Снегурочка

Рейтинг: R

Жанр: ангст

- Посмотри мне в глаза, - Снейп булькал кровью из разорванного горла, хрипел розовой слюной из уголков губ, затягивал взглядом в себя - туда, откуда точно не было выхода. Не для тебя, мой мальчик, нет-нет...

Гарри просыпался в холодном поту, выныривал из кошмара, надеясь спастись в реальности - и попадал в кошмар еще худший, ибо Снейп стал его наваждением, но приходил только во сне, сопровождая свои появления самыми мрачными картинами прошлого.

- Гарри, что с тобой? - Рон и Гермиона были заботливы до оскомины, и страстно желая принять их помощь, не менее страстно Гарри мечтал послать их к дьяволу. Лето в Норе стало тягучим и странным, потому что Снейп летний был желанен, но слишком неправдоподобен - с ярким румянцем спелых яблок на впалых щеках, с запахом тугих колосьев в волосах, с доброй и понимающей улыбкой в мерцающих глазах. А ночами возвращался Снейп из прошлого, и Гарри медленно сходил с ума, проклиная жару и свое воображение, или что там было причиной.

Наверное, нужно было вернуться в Визжащую Хижину - тогда, много дней назад, когда на пыльном полу еще не высохла темная густая кровь и был шанс все изменить и, может, даже исправить... И, наверное, только поэтому Гарри принял предложение МакГонагал - в конце концов, должность квиддичного тренера была ничуть не хуже должности преподавателя ЗоТи, да и к воспоминаниям ближе, как ни поверни.

Осенний Снейп, сотканный из дождя и опавших коричневых листьев, был мрачен и печален, молчалив и излишне пуглив, уносимый порывами ветра, как только Гарри пытался подойти поближе и коснуться его хотя бы кончиками пальцев. Осенняя слякоть под ногами смеялась его попыткам, скрывая следы исчезающего маревом Снейпа, и Гарри плакал в темнеющее небо, теряя надежду.

- Гарри, что с тобой? - время от времени Гермиона навещала его и пугалась пока еще едва заметным переменам. - Может, стоит обратиться в Мунго? Ну, или к Помфри?

Гарри улыбался старательно, выпроваживал Гермиону вежливо, но настойчиво, и доставал плащ-невидимку - в подземельях было гораздо больше шансов наткнуться на Снейпа. Но тот ускользал как всегда, не делая больше попыток прищучить сына Джеймса; не шуршал мантией по полу, не кричал, срывая голос, и не бросался банками с сушеными тараканами, хотя Гарри принес из Лютного целых три, бережно установив их на привычном месте в лаборатории.

А потом наступила зима, белая, заносчивая и колючая, и Гарри подумалось, что она подходит Снейпу больше всего - ну, или Снейп подходит ей, со своей злой ухмылкой, и глазами-туннелями, и сухой прозрачной кожей.

- Гарри, что с тобой? - МакГонагалл не угощала лимонными дольками, но традиционное чаепитие осталось в силе, и Гарри лениво возил ложкой по дну стакана в серебряном подстаканнике, нетерпеливо поглядывая в окно - к вечеру пошел снег, и где-то там, за медленно опускающимися снежинками, его ждал Снейп. Все было очень хорошо, хотя, наверное, МакГонагалл сомневалась в этом. Но, доверяя Гарри, ничего не сказала, когда он ушел, вежливо поблагодарив за чай.

На границе Запретного леса снег был еще гуще, и Гарри, улыбаясь, шел все дальше, погружаясь в него по колено. Но Снейпа не было - ни у кромки леса, ни в его глубине. Тишина и пустота, изредка прерываемая мягкими шлепками срывающегося снега с чернеющих веток. И это было до того обидно и нечестно, что Гарри опустился прямо в сугроб, бездумно захватывая пригоршнями снег, беззвучно шевеля губами. А потом до него дошло...

Снег лепился замечательно - снежинка к снежинке, ровно и плотно, повторяя изгибы мантии и плеч, и скрещенных рук, и ног в остроносых ботинках. С носом пришлось повозиться, он то норовил выколоть Гарри глаз, то получался маленьким и аккуратным, позаимствованным у Малфоев и раздражающим своей высокомерностью. Глаза были из пуговиц, безжалостно оторванных от зимней куртки, рот скалился красной ниткой из шарфа, черный мох скользкими прядями спускался на плечи...

- Снейп, - позвал Гарри, отходя на шаг, осторожно любуясь, отогревая руки дыханием. - Снейп.

Ни звука в ответ, ни движения, ни взгляда. Снежный болван пялился поверх его плеча в пустоту за спиной, не желая изображать из себя ни зельевара, ни кого бы то ни было. Гарри отвернулся, скусывая корку с губы, нашаривая в карманах забытые на время работы перчатки, и тут на плечо его легла рука, белая и холодная, с длинными тонкими пальцами.

- Поттер, - Снейп не был вежлив, разворачивая Гарри к себе, и не был терпелив, избавляя его от одежды, и не был ласков, подминая Гарри под себя, входя резко и быстро. Гарри хватал ртом морозный воздух, глухо вскрикивал, когда обжигающий холод проникал в него, выгибался, когда твердые пальцы сильнее впивались в его бедра. А потом он лежал рядом с отдыхающим Снейпом, уткнувшись головой ему в предплечье, и думал о том, что они будут делать завтра. И послезавтра. И через много-много дней и ночей...

- Вы слишком громко думаете, Поттер, - голос был не таким - равнодушным и холодным, не вписывающимся в совершенство этой ночи, и Гарри потянулся губами, впиваясь поцелуем в рот сопротивляющегося Снейпа, грея дыханием, желая растопить лед. Снежный Снейп вскрикивал и растекался под его руками, ускользая водой сквозь пальцы, и Гарри, задыхаясь и проклиная себя за глупость, пытался ухватить талую воду и не отпускать, но Снейп уходил неотвратимо, оставляя после себя проталины и примятую жухлую траву.

Одиночество навалилось снежным комом, и Гарри, закричав в начинающее светлеть небо, упал обратно в снег, широко раскинув руки, не желая ни думать, ни вспоминать. Минуты ползли одна за другой, и постепенно становилось все спокойней и теплей. Гарри улыбнулся - снежный Снейп уносился вверх туманным облачком, обещая когда-нибудь пролиться весенним дождем и заговорить голосом густым и сочным, как зелень появляющихся листьев. Глаза закрывались и сон, в котором больше на было кошмаров, подкрадывался уютной кошкой, а где-то вдалеке каркал недовольный ворон...