Соленый привкус

— Боже, как же жарко... — Дилан тянется на заднее сиденье, начиная яростно там шуршать. — В этой рухляди вообще предусмотрен кондиционер?

Развернувшись вперёд, Дилан жадно впивается в горлышко бутылки. Несколько капель воды стекают по шее, оставляя на футболке тёмные пятна, но парня это совсем не смущало.

— Нет. — Стараясь не сильно отвлекаться от дороги, Лололошка мельком глянул на него. — Это была единственная машина по такому низкому тарифу.

Дилан откидывается на кресле, на его ногах лежит привычный ему чёрный худи, снятый ещё в первый час поездки.

— И то верно... — облокачиваясь на подголовник, Дилан прикрывает глаза, стараясь абстрагироваться от жары и тошноты, вызванной укачиванием от машины.

— Там ещё хоть немного осталось?

— Че? — Дилан перехватывает взгляд Ло, устремлённый на бутылку. — А, да, пару глотков есть, на.

Дилан протянул бутылку, Лололошка, не сводя глаз с дороги, перехватывает её, запрокидывает голову и осушает всего за один глоток.

— Хорошо, что в багажнике есть ещё.

Пустая бутылка с глухим стуком упала на заднее сиденье.

Свист ветра и колёс и редкие проезжающие машины, это единственное, что окружало парней. Пятичасовая поездка на машине — достаточно тяжёлое испытание как для водителя, так и для пассажира.

— Там ещё долго? — чуть ли не начиная ныть, спрашивает Дилан. — Я сейчас подохну.

— Ди, я конечно всё понимаю, мне тоже уже нехорошо, но я тебе напомню: это была твоя идея — съездить на море.

От таких слов Дилан встрепенулся, выпрямился на кресле и посмотрел в сторону друга.

— Чего?! С чего это вдруг моя идея? Её вообще-то Ричард придумал!

— Ну как это? Именно ты засылал Ричарду тиктоки с этим местом, а потом мне ещё рассказывал, говорил, как раньше с семьёй ездил на море и как скучаешь по этому.

Разговор прерывает звук навигатора, говорящий повернуть налево.

Лололошка сбрасывает скорость и меняет передачу, съезжая с асфальтированной дороги на лесную колею.

— И при этом сам Ричард соскочил с поездки... — тихо и достаточно обиженно проговаривает Дилан. — А мы точно в правильном направлении едем? — уже куда громче добавляет тот.

— Ну если верить навигатору, то да, через десять минут мы будем на месте.

Больше их не окружали машины, только лес и изредка воркование птиц.

— Так странно... — Дилан облокачивается на стекло, стараясь поймать его прохладу.

— Мм?

— Когда мы жили в... том ещё Хэнфорде, мы с родителями каждый год ездили на море. Самолёт, и более тысячи километров. А сейчас, когда всё так близко... Я даже не пытался.

Дилан говорил тихо и откровенно, Ло слушал его, не пропуская ни единого слова.

— Ди... Ты же понимаешь, что скорее всего ты никогда не ездил на море?

— Да, но это не отменяет того факта, что я по нему скучаю.

Очень скучаю.

— По Хэнфорду? — предполагает Ло.

— По прошлому...

Дилан ничего не говорил, а Ло не спрашивал. Так к лесным звукам начали добавляться и звуки прибоя, и вот парни наконец-то смогли увидеть его.

Море.

Бухта и вправду была совсем небольшой. Видно, что пляж был обжит, хотя самих людей парни так и не заметили.

Поворот ключей в замке зажигания, щелчок — и двери оказались открыты.

— Господи, мне кажется, моя задница уже квадратная от такого количества сидения на одном месте. — Выходя из машины, произносит Лололошка.

Потянувшись, тот вздыхает полной грудью.

Солёный воздух ударил в ноздри. Окидывая взглядом морскую гладь, Ло удивился.

Насколько же красиво.

— У нас вода в чьём рюкзаке?

Дилан стоял возле открытого багажника, стараясь разобраться в сумках и вещах.

— А? — Лололошку выдернули из мыслей. — Вода? Она в моем, там у нас все напитки и еда.

Дилан уже хотел перекинуть некоторые вещи в салон, как его взгляд зацепила футболка, лежавшая на песке неподалёку. Он ищет глазами Лололошку и, как оказалось, совсем вовремя.

— Ты куда, полудурок?!

В этот момент Лололошка бежал в направлении моря, он не остановился, когда холодная вода коснулась его голых ног, наоборот, как только волны стали по пояс, Ло, задержав дыхание и прикрывая нос рукой, окунулся в глубь.

Выныривая, тот выкрикивает во всю грудь:

— Пиздец, холодная! — Ло старательно пытался убрать намокшие волосы со своего лица.

Дилан растерянно смотрел на своего друга.

Лололошка медленно выходит из моря, начиная приближаться к Дилану.

— Чудище, отойди от меня! — не стесняясь, кричит Дилан. — Я буду драться!

Когда Ло оказывается совсем уже близко, Дилан начинает убегать от него, забегая за машину. Ло не отстаёт, уже переходя с обычного шага на бег.

— Уйди, прошу. — Дилан прижимается к машине, оглядываясь.

Никого нет, так и ответа от Ло не слышно.

Дилан немного отходит, начиная оглядываться по сторонам. Нет никого, только море и чайка.

Где же...?

Неожиданно на него накидываются со спины. Точно, крыша, как Дилан мог про неё забыть.

Скрутив своего друга, Лололошка снова идёт к морю, совершенно не обращая внимания на вскрики и просьбы остановиться. И даже аргумент в виде единственной сухой футболки не сработал.

— Неееееет, ну не надо!

Находясь по пояс в воде, Ло произносит:

— Задерживай дыхание.

И без промедления Ло разжимает руки — и Дилан с громким всплеском исчезает под водой.

Каким чудом Дилан не нахлебался воды — вопрос хороший.

Выныривая, Дилан хватается за Ло, стараясь того утопить: месть должна быть тёплой.

— Паскуда...

Дилан хватает Лололошку за волосы, пытаясь того окунуть, но силы совершенно не равны: Ло легко освобождается, переворачивая ситуацию в свои руки.

Дилан оказывается зажатым — своей спиной к другу, а спереди того держат руки, не давая никуда двинуться.

Лололошкин смех был самым громким и чистым звуком на этой земле.

На лице Дилана появилась улыбка.

Но в эту же секунду правила в игре явно поменялись.

Дилан, не раздумывая, брыкнул ногой назад, и его пятка зацепила лодыжку Ло. Лололошка качнулся, потеряв опору, и Дилан, воспользовавшись этим моментом, резко откинулся всем телом, увлекая друга за собой в воду.

— Кхм... Кх... — Лололошка выныривает сразу, не успев прикрыть рот и нос, он сполна попробовал солёную воду, которая обожгла горло и оставила на языке привкус йода и песка.

— Ой.

Быстро парни направились на берег — отпаивать Лололошку и сушить единственную футболку Дилана.

За время, пока Лололошка приходил в себя, старательно пытаясь перебить солёный вкус во всём организме, Дилан всё-таки перетащил вещи в салон и даже умудрился найти надувной круг. Правда, сдутый...

— На... — Дилан протягивает сдувшийся надувной круг. — Надо поработать ртом, знаю, у тебя это неплохо выходит.

— Эээ, ты шуточки Глена перенял, что ли...

Дилан на это всё смеётся, но всё-таки умудряется спихнуть работу на Ло.

Лололошке ничего не остаётся, кроме как потихоньку надувать круг. Вот надо же им было покупать такой большой...

— Что написать Ричарду от нас?

Лололошка отрывается от своего воздуханства, смотрит на Дилана, лежащего на переднем сиденье с закинутыми ногами на торпеду.

— Что мы очень по нему скучаем и нам жаль, что он с нами не поехал из-за работы.

— Ну я уже примерно что-то такое и написал.

Лололошка почувствовал подвох в его словах и, закончив с делом, подошёл к Дилану, заглянув в чужой телефон.

— Вы пишите друг другу «пидор» на протяжении десяти минут... — Лололошка видит ухмылку на лице Дилана. — И это как-то похоже на то, что я сказал?

— Слово в слово.

Лололошка больше не старался выяснить природу отношений Ричарда с Диланом. Их динамика казалась ему странной ещё со времён только зарождения их дружбы.

Он помнит, какими вредными мальчишками были Дилан и Ричард. Но со временем парни поменялись, но видимо, частички этой токсичности живут в них. Главное, что им комфортно с этого.

Ло захлопнул дверцу, подхватил надувной круг и, не оборачиваясь, направился к воде. — Ну что, пошли? — Дилан вздохнул, но всё же выбрался из машины.

Дилан наконец согласился зайти в воду только при одном условии: он будет на надувном круге. Ло едва сдержал смех, когда Дилан с важным видом плюхнулся на него, и круг чуть не перевернулся от столь большой тушки.

— Конь мой, катай меня, — Дилан откинулся на круг, закинул руки за голову и прикрыл глаза, изображая принцессу.

Ло фыркнул, но послушно взялся за край круга и поволок его за собой, медленно бредя по пояс в воде, иногда для игривости начиная ускоряться.

— Не вздумай меня топить, —предупредил Дилан, даже не открывая глаз. — Я буду кричать.

— Меня это не остановит.

Дилан приоткрыл один глаз, стрельнул в Ло взглядом и снова закрыл. Ло ухмыльнулся, придумывая, в какой момент скинуть «принцессу» с хвоста.

Какое-то время они плыли в тишине, только вода плескалась о бортики круга, да ходьба Ло создавала небольшие волнения.

— Эй, — вдруг тихо сказал Дилан. Ло остановился и обернулся.

— М?

— Давай поаккуратней катай, всё-таки не картошка я тебе.

Терпение Ло лопнуло.

— Конечно, сию минуту.

И после этих слов Ло стартанул. Резко ускорившись, Ло старался бежать насколько позволяли ноги, вода и прицеп сзади не давали ему разбежаться на все возможности, но и этого хватило.

Дилан старался хоть как-то удержаться, но собственная неуклюжесть давала о себе знать в самый неподходящий момент.

— Я тебя когда-нибудь убью.

Подплыв ближе к утопленнику, Лололошка берёт Дилана за руки, внимательно смотря в его глаза.

— И я тебя очень люблю, Ди. — хотя фраза и была шуточной, в сердце Дилана что-то пискнуло.

Дилан внимательно смотрит на Лололошку, стараясь увидеть что-то более серьёзное в тех словах, но что-то на периферии зрения его смущало.

— Ло, блять, круг!

Лололошка резко разрывает руки и старается быстро доплыть до потихоньку ускользающего круга.

Дилана не сильно заботила судьба круга. Прикосновения друга были куда острее, теплее.

— Что же это такое... — практически себе под нос произносит Ди.

Солнце к тому моменту уже не висело над головой — оно лежало на воде, распластавшись по горизонту красным пятном. Дилан не заметил, когда они успели выйти из воды и организовать небольшую поляну.

Из найденного радио в машине идёт песня с неглубоким сюжетом и ритмичной мелодией. Звук волн был достаточно неплохим аккомпанементом для этой песни и негромких разговоров мальчишек.

Дилан и Ло расстелили одно из полотенец внутри багажника, крышка от него достаточно сильно откидывалась, чтобы сидеть внутри было удобно.

Дилан сидел по-турецки, в руке он держал открытую банку пива, на железной банке ещё остался конденсат. Он был одет в худи — единственное, что оставалось сухим, футболка так и не успела высохнуть до конца.

Лололошка облокачивался на плечо Дилана, в его руках была похожая банка, правда уже не с алкоголем, а с какой-то газировкой.

— Ди...

— Да, что такое? – Дилан медленно делает глоток, ощущая всю горечь напитка.

Ребята говорят тихо, как будто боялись спугнуть этот момент.

— Ты рад, что оказался тут? – произнося это, Лололошка пристально заглядывает в глаза собеседника.

— Ну, — Дилан от такого тесного контакта отворачивает голову и почёсывает затылок. — Если мы не берём в счёт такую долгую поездку сюда, и размокший хлеб от бутербродов, а также твоё желание меня потопить, то...

Дилан поворачивает голову обратно, Лололошка так и не двинулся ни на миллиметр, внимательно следя за другом. Его взгляд стал пристальным, почти хищным.

— Это замечательная поездка.

Лололошка приблизился, их носы соприкоснулись, а дыхание стало в унисон.

— Я рад. Я очень рад, что смог подарить тебе кусочек из твоего прошлого.

Дилан не знал, что ответить. Он смотрит в глаза Ло, но так и не может найти ответа. Для него это казалось слишком интимным. Эта поездка, море, его глаза.

Он опустил руку, не заметив куда укатилась банка. Всё, что сейчас имело значение — это найти пальцы Ло.

Подняв руку, Лололошка сделал то же самое, их пальцы переплелись, передавая друг другу тепло.

Руки Ло были шершавыми, с крупинками песка, прилипшими к коже. На удивление, они не казались чужими, наоборот, слишком правильными, родными.

У Дилана горели щёки, а сердце слишком быстро билось. Воздуха по ощущению совсем не хватало. Всё в этом мире сжалось ровно до одной точки.

Кто точно первым потянулся, сказать сложно, да и не имеет особого смысла, сути не меняет.

Дилан зажмурил глаза, тёплые губы, такие, как он не мог себе представить, коснулись, ну или он их коснулся, или они вместе коснулись.

Совсем мягко, без лишних движений, пробует. Его можно было назвать очень сладким, но вкус соли и йода всё ещё оставался привкусом на кончике языка.

Тугой узел в животе поднимался, раскрываясь где-то на уровне лёгких.

Кончики пальцев дрожали — от холода, принесённого волнами, или от волнения, никто из парней не мог бы сказать.

Первым отстранился Лололошка, неловко отодвигаясь, он быстро осушил свою банку до конца.

— В следующий раз, когда мы поедем на море, надо всё-таки разрешить Ричарду ехать с нами.

От резкой смены обстановки Дилан выпадает из реальности.

— Ты хотел с ним целоваться? — первое, что выдал мозг Дилана. — И что это ещё за «разрешить»? Он разве не сам отказался?

— Что?! Я не хотел целоваться, ой, ну то есть я не хочу целовать Ричарда, мне нужен только ты. Ну то есть не только ты... это тяжело. А насчёт отказа — тоже тяжело.

Лололошка пятился настолько, насколько позволяла небольшая территория багажника.

Дилан же наоборот, потихоньку приближался к Ло. В какой-то момент между ними снова ничего не оставалось.

— Это ты всё это спланировал?

— Да.

— Как же я тебя обожаю.

Говоря это, Дилан резко прижимается к Лололошке, снова целуя того, уже намного более грубо.

Зарывшись руками в чужие волосы, Дилан чувствует, как руки Лололошки обхватывают его шею.

Слышится звук — как недопитая банка всё-таки перевернулась. Главное, чтобы потом не влепили штраф за порчу.

Но это не сейчас.

Пока есть чужое дыхание с нотками соли, есть тёплые ладони на коже и сияющие от восторга глаза, Дилана больше ничего не волнует.