Сойти с ума

Есть вещи пострашнее смерти.

Айден видел эти вещи своими глазами. Видел людей, сдирающих с себя кожу заживо своими ногтями. Видел остывшее тело старшего брата, поставленного на постамент. Видел того, чего не существовало. Видел, как разум другого брата находится здесь и совсем в другое время одновременно.

Видел смерть Николаса на своих руках, запачканных кровью и властью.

Не уберёг. Не спрятал. Не сохранил.

Айден видел, как люди творили ужасные вещи, движимые одержимостью, которую ошибочно принимали за любовь. Айден видел, как Лорена оправлялась после развода. Айден видел, как его мать так и не справилась с потерей сына, и вряд ли когда-нибудь справится.

Не уследил. Не перепроверил. Не доверился.

Человеческий разум довольно хрупкая вещь. Одно по-настоящему страшное испытание ломает людей, делает их калеками не телом, а умом. А иногда он просто ломается, без причины. Что-то просто идёт не так. От этого нельзя быть застрахованным, будь он принцем или обычным человеком.

Неудивительно, почему многие находят отдушину в вере. А кто-то отворачивается от Безликого навсегда, молча и с яростной решимостью. Кто-то верит, что холодная рука бога смерти защитит хрупкое сознание от времени и трудностей, поможет и направит. Кто-то игнорирует молитвенные ленточки, повязанные за здоровье близких.

Айден сходит с ума по-другому. Медленно и незаметно, едва заметно дрожащими руками собирая себя по кусочкам каждый день заново.

Тревога это не про волнение о предстоящей встрече. Она сжирает изнутри, держит внутренности в железных тисках и превращает кислород в яд. Она никогда не подкрадывается, идя в ногу вместе с ним, согреваясь внутри мыслей. Ненавязчиво. По привычке.

Проверь. Потрогай. Напиши.

Будь рядом. Следи. Контролируй.

Контролируй. Контролируй. Контролируй.

Держи спину прямо, а голову поднятой.

Следи за приходящими письмами и слухами, гуляющими по городу.

Даже собственное дыхание контролируй.

Сложить одежду по привычке, убрать постель по привычке, разложить бумаги по привычке.

Сжать собственное горло по привычке. Держать глаза открытыми и смотреть на то, на что смотреть совсем не хочется. По привычке.

И думай. Думай, Айден, всегда думай. На шаг, на два, на десять вперёд.

Наблюдай, жди, а потом взрывайся, переполненный собственной тревогой, ненавистной и вечной, как само его сознание. Контролируй тени, контролируй собственные слова, контролируй людей вокруг себя.

Не понимай и злись, когда они не слушаются, когда они делают так, как не надо. Так, как не планировалось.

И давай связке удерживать себя на месте. Проси о помощи, когда совсем невмоготу, игнорируя желание сжаться и закрыться.

Айден знает, что такое тревожность. Айден знает, как хрупки люди. Айден знает, как работает его голова, и это не значит, что резко становится легче.

Просто с Николасом это проще. Проще заземляться, проще отпускать, проще развязывать себе руки, завязанные собственными ожиданиями. Просто с Роуэном всегда можно поговорить. Можно не держать спину прямо и не следить за языком. Просто с Лидией можно улыбнуться и взять её за руку, без страха и шёпота за спиной. Можно довериться и сказать чуть больше, выпить чай и оставить на неё дела, которые она вполне может решить в Совете сама. Просто…

Иногда бывает просто.

Айден знает, что это ненадолго. Что в следующий раз накроет, а потом он проснётся от кошмара. Или что снова не удержится и сделает больно.

Но пока это ненадолго растягивается не на дни, течёт целыми неделями, пропуская в его лёгкие кислород без желчи, отравленной собственными мыслями, можно жить. Можно не трястись. Можно просто жить.

Айден видел разное. И плохое, и хорошее. Видел, как люди сходили с ума, сами того не осознавая, ведь разум — очень интересная штука, любящая зло пошутить над самой собой.

Страшно скользнуть туда, откуда не будет выхода, где не будет ни его самоконтроля, ни связки, в принципе ничего не будет — только тени и призрачные видения.

Но пока Айден крепко стоит на ногах. Ломается и собирается снова.

Ведь разум — очень интересная штука.