляя ладонь на лидера стражников. – Так ты тот самый, капитан Риос Блюдэр. Расскажи же, какого это осознать, что все годы тренировок с мечом пали перед могущественными способностями хаоса?

- Убе...й меня... – С возмущённым тоном говорил Риос, вцепившись рукой в болтающуюся от ветра штанину. – Гнусное отребье… - Сплюнул он кровавой слюной от изнеможения в каждой ноющей части тела. – Без хаоса вы лишь дерьмо под ногами Агнарцев…

Мужчина смотрел на Риоса, как на очередную жертву, которую он собирался поглотить. Его сосуд был как на ладони, высвечивался из под оголённого тела в раздробленной клетке рёбер, а сам он смиренно глядел в обозлённые глаза, что буквально питались мыслью о перенасыщении силами хаоса. – Вот только кто сейчас под ногами… Командир стражи в загнанной крепости… - Сказал скиталец, едко сплюнув перед полу разорванным лицом Риоса.

Веки Риоса становились тяжелее, а боль уменьшалась, словно все раны сами собой сшивались, восстанавливая кровь и былую силу по всем загубленным частям его тела. - Почему... - Удивлялся мужчина, ощущая, как тело само собой исцеляло себя от ран.

- Ооо, так ты не знаешь... - Слегка посмеивался маг, вдавливая ногой в ещё не затянувшуюся рану Риоса, высвобождая из его рта очень сдержанный и неприятный скрип зубов. – Вот же крепкая псина…- Пробурчал про себя мужчина и стал медленно и с превеликим удовольствием прожигать кожу на спине стражника, выдавливая из своих пальцев языки опаляющего пламени.

Кожа плавилась и вместе с нетерпимой болью медленно срасталась. Это было похоже на наказание, пытку за все его злодеяния, что он совершил. Но наказание было не долгим. В небе чувствовалось напряжение, а земля будто дрожала от страха перед чем-то очень могущественным.

Не знаю, что происходит, но тебе очень и очень везёт... - Иронично высказался маг, в страхе оставляя Риоса одного наедине с горой из наваленных друг на друга трупов и напряжением, что заставляло даже хищные растения уходить обратно под землю, съёживаться в пещерах и распадаться на лепестки.

- Что-то не так... - Речь Риоса стала более-менее явной. Тело регенерировало, а сгусток хаоса, находящийся внутри, как латающий созидатель восстанавливал его по разбросанным кусочкам.

"Этот маг мог меня убить, но чего-то испугался", - Задумался Риос, опираясь на павших товарищей, смешавшихся с телами крестьянской черни и магическими бесами, целиком и полностью познавших жажду, исходящую из силы хаоса.

Дыхание становилось легче, но воздух всё равно першил и слегка отдавал привкусом пепла. Словно где-то рядом горел целый лес, а ветер слонялся по полю, находя тех, кто сможет вкусить затхлые угли в своё огрубевшее горло.

И в один момент все звуки, окружающие Риоса, замолкли, словно кто-то сжал их в руке, неотвратимо сдавливая тревогой и нависающим страхом.

Сломанные кости трещали в его ногах, собирались как пазл, часть за частью склеивая всё тело. Риос никогда не видел такого необычного эффекта, а сгусток хаоса, обволакивающий сердце, явно давал понять, что именно он был виновником такого пугающего исцеления.

- Отдыхать это роскошь… - Шёпотом сказал Риос, на мгновение закрыв свои заляпанные кровью веки. И в этот самый момент он ощутил чьё-то зловещее дыхание. Стало жарко, а по телу прошёлся слабый шлейф пота. И только-только открыв глаза, необъятная мощь предстала перед его лицом.

Гигантская пара глаз, обшитая чешуйчатой броней, смотрела на Риоса с надменностью, как на маленького червя, болтающегося среди бездыханных тел. Лапы этого чудовища, без сомнений, могли сдавить любое существо в смятку. А взгляд не просто пронизывал оцепенением. Он превращал в камень каждую часть тела, не давая шевельнуться в смиренном ожидании своей смерти.

- Дракон... - Медленно, в дрожащих губах Риоса отскакивало осознание того, что перед ним стоял настоящий монстр.

- Ооо... Удивительно, что спустя поколения люди всё ещё помнят о нашем существовании... - Самую малость удивлялся величественный дракон, складывая свой разрушительный ряд когтей перед Риосом.

- Ну давай, что ж, ты медлишь, съешь меня и дело с концом. - Поторапливал Риос спокойным тоном, видя, что перед ним стояла сама смерть. Глаза полумесяцем надрезали его шею, а дыхание чудовища, словно морозная вьюга, заставляла всю кожу покрываться вздымающим рядом мурашек.

- Люди столь нетерпеливы... - Возмущенно отвечал дракон. - Нам с тобой некуда спешить, мир тлеет, а вместе с ним и вся жизнь вокруг... - Дракон опустил свой коготь, что по размерам был в несколько раз больше Риоса, и, коснувшись лба мужчины, считал его воспоминания как открытую книгу, страница за страницей открывая всю суть. - Сгусток хаоса, это форма души, находящаяся внутри тела. Она растёт с поеданием себе подобных или же тлеет, постепенно высасывая человеческую жизнь... - Дракон тут же указал своим когтем на мужчину, на части тела, что постепенно заканчивали сращиваться. – Хаос заполняет то, что помнила душа, восстанавливая тело до последней крупицы…

- Но почему тогда остальные мертвы? - Мужчина удивленно смотрел на каждую драконью чешуйку, что была прочнее любого щита или же металла. Для него сам вид этого чудовища казался чем-то невообразимым и могущественным.

Дракон сдвинул свой коготь в сторону с лёгким возмущением, взирая на лицо Риоса. - Люди всё так же слышат лишь слова, а не связанный в них смысл... Теперь в этом мире существ может убить только одно... Связанные с душой сгустки хаоса стали единственной слабостью живых существ… - Омрачённо говорил дракон, взирая на скорченные тела падших людей. – ...К сожалению, и моей тоже.

- Зачем ты всё мне это рассказываешь, о хаосе, о своей слабости. Ты гораздо сильнее меня, и тебе не стоит даже секунды, чтобы превратить меня в месиво. - Вновь Риос принимал жестокую действительность, что грозно стояла перед его глазами.

Дракон почти не заметно усмехнулся, услышав такой вопрос, однако не оставил своего собеседника без желанного ответа. - Вижу я, общество не очень по нраву такому, как ты... Одинокий воин среди жалкого сброда, подноготного мусора, словно ты извне всех рамок своего существования… Тот кто желает вырваться за границы своих возможностей... Тот, кто не страшится перед драконом, хоть и прекрасно видит мою душу.

- Это правда. Я терпеть не могу всяких напыщенных священников из Золуса, “Великих” гладиаторов пустыни и, конечно, свою родину, что прогнила насквозь и гниёт по сей день. - Риос говорил очень спокойно, будто весь страх постепенно спадал к его кулакам и выжимался из крови, медленно стекающей по ладоням. - Иии... Я вижу эту необъятную сущность, блистающую внутри твоего чрева, словно и не душа вовсе, а пасть, пытающаяся сожрать мои всевидящие глаза.

- Зови меня Измаар... - Медленно сказал дракон, и глаза его словно обдали тёмной аурой, настолько жгучей, что мужчине в тот час стало не по себе. - Мы ещё встретимся Риос Блюдэр, в Коллегии Магов, что объята бездонными водами, а поныне и кровью тамошних обитателей. - Хлопок крыльев столь болезненно обрушивался на землю, что из ушей Риоса тут же полилась кровь, а дракон, как по щелчку пальцев, исчез, растворившись в тёмном небе.

- Измаар значит...

Имена драконов являются одной из невообразимо редких реликвий, так как все до единого народы, встречавшие это бедствие, пали мучительной смертью. Говорят, что лишь единицы смогли расположить к себе их непокорное внимание, разделив их душу со своей собственной. Это знак достоинства как среди людей, так и драконов. Но никто не знает, как всё изменится, пока хаос разрастается по земле Неверделла.