Сон про дождь

​Мэтт шагал по высокой траве, которая расступалась под его ногами, будто множество оживших атласных лент. Они вились вокруг сапог, становясь то шире, то уже, но не мешали идти вглубь холодно-зелёного леса. Нереальный оттенок будто висел в самом воздухе, покрывая стволы деревьев изумрудной крошкой.

​Руки тяжелил карабин. Мэтт охотился. Шёл по незримому следу зверя, что скользил где-то впереди, извиваясь как блик солнца на неспокойной воде. Его маленькая белая шкурка светилась в тёмной траве. Мэтт почти нагнал его, приблизившись на расстояние выстрела. Свистнул Маки – больше преследовать добычу не нужно, теперь она не уйдёт из вида. Не сможет.

​Мимо Мэтта проплыла тень. Ожидая увидеть своего пса, он повернул голову, но взгляд его наткнулся на незнакомую чёрную суку с оторванным ухом и презрительным взглядом. Или они где-то виделись раньше? Она просто постояла и ушла, равнодушно отвернувшись. Растворилась в бирюзовом тумане. Маки никогда не было в этом лесу. Он ведь плохой охотник.

​Руки Мэтта обращались с карабином, как с дробовиком, но это не вызывало вопросов. Он знал, что делает. Да и всё равно ствол, попадая в поле зрения, не был ни на что похож.

​Белый зверёк замер, прислушиваясь. Как магнит, он притягивал взгляд отовсюду, куда бы его ни пытались отвести. Слишком красивый, чтобы быть реальным и живым. Мэтт поднял оружие. Красивый. Прицел нащупал изящную голову. Маленькие чёрные ушки дёрнулись.

​Нет.

​Нет, «красивый» – это неправильное слово.

​В руках покоился дробовик. И рукам было как-то неуютно, потому что они обращались с ним, как с карабином. А карабины Мэтт не любил.

​– Ты идёшь?

​Справа лес расступился, расстилая тропинку к вершине холма, покрытого мелкой шёлковой травой, переливающейся от прикосновений ветра.

​– Да, – собственный голос показался Мэтту чужим, – надо торопиться.

​И он повернул голову к Бо – тот ждал его на холме. В оружии больше не было смысла, поэтому оно сделалось невесомым и просто осталось где-то между зелёными деревьями. Оно не могло помочь от неба, раскалывающегося под каждым шагом Мэтта к холму. За спиной Бо сначала поднялись налитые багряные облака, похожие на пыль от взрыва. Потом они расплескались алыми брызгами, заполонив собой всё пространство до горизонта. Под ещё одним шагом облака вспыхнули, будто ночной костёр, вдохнувший слишком много мглы. Погасли, увяли. Потемнели. И с оглушительным треском разорвались напополам вместе со всем небесным куполом и лежащей под ним землёй.

​– Ты уверен, что нам нужно туда? – Мэтт смотрел на спящуювнизу низину, поглощаемую чёрной тенью от громадных туч. – Там буря.

​Бо обернулся, и сверкнувшая молния окрасила его светлые глаза совсем белым.

​– Это просто дождь.

​– Нам лучше вернуться… – Мэтт видел, как сплошная стена ливня сжирает лежащий внизу луг, стирая реальность, превращая её в серое ничего.

​– Ты. – Казалось, свет от молнии застыл в глазах Бо. – Пойдёшь со мной.

​Гром рухнул на холм. Мэтт моргнул и остался один, окутанный воцарившейся тишиной. Ливень, медленно наплывающий на низину, вдруг оказался совсем близко, подкравшись к холму сбоку. Такая стена падающей воды должна была сильно шуметь, но Мэтт слышал лишь тихий шелест. Как шёпот, зовущий куда-то. Вглубь дождя.

​Он шёл, не видя дороги. Просто вперёд, шагал наугад, пытаясь найти источник зова. И наконец увидел стоящий в центре бури силуэт. Вода его не касалась, и он рвал дождевое полотно собой. Пустое место в форме человека.

​– Бо?

​Силуэт обернулся. Не тронулся с места, когда Мэтт приблизился. Не отшатнулся от раскрывшихся объятий. Но лопнул, как пузырь, под коснувшимися его руками, окатив Мэтта ледяной водой.

​– Картер? Картер, просыпайся! Быстрее!