Солдаты или рабочие? Куда левому податься?

Прежде всего поставим вопрос – есть ли резон для российских левых отказываться от традиционной базы – промышленного пролетариата? В нынешней России тезис об исчезновении промышленного пролетариата выглядит абсурдно. В стране, вставшей на военные рельсы и отрезанной от многих прежних цепочек поставок, огромный дефицит рабочих кадров, рабочие востребованы, а их зарплаты растут пока что быстрее инфляции. Исторический опыт учит, что период подъема подъема более благоприятствует росту рабочего движения чем период стагнации или кризиса. Конечно возникает вопрос – а не благословляют ли рабочие войну, которая вновь обеспечила их работой и зарплатой? Не являются ли они верной группой поддержки режима?

По многим причинам нет.

Во-первых, большая часть российского пролетариата по-прежнему входит в категорию малооплачиваемых, а бедные в России, как показывают все опросы, наиболее антивоенно настроенная группа.

Во-вторых, что касается работников оборонных производств, то, как показало проведенное в 2015 г. К. Клеман исследование на Мотовилихинских артиллерийских заводах (Пермь), патриотизм рабочих имеет мало общего с патриотизмом начальства, от которого они себя, пролетариев, трудящихся, четко отделяют. Кроме того, отметим, что шовинистические настроения в среде рабочих, если они и имеют место, - во многом, следствие нашей, левых, недоработок.

В-третьих, угроза попасть на фронт при очередной мобилизации висит и над рабочими.

Но не являются ли более перспективной группой военные? Аргументы: Они вооружены, приучены к дисциплине и привыкли рисковать жизнью. К тому же в сетях регулярно появляются жалобы военных на злоупотребления начальства и пренебрежение к их жизням. Как показано в документальном фильме «Русские на войне», российские солдаты в массе своей не верят в заявленные цели войны, не мотивированы воевать и в массе своей принадлежат к нижним слоям общества.

И тем не менее, проведение буквальных параллелей между сыгравшей большую роль в революции армией 1917 года и армией 2024 г., кажется неправомерным.

В 1917 году это были на 99% мобилизованные, включая офицеров, в подавляющем большинстве уже не кадровых военных, а, в недавнем прошлом, учителей, фельдшеров или тех же солдат.

Сейчас мобилизованные составляют менее половины (300-400 тыс.) от общего количества находящихся на фронте войск. Остальные – кадровые военные, добровольцы-контрактники. 

Еще предстоит проанализировать социальный состав нынешней российской контрактной армии, но есть основания предполагать, что значительную ее часть составляют люмпен-пролетарии или выходцы из мелкого бизнеса. Эти люди - скорее потенциальные союзники очередного Корнилова-Пригожина, чем левых. 

Все вышесказанное не значит, что с солдатами не надо работать. Надо, особенно с мобилизованными и их близкими, но с рабочими работать важнее. И гораздо проще. На фронт вас не пустят, а у проходной завода есть шанс завязать контакт. И профсоюзы независимые по-прежнему действуют, пусть и под постоянной угрозой разгрома.

Что могут сделать рабочие? Не так мало, друзья, не так мало. Про всеобщую забастовку слыхали? Это утопия? Не больше чем солдатская революция (ре-во-лю-ция, а не правый мятеж). 

Но для того чтобы произвести впечатление на рабочих (да и на солдат) надо из себя что-то представлять. С этим пока у левых проблемы (то что у либералов дела еще хуже – не оправдание).

После начала путинской войны против Украины левое движение в России пережило нелегкие времена. Наиболее крупные организации: КПРФ, отколовшаяся от нее ОКП, РКРП и Левый фронт заняли провоенную позицию. Активисты с антивоенной позицией оказались в меньшинстве и должны были покинуть эти организации. 

Российское социалистическое действие, занявшее последовательно антивоенную позицию, было объявлено «иностранным агентом» и фактически прекратило деятельность как единое целое.

К тому же, большое число активистов покинули Россию, спасаясь от репрессий или мобилизации.

Однако, наличие большого количества левых эмигрантов в странах Европы не привело к формированию дееспособного левого политического центра, работающего в тесном взаимодействии с российским активом.

Причин тому много, выделим основные.

Объективные: 

- усиление репрессий сделало практически невозможной прямую антивоенную агитацию в России и серьезно осложнило другие виды деятельности (например, поддержку протестной активности по социальной тематике), а также коммуникацию с заграницей.

- отъезд большей части актива ослабил существующих в России левых

- на новом месте эмигрантам требуется много сил и времени на адаптацию +большая территориальная разбросанность

Субъективные: 

- раскол на «проукраинскую» партию и сторонников перемирия и самоопределения жителей Донбасса и Крыма через референдум. 

- потеря контактов в российскими активистами (а зачастую, потеря самого желания контактировать)

- в условиях дефицита ресурсов понятное желание попользоваться либеральными (прежде всего, информационными) ресурсами и невольная подстройка своей позиции под требования либерального дискурса.

Все это в совокупности, привело к провалу все попытки строить левую антивоенную коалицию с участием как эмигрантов, так и остающихся в России активистов. Первая коалиция «Российские социалисты против войны», возникшая на волне протестов первых дней войны, прекратила свое существование прежде всего по причине распада составлявших ее коллективных членов по причинам указанными выше. 

Пришедшая ей на смену коалиция «Справедливый мир» была ориентирована на взаимодействие с российским активом по одному поводу – кампании против переизбрания Путина на выборах 17 марта 2024 года. После выборов, несмотря на хороший манифест-программу «Нам нужен справедливый мир» коалиция не смогла найти нишу в российской политике. 

В этих условиях частью актива был взят курс на создание чисто эмигрантской организации, узкой по составу и ориентированной на фактическое представительство (при отсутствии формального мандата) левой российской оппозиции на международной арене, точнее, в ее левом сегменте. 

«Комитет за справедливый мир и радикальную демократию» с момента своего образования в мае 2024 года не обзавелся ни сайтом, ни страницами в социальных сетях, неизвестна ни его программа, ни точный состав. При этом, по заявлениям некоторых его членов, он готовит международный конгресс левых сил, на котором готовится представить некий «мирный план». Однако, подключиться к выработке этого мирного плана или самой конференции у людей вне комитета, как можно сделать вывод, нет возможности. 

Очевидно, что такая «элитарная» форма не способствует формированию массового и демократически устроенного левого движения.

В этих условиях первой возможной мерой активизации «спящих» или разрозненных левых активистов может стать широкая по составу и тематике встреча. В июне 2024 группа эмигрантов выступила с инициативой проведения Форума левой эмиграции. По задумке инициаторов форум должен помочь с установлением горизонтальных связей, определением каких-то общих пунктов совместных действий, в лучшем случае – созданием какой-то дееспособной организационной структуры, по минимуму – координацией между уже существующими проектами.

Организаторы подчеркнули свое желание, объединяя левую эмиграцию, сохранить и укрепить связь с левым движением в России, для чего:

Перед форумом был проведен опрос российских активистов на предмет их ожиданий от эмигрантов

Были проведены консультации с левыми организациями

На форуме предполагается участие делегатов от левых России, а взаимодействию с российскими инициативами посвящена одна из секций.

Нет сомнения, что форум будет с интересом и надеждой встречен российскими активистами, но самый большой вопрос – а сможет ли в итоге эмиграция выработать действующие механизмы взаимодействия с российской левой.

Организационные формы:

- в каком-то смысле такой организационной формой может быть сам форум – при условии его периодичности. Он может принимать заявления, у него могут быть комиссии по разным вопросам (работа с солдатами и пр.)

- в отсутствии условий для коалиции (нет коллективных сущностей) возможно пришла пора вернуться к организации ленинского типа (в разумных пределах).

Ближе всего к этому определению образовавшийся полгода назад Союз постсоветских левых Германии. С перспективой превращения в Союз постсовестких левых в Европе и хорошими связями с российскими левыми организациями, он может стать и инструментом реализации программы российской левой за границей (как минимум в ЕС), и площадкой, где левые из республик бывшего СССР, и прежде всего, россияне и украинцы, могли бы вместе вырабатывать программу разрешения конфликтов и социалистического переустройства своих стран.

Что касается методов взаимодействия между эмигрантской и российской частями движения, то не следует ни переоценивать степени изолированности российских активистов, ни недооценивать эффективность современных средств коммуникации.

Политические «связи с заграницей», безусловно, несут реальные риски для активистов в России, но по итогам общения складывается впечатление, что угроза изоляции, политической и идейной воспринимается многими как бОльшая опасность, чем возможные репрессии.

Среди наиболее часто встречающихся запросов со стороны российских активистов и эмигрантов:

- информационная (как распространять на западе информацию о сопротивлении войне в всех формах и бороться против расчеловечивания россиян), так и освещение в соцсетях антивоенных акций оппозиции, акций солидарности , помощь в создании информационной инфраструктуры;

- организация диалога и совместного (с участием зарубежных левых) поиска по теоретическим вопросам (выход из глобального кризиса капитализма и тд).

- помощь с визами, в вывозе (как минимум создание такого канала) и некая система поддержки для новых эмигрантов, включение в активное сообщество

- помощь в привлечении ресурсов зарубежных левых, представительство интересов антивоенных россиян на мировой левой сцене

- ежемесячные созвоны для обмена мнениями и информацией

Самой простой мерой по оживлению антивоенного движения в России могло бы стать запуск кампании наглядной агитации за мир против войны. Есть опыт и даже инструкции, составленные на его основе.

- превентивная кампания против мобилизации под лозунгом «Вы даже не вздумайте!».

- мониторинг и информационная поддержка акций протеста по широкому кругу вопросов

- ресурсная поддержка антивоенного движения в России

Строго говоря, левая антивоенная эмиграция имеет смысл лишь как ресурсный (во всех смыслах) центр при российском левом антивоенном и социальном протестном движении. Развитие или деградация движения внутри страны – соответственно награда или приговор левой эмиграции.