Страх, ненависть и патриотизм. Как учат, отправляют на войну и обманывают российских добровольцев
"Idel.Реалии"![](/file/0a18355c8227e481cc7b7.png)
Россияне, которые решили стать добровольцами и отправиться на войну с Украиной, попадают в "БАРС" — боевой армейский резерв страны. Чаще всего в "БАРСе" оказываются уроженцы тех регионов, в которых нет национальных батальонов, и мужчины под 50-60 лет. Они не получают льгот, их смерть компенсируется дешевле, им труднее доказать свое участие в войне. Добровольцы уходили в "БАРС" с весны прошло года — эти батальоны до сих пор пользуются популярностью на рынке труда в России. О подробностях такой "работы" — в материале "Idel.Реалии".
Борис Ерохин — мужчина 44 лет с пепельно-серой бородой и широкими скулами. Россия подарила ему многолетнюю войну в Донбассе; Борис стал профессиональным солдатом. Начинал он в 2014 году с военизированной бригады "ЛНР" "Призрак", хорошо знал Алексея Мозгового (один из лидеров вооруженных формирований непризнанной "ЛНР", командир батальона "Призрак", убит в 2015 году), воевал на востоке Украины, в том числе в районах Дебальцево. На гражданке Ерохин пробовал себя в полиции, но там ему "не понравилась: много грязи, предательства и подстав".
Потом было посттравматическое расстройство. Родственников пугала замкнутость мужчины, а его самого — большие скопления людей. Борис рассказал "Idel.Реалии", что постоянно тренировался, покупал амуницию, собирался в военные командировки. Когда в них отказывали — начинал пить.
В феврале прошлого года страна дала Ерохину новую возможность воевать — и он отправился в Украину. Борис попал на Кадамовский полигон в Ростовской области, где проходят учения российские добровольцы. Как военный он отказался от этих условий, а как человек — пришел в недоумение от несправедливости.
БАТАЛЬОНЫ "БАРС"
О том, что в России появится некий "Боевой резерв армии специальный (или страны — везде разная информация)", впервые серьезно заговорили летом-осенью 2021 года. Сам же указ президент России Владимир Путин подписал еще в 2015 году, но с тех пор о нем не только не говорили, но и не предпринимали каких-либо реальных действий. Смысл "БАРСа" был в том, чтобы включить российских мужчин в список резервистов, доплачивать им небольшую сумму (от 60 тысяч рублей в год), отправлять на сборы (на один месяц в году), а в случае необходимости — еще и на учения или войну.
"Заключившим контракт гарантируются финансовое стимулирование, упрощенное поступление в вузы Минобороны России, карьерный рост, получение навыков вождения боевой техники, стрельбы из всех видов вооружения, квалифицированное медицинское обслуживание и многое другое", — писали на сайтах администраций и государственных СМИ осенью 2021 года.
Там обещали, что поступление граждан в мобилизационный людской резерв осуществляется путем заключения контракта с Министерством обороны РФ. Так ли это — до конца не известно. Однако сейчас, в условиях военных действий в Украине, налицо отхождения от первоначальной идеи. Например, предполагалось, что солдат, матросов, сержантов, старшин могут принять в резерв только в возрасте до 42 лет; майоров, капитанов 3 ранга, подполковников, капитанов 2 ранга — до 52 лет; полковников, капитанов 1 ранга — до 57 лет.
Однако большая часть из тех, с кем удалось побеседовать "Idel.Реалии", оказались сильно старше этого возраста. Большинство из них — офицеры запаса, но отправились на войну как обычные солдаты. Более того, они сообщили, что средний возраст добровольцев в их батальонах — около 45-50 лет.
Официального сайта батальонов "БАРС" нет. Но есть неофициальный, который посвящён "новому проекту министерства обороны "БАРС-2021". Эта страница находится не на официальном сайте министерства, а в свободной доменной зоне ws. Она была создана при помощи общедоступного инструмента для строительства сайтов Tilda. На сайте сказано, что набор в мобилизационный людской резерв проводит некая "команда вежливых людей" и министерство обороны. В разделе контакты указаны телефоны военкоматов.
Руслан Левиев, глава независимой организации Conflict Intelligence Team (CIT), в разговоре с "Idel.Реалии" отметил, что "БАРС" является "продуктом" Минобороны России".
— Расшифровывается как "боевой армейский резерв страны". Из того, что мы знали про "БАРС" тогда: любой желающий мог подписать контракт с "БАРС", пройти обучение, получить форму, получить скромную доплату и попасть в резерв. Наша гипотеза заключается в том, что нынешние "БАРСы" (а их несколько, они "номерные") набраны как раз из этого резерва. Есть всякие "БАРС-2", "БАРС-3", "БАРС-5" и прочие. Мы полагаем, что часть из них действует под началом Минобороны России и им же и оплачивается. Часть же отдана под СДД (Союз добровольцев Донбасса). Ранее в интернете публиковалось объяснение СДД, что вот такие-то "БАРСы" (назывались номера) относятся к нам и их военнослужащие получают компенсации от нас. А другие — не относятся, поэтому претензии по компенсациям должны предъявляться другим. Никаких ЧВК тут нет, это байки. Напомню, что и группа Вагнера тоже не является ЧВК, — заявил он.
Отметим, что есть свидетельства о как минимум двадцати подобных "номерных" батальонах "БАРСа". Собеседники "Idel.Реалии" сообщили, что речь может идти о 10 тысячах добровольцев, которые сейчас принимают участие в войне в Украине.
4 августа командир отряда "БАРС-13" Сергей Фомченков рассказал интернет-изданию Украина.ру, как российские добровольцы воюют на изюмском и славянском направлениях. Он также отметил, что "БАРС-13" сформирован как военное подразделение Союза добровольцев Донбасса:
— В основном граждане России — добровольцы, которые захотели участвовать в "специальной военной операции". В нашей стране впервые стали разрешать добровольцами участвовать в военных действиях. Раньше эта практика в Донбассе в 2014-2015 годах была хаотично-самодеятельная, не всегда одобряемая из России. А с начала СВО встал вопрос, как люди, которые желают поучаствовать в происходящем, имеющие боевой опыт, желание, соответствующую мотивацию, принять участие, если они не военнослужащие российской армии. Была использована система специального боевого армейского резерва "Барс" для того, чтобы привлечь добровольцев к этой операции. Через Союз добровольцев Донбасса и лично через Александра Бородая я получил возможность сформировать отряд.
Союз добровольцев Донбасса возглавляет депутат Государственной думы РФ, экс-премьер "ДНР" Александр Бородай.
В группе во "ВКонтакте" Союза добровольцев Донбасса сказано, что у них три батальона — "Орел" ("БАРС-9"), "Рюрик" ("БАРС-13") и "Гром" ("БАРС-20"). "К другим батальонам и выплатам в них мы отношения не имеем! Союз не платит денежное довольствие, это функция финслужбы Минобороны [РФ]", — сказано в посте от 14 июля. Отметим, что новостей о "БАРСе" в группе, в которой более 30 тысяч человек, не так много — до десяти упоминаний.
В социальных сетях можно найти десятки публикаций, как люди или организации собирают "гуманитарную помощь" для батальонов добровольцев "БАРС".
"НЕ КАК ВОЕННЫЙ"
На интервью Ерохин согласился именно "не как военный, а как человек". Он объяснил, что не хочет, чтобы обманывали его соотечественников. Как военный сапер мужчина сейчас уже в Мали — работает на ЧВК "Вагнер". Вот что он рассказал о своем недавнем опыте.
По словам Ерохина, на фронт отправляют и в сорок, и в пятьдесят лет. Специальность, указанная в военном билете, отметил мужчина, имеет значение только при стартовом собеседовании в военкомате. Борис считает, что служба в армии в течение одного года не дает реальных умений в бою, а военно-учетная специальность, выписанная на срочной службе, — и подавно.
— У тебя должна быть нормальная физическая подготовка, ты должен уметь маневрировать, причем внезапно. Это такая специфическая нагрузка. Если ты ей не обладаешь, зачем вообще тогда пошел?" — задается вопросом Борис. На собеседовании в "БАРС", по словам Ерохина, физическая подготовка потенциального солдата никого не интересует: забирают паспорт — и пошел.
"Они руководствуются тем, что если человек идет на оборону, ему эти навыки не нужны. Но только в обороне тоже не все так сладко. А если начнутся прилеты? Ты должен реактивно реагировать", — говорит Борис.
Основной контингент "барсиков" (так их называют другие военные, причем как российские, так и украинские) составляют, по данным мужчины, — "конченые люди". Для пехоты, уточняет Ерохин, важно не качество подготовки и сила духа человека, а количество тел, поэтому набирают всех без разбора. На Кадамовском полигоне, говорит Борис, большинство мужчин — старше 50 лет. Среди них есть маргиналы и люди с судимостями.
Ерохин выделяет еще одну профессиональную категорию "барсиков" — суицидники. Они идут воевать, чтобы семья получила денежную компенсацию за смерть. "И то выплаты зачастую не делают, очень тяжело выбить. Воруют", — добавляет Борис.
— Если захотел поехать, нужно ехать через Грозный или через ЧВК "Вагнер". Но только не через "БАРС" — оттуда живым уже не выйдешь. Это просто затыкание дыр. У нас работает только ВКС. Все остальное — что на земле, скорее всего, очень плохо закончится", — произносит Борис.
КОНТРАКТ, КОТОРОГО НЕТ
— Мне не понравилось отношение командиров к людям. Как только туда заходишь, тебя начинают обесценивать. Они какие-то…" — Ерохин делает паузу в диалоге. — Так нельзя делать. Такое отношение к добровольцам... На базе, где подписывают контракт с добровольцами, работают сомнительные люди, которые ведут себя как-то неадекватно. Ребята, которые там служат, тоже, я так понимаю, недалекого ума. Какие-то они все дефективные.
Алексей — еще один наш собеседник — оказался менее разговорчивым и просил не публиковать фамилию. Он попал на войну через ЧВК "Редут" и Союз Добровольцев Донбасса и не получил положенных выплат. Идти в суд и бороться за зарплату и социальные гарантии мужчина отказывается.
"Редут" — компания, набирающая добровольцев в свои ряды и воюющая на войне в Украине. Сотрудничает с 16-й бригадой ГРУ Тамбова. Тренировочные сборы проходят на полигоне "Трегуляй".
Союз Добровольцев Донбасса отправляет часть бойцов в "Редут". Потом из них формируются спецотряды. Их бойцы подписывают контракт именно с "Редутом".
Как и все "редутовцы", наемники из спецотрядов не входят в систему "БАРС". Воюют, но в министерстве обороны не значатся, впрочем, как объяснили военные из "БАРС", они тоже не уверены, что имеют прямое отношение к Минобороны России. Юридически они не солдаты, в то время как добровольцы из Союза Добровольцев Донбасса входят в армейский резерв и считаются военнослужащими.
Алексей рассказывает, что людей из "БАРСа" лишают возможности знать об условиях их контракта. Копию документа на руки не выдают — солдатам приходится верить словам рекрутеров. По словам мужчины, сотрудники военной части обещают, что второй экземпляр контракта они смогут получить только после окончания его действия в военкомате своего города. На полигоне у людей забирают паспорта.
Поскольку на руки контракт не выдают, восстановить документы очень сложно. Алексей уточняет, что военкоматы в регионах даже не знают, куда направлять запросы — нет номеров частей и других данных.
О подобных проблемах еще летом 2022 года "Idel.Реалии" рассказывали другие военные, отправившиеся воевать через "БАРС".
ЗАРПЛАТА НА ОДЕЖДУ, ЕДУ И НОЧЛЕГ
По приезде на полигон мужчинам, которые решают-таки отправиться служить в "БАРС", выдают карточки ВТБ, "лечмешок" (тактическую медицинскую сумку для военных), противогаз и амуницию. "Лечмешок", отмечает Борис Ерохин, — образца 1941 года, с которым "наши деды доходили до Берлина".
— Это бич российской армии. Платить деньги нужно и за амуницию, и за обучение, — негодует Борис. По его расчетам, чтобы нормально собраться на войну, нужно иметь 150-400 тысяч рублей. "Где взять такие деньги? А без этого ты "груз 200" (мертв — "Idel.Реалии")", — произносит мужчина.
Борис считает, что за время учебного сбора у добровольца нет шансов чему-то научиться — на полигоне им "просто дают пострелять". Форма, которую выдают солдатам, мужчина называет офисной: в ней можно сидеть и лежать, но не двигаться и воевать — она сразу рвется по швам. "Штатное снаряжение — тоже полное говно. У нас нет ничего, с чем можно воевать в современной войне. Устарело все лет на 30 лет!" — добавляет Ерохин. Он отмечает, что, скорее всего, государство все-таки выделяет деньги на качественную экипировку, однако "по русской традиции" все растаскивает администрация.
— Я как профессионал понимаю, что отношение к военнослужащим должно быть иное. Его должны экипировать в первую очередь, обеспечить всем необходимым. И поступить как Суворов — есть с одного котелка, спать в одной палатке, — произносит Борис.
ЗА ЛЕНТОЧКОЙ
"Если за ленточку увезут — это все", — напряженно произносит Борис. "Ленточкой" военнослужащие называют фронт.
"Если человек поехал в статусе "барсика", то его пошлют на мясо. Это жопа, концов не найдете. Увезут — будет 200", — констатирует Ерохин. Мужчина долго сокрушается в сторону "БАРСа": "Я не хочу, чтобы какой-то мальчик попал в такую сраку. Переживаю как за своего".
Борис переслал редакции голосовые сообщения от знакомых, которые остались на Кадамовском полигоне, "чтобы дойти до конца":
- "Там, пацаны, информация прошла, что ребят из группы "БАРСа" бросили, и они в плен попали. [Начальство] уехало, получается, оставили их там. Те ребята, которые с нами в Гостомеле были", — сообщает поникшим голосом военный.
- "Б***ь, пацаны, все п*********и [уехали] н***й [окончательно] из Изюма, кто как мог, потому что командование нас кинуло н***й [окончательно] к е****м [очень далеко], б***ь, и с*******ь [уехало]. Кто где — я в душе не *** [не знаю]. Мы догнали отступающих "Волков", "Тигров" в последний раз мы видели в Сватово. Все они вышли на Россию. Командир с******я [уехал], он всех кинул", — возбужденно говорит второй военнослужащий.
- "Пацаны, давайте так, чтобы не было никаких недопониманий. Мы проснулись сегодня в девять утра в Изюме, н***й [вводное слово], выехали с расположения, никого нет, армия ушла, н***й [окончательно]. Все ушли. Нас даже об этом никто не предупредил. Рязань, Родник, все командование РДО, "Редут" — ушло в три часа ночи, никто об этом не сказал. Все пацаны, которые были по домам расселены, уходили самостоятельно. Кто на чем и кто как мог. Даже пешком. Там танкисты просто забирали людей", — говорит грубоватым басом мужчина.
ОБНУЛЕНИЕ
Действующим солдатам "БАРС-10" и "БАРС-8" приходили справки из военной части 73/139 Новочеркасска, где указано, что их увольняют за отказ от участия в войне. Из-за этого солдаты до сих пор не получили удостоверения участников боевых действий, льгот и пособий.
"Мы подозреваем, это все для того, чтобы ребята не получили удостоверения ветерана боевых действий, или месть чья-то из командования, или какая-то установка", — считает Игорь, еще один доброволец из "БАРС". По его словам, только из его роты "отказниками сделали" десять человек. Мужчина пытался решить этот вопрос с бугульминским военкоматом, через который он уходил на войну, а также отправил запросы в Новочеркасск. Но ответ так и не пришел.
— Вы смотрите телевизор? Про "БАРС" раньше ничего не говорили. А сейчас какое направление ни возьми, везде держат оборону "БАРСы"! Потери бешеные, везде они, потому что они добровольцы, они мотивированы! Не те, которых из-под палки загнали. Почему-то тем, кто пошел контрактником или мобилизованным, предоставляются льготы и пособия, выплаты, а "БАРСам" — ничего. Вообще ничего нет, — заявляет Игорь. — Госпитали футболят, только сегодня сослуживца нашего выгнали: ни справок не дали, ничего. У него ранение и контузия, но его просто выгнали из госпиталя, чтобы не выплачивать.
"ВАС ТАМ НЕТ"
Сергей — еще один собеседник "Idel.Реалии" — работал связным в 150-й дивизии, "БАРС-10". Подробностей контракта, который он подписал, мужчина не знает — их запретили даже фотографировать. Сергей отслужил краткосрочный контракт и пошел на новый. По его словам, все боевые товарищи из первой командировки поступили так же. Мужчина получил ранение в ногу и не дослужил три месяца.
Боевого опыта у Сергея не было, но в 90-е он работал в органах. "Как только операция началась, весной решил пойти самостоятельно. Много ребят пошло, мы взрослые люди, по 60 лет, мужики все серьезные; осознают, куда идут. Я уже во второй раз пошел, мне говорят: "Не навоевался, спокойной жизни не хочется". Тянет туда", — рассказывает мужчина.
В первой командировке Сергею заплатили все положенные ему деньги. Мужчина ни разу не заходил "за ленточку", но дважды лечился в госпитале. Он уточняет: если солдат находится на лечении за пределами страны, ему положено шесть-семь тысяч рублей в день (так как это считается "боевыми выплатами"); если лечится в России — то одна тысяча. Сергею платили по российским расценкам, хотя лечился он в госпитале в Украине.
— У меня товарища убило, он вместе со мной пошел из Казани. Жене только недавно прислали (деньги за ранение —"Idel.Реалии"), похоронили они его за свой счет, ездили за ним, забрали. А недавно только пришла справка о смерти. Она осталась с ребенком, спрашивает, что делать. Я посоветовал сначала обратиться в военкомат; если там не помогут, то идти в военную прокуратуру. Считается, что мы будто не контрактники; мы же добровольцы, а к ним это не относится. Я говорю, как не относится? Президент приравнял нас ко всем, и награждения есть, — рассказывает Сергей.
Жена его товарища осталась с маленьким ребенком. Она рассказала Сергею, что целый день провела в военкомате и постоянно уточняла у мужчины, в каком именно "БАРСе" служил её муж, заключал ли он контракт. Сергей отвечал, что его товарищ, как и он сам, числятся добровольцами. В то же время в военкомате, по словам женщины, ей говорили: "Их там нет", "Они мясо, их жалеть нечего".
Во второй командировке Сергея определили в "БАРС-19". В это подразделение, по его словам, попало 36 уроженцев Татарстана; большинство — из Бугульмы. Мужчина рассказывает, что на войне уже погибло много его сослуживцев, часть — пропала без вести. По словам Сергея, командование не разрешало вывозить тела убитых.
— Деньги не выплатили в этот раз вообще, они обещали 205 тысяч за каждый месяц, а я получил 86 тысяч. Кто-то получил 90, кто-то — 100. Непонятно. За ранение справки не выписывают: то ли специально, то ли что. Я полгода пробивался со своими выплатами. Командование полностью нулевое, не боевые, бросают на позиции, которые сами не знают. Гуманитарная помощь разворовывается; солдатам остается только мелочь. Нам приходило два КАМАЗа с гуманитаркой в "БАРС-19", полный склад забили, а через две недели он уже пустой был. Они все растащили. По мелочи давали ребятам — носки, трусы, — говорит Сергей.
Мужчина уточняет, что ему выдали справку отказника, так называемого "пятисотого". По словам Сергея, справку об участии в боевых действиях он не может получить еще с первой командировки. В военкомате ему отвечают, что нужно подождать.
Четвертого ноября 2022 года Владимир Путин подписал закон, согласно которому добровольцы юридически приравниваются к военнослужащим-контрактникам. Теперь непрофессиональные солдаты тоже могут рассчитывать на льготы и социальные выплаты. В то же время добровольцы, с которыми удалось поговорить "Idel.Реалии", подчеркивают, что закон пока так и не заработал.
Процедура получения звания "ветерана" следующая: сначала ты получаешь звание участника боевых действий, позднее — после второй командировки — отправляешься в военкомат и получаешь звание ветерана боевых действий.
— Там [у ветеранов] пенсия больше, но смешная — пять тысяч с копейками, первая — 3 600 вроде. Многие жалуются, что не дают документы, что служил, и постоянно "пятисотых" отправляют, будто ты отказался служить, — уточняет Сергей.
Игорь подтверждает: "Насколько я знаю от своих, которые сейчас дома, ничего пока не работает". Такие же настроения и в тематических группах в соцсетях, где собираются военные из "БАРСов":
- "Кого они уровняли-то и с кем? Если мобилизованные получают зарплату двести с лишнем тысяч, и здесь, кто со мной за лентой, им по 240-260 стабильно приходит в месяц. Когда мы в первый месяц пришли заключать контракт, в первый месяц пришла зарплата 26 тысяч. Ушли за ленту сюда — не больше 160-170 выходит, б***ь. Вот и все уравнение! Когда мы уходили, на взвод дали два фонарика, кроме оружия и два коллиматорных прицела. З*****ь, а*****о [саркастически: очень здорово]! При этом я всем еще и жрать на свои деньги покупаю. Ни бани, н***я [ничего] — е*****ь как хотите [делайте, что хотите], надо, так делайте сами. С запчастями на технику такая же х***я [ужасная ситуация], от командования только слышно б***ь, сломалось — восстанавливай, покупай на свои деньги. Так я н***й [для чего] сюда пришел-то? Свои деньги, которые и так не доплачивают, тратить? Так я и дома столько же заработаю?"
— Обманывают солдат — и очень жестко. Деньги не выплачиваются. Те добровольцы, которые идут от местных военкоматов, не получат денег, — говорит Борис. — Даже если потеря невосполнима.
Алексей добавляет, что раненых солдат "БАРСа" не лечат в военных госпиталях. По его словам, их ранения не фиксируют и не выдают справки, часто списывая травму на хронические заболевания или возраст. Мужчина также уточняет, что если солдат получит контузию, подтвердить ее документами практически невозможно. Алексей рассказывает, что некоторым раненым не дают денег на дорогу от госпиталя до дома — они вынуждены спать на улице или у знакомых, пытаясь найти деньги на качественное лечение и билет. Это же подтверждали ранее и другие добровольцы, с которыми "Idel.Реалии" удалось поговорить.
Несколько собеседников "Idel.Реалии" подтвердили, что в военных билетах солдатов "БАРСа" зачастую нет отметок об их участии в войне. Их также не лечат в региональных больницах, поскольку юридически они не являются военнослужащими.
Борис Ерохин говорит, что надежды на судебную власть тоже нет. По его мнению, если солдаты захотят отстоять свои права, их сделают крайними: "Важное лицо с серьезным видом скажет: "А ты там был вообще?" Как-то так это будет выглядеть. А солдат будет ходить, потеть, ничего не сможет сделать. Хотя он воин. А ничего сделать не сможет". Ерохин, как и сотни других обманутых солдат, не знает, как воевать с бюрократической машиной.
В то же время Сергей говорит, что после второй командировки он уже ничего не боится: ни уголовных дел за дезертирство, ни призыва. "Родина позовет — пойдем, но пока будем отдыхать, бороться за свои права", — заключает мужчина.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.