Страшная сказка для Дины

Повесть для младших подростков

*** ФРАГМЕНТ ***

За шесть часов до того, как явиться Дине, Ману несся по воздуху со страшной скоростью. Горящее золото было на исходе, ведь он тратил его и на полет, и на маскировку. 

Обычно кобольд в своем уме ни за что не пойдет на такое расточительство, тем более теперь – когда драконы исчезли, и добывать горящее золото приходится вручную. А без него ни один кобольд не сможет наколдовать ничего стоящего. 

Но у Ману была причина растратить силу волшебного золотишка. Он летел с Плешни, где раз в десять лет собирались древние существа, и тревожные новости толкали его как можно скорее добраться до Кое-Кого. 

Ману оставалось всего ничего: полдня пути по воздуху, и он на месте. 

– Давай, бырлыгтан, главное, не останавливаться, – шепнул себе Ману.

Он не спал уже несколько суток. Пейзажи под мохнатыми лапами сменялись то горами, то лесами, а сейчас перетекли в поля – разноцветные прямоугольники, перевязанные трассами и пролесками, заправками и садовыми обществами. 

Глаза Ману начали закрываться сначала на секунду, потом на две, три, четыре… пять...

Пять секунд сна для пилота без штурмана – непозволительно долго, поэтому Ману и не увидел летящего прямо в него коршуна. Коршун – тоже не ожидавший врезаться в невидимого кобольда – издал истошный звук “иия!”, и Ману полетел вниз, как мешок с камнями. 

– Чтоб тебя, крылобячка поганая! – только и успел выкрикнуть кобольд на лету. 

Если бы он упал на пять сантиметров правее, то переломал бы себе все ребра о черную железную перегородку. Но кобольды существа везучие, поэтому Ману приземлился на что-то мягкое и тошнотворно вонючее. 

Если, конечно, это можно назвать везением. 

Ману убедился, что жив, скользнул за странную кучу и осмотрелся.

Неподалеку от него стояла лавочка, на которой полу-лежа сидела маленькая людская особь с тетрадью и ручкой. Она с открытым ртом глядела в сторону кобольда.

– Мам! Мама! Мам!

– Ну что, – недовольно откликнулась большая особь женского пола, развешивая пахучее белье. 

– К нам только что в навозную кучу упал большой кот! Прям с неба!

“В навозную кучу??” – Ману подпрыгнул и повел носом. 

И правда: попахивало так себе. 

– Чего только не придумаешь, лишь бы прописи не писать, – отмахнулась взрослая особь.

– Ну можно я посмотрю? 

– Допишешь страницу и посмотришь. 

Справа от двух особей стоял деревянный дом, за ним – зеленое поле, в поле торчали пухлые округлости других человеческих особей. Иногда особи поднимались в полный рост, вытирали чумазыми руками лбы и перекрикивались. Еще правее стояли другие дома и прозрачные сараюшки. Повсюду пахло рыхлой землей, червями и чем-то кислым.

Сердце Ману упало в живот и подскочило обратно: он угодил в разгар дня прямо в центр садов, где копошатся люди-землелюбы!

– Ууу, чупырзики пучеглазые, – Ману злобно сжал зубы и достал из-под меха остатки горящего золота. 

– Бырлыгтан! Бырлыгтан! Брындын-чух! – зашептал кобольд, пытаясь наколдовать себе хотя бы маскировку. 

Увы, как бы Ману ни чертыхался, горящее золото больше не загоралось. 

– Мам, я всё! – выкрикнула маленькая особь с лавочки. 

Ману услышал топот ее босых ног – она бежала сюда, обнаружить его, кобольда дубового леса. 

Шерсть Ману вздыбилась, он завертел головой в поисках нового укрытия и рванул назад в заросли малины. Только тогда он ощутил, острую боль в правой задней лапе – будто кто-то воткнул драконий шип прямо в его колено.

Ману тихо взвыл и поволок за собой лапу вдоль малиновых кустов:

– Дурацкие людишки… горелые растопырки… грязные пузотерки… 

Ему удалось удрать от любопытной маленькой особи: он забрался под стог из деревяшек и прислушался.

– Я же говорила, нет тут никакого кота, – сказала женская особь победным тоном.

– Но я видела! – захныкала маленькая особь.

Кобольд улегся на здоровую лапу. Из-под деревяшек потянуло влажной прохладой и невообразимой тоской. 

Только тоской пахло не от ненужных железок, а от самого кобольда: он понял, что добраться до Кое-Кого теперь будет не так уж просто.