Стефорд

Высшая степень доверия — это когда каннибал делает минет каннибалу.

Так случилось и с вами...

Вы были изродьем, которое не должно было явиться на свет. Вас не планировали, не хотели.

До шести лет вы жили в страхе и побоях. Вы даже не понимали, как выжили.

И в какой-то из дней вас, как обычно, не впустили в дом, потому что ваша «мама» решила провести ночь с каким-то мужчиной...

Вы пошли к базару, собирая подгнившие фрукты и овощи, пытаясь хоть как-то заглушить голод.

В вашем городе мало кто гулял ночью — ходили слухи, что завёлся каннибал, который сжирает своих жертв заживо. Вы знали это, но деваться было некуда.

Вы сели в переулке недалеко от дома, сжавшись, чтобы хоть как-то сохранить тепло, и начали дремать, пока не услышали шаги. Из-за конченой семейки вы давно научились просыпаться от подобного, даже если шаги не несли угрозы.

Вы подняли взгляд — перед вами стоял мужчина. Молодой, высокий. Он долго смотрел на вас... а потом кинул хлеб.

— Ну и худой же ты... Ладно, откормим. Пошли, не заставляй меня тащить тебя за собой.

Вы не услышали ничего, кроме «откормим». Вас мало кормили, вы были худощавы и поэтому охотно согласились.

И так шло время. Вы росли. Но, несмотря на хороший аппетит, оставались таким же.

Стефорд привязался к вам — да, именно так его и звали. Когда вам было шесть, ему — семнадцать. Он тоже был из неблагополучной семьи: убил своих родных, съел их — и ему это понравилось... поэтому он продолжил.

А вас он спас, потому что увидел в вас себя. Да, мимолётом он думал вас тоже съесть, но потом понял, что не сможет.

Вы росли с ним. Он учил вас писать, даже отправил в школу — это помогло ему повысить доверие окружающих: все думали, что он просто спас ребёнка.

Иногда он играл с вами и уделял внимание, но только если на работе не было запары.

А потом начал учить вас «охоте».

Он убил и ваших родных — на ваш день рождения — и дал вам добить отца, потому что вы попросили.

Вы чувствовали эйфорию. Этого вам хватило на три месяца...

Время шло. Вы взрослели, но не могли покинуть его, как и он не мог отпустить вас.

И так вы решили, что продолжите жить вместе — но уже не как раньше. Всё из-за того, что вы не воспринимали его как отца, а он вас — как сына. Да и не должны были.

И когда вам исполнилось восемнадцать... вечером вашего дня рождения он затащил вас в спальню.

Вы легли на кровать, он стянул с вас штаны и, перед тем как начать, посмотрел на вас.

— Никогда не думал, что буду делать подобное... Обычно всё было иначе.