Снегом укрыть тебя

Альтфедов не любил дар видеть будущее и не считал этого чем-то особенным. Это было напоминание о том кем его семья была. Практически все из них гордые обладатели альбинизма, даже если в роду жёны или мужья не были таковыми, имея стандартную внешность. Из чистого сердца Альтфедов даже призерал ледяные глаза, пряча их под повязкой, из-за чего даже слава о незрячем маге распространялась дальше, наверняка, доходя до самого Сёгуната. Но, возможно, эта слава стоило ему всего. Абсолютно всего, даже свободы, ведь, когда Альтфедов гнался за деньгами, он и не заметил как вынужден был стать мужем сёгуната, прогибаясь под чужие принципы.

— так и не пойму, зачем?- вопрос, который Альтфедов не раз слышал от Альфедова, что выглядел практически индетично, разве что не совершал ошибку брата, покрывая волосы грязью и угля. Альфедов был умнее самого Альтфедова, наверное, из-за этого младший из них получил статус во дворце не мага, а целого врача.

— деньги.- снимая с глаз повязку, Альтфедов щурился, смотря на брата. Завидовал даже такому простому одеянию. Альфедов одевался так по простому и удобно. Всё же, Альтфедов не раз замещал Альфедова, благо, никто ещё подвоха не замечал- я думал что было бы не плохо отправить тебя на север, чтоб ты углубился в это всё.

— боже, а родители то говорили что ты идиот, который выйдешь за пустоту. Вот, почему я сразу не понял, о чём речь идёт?- пожимая вопросы, наклоняя голову слегка в бок, вспоминая тот день, как будто это было вчера, а не ровно неделю назад. Вздохнув, Альтфедов присел на кровать, чуть наклоняя голову вперёд.

— потому что, ты сам встречался с братом этой пустоты и умудрился наебать на деньги?- с лёгкой улыбкой спросил Альтфедов, когда брат открыл рот, словно, находя аргумент, но закрывая его отводы взгляд в сторону

— твоя взяла. Так уж и быть. Но, денег же отволил мне много, а значит вина не моя, а этого недотёпы, который повёлся на моё прекрасное тело- прикрывая глаза, Альфедов гордо улыбался, так, словно, это был просто торговец, а не брат одного из Сёгунов. Того самого Сёгуна что мог при желании отрубить голову и приказать приготовит, скормив предкам, ибо, не дай бог обидеть Джаста, будь тот проклят.

— Альф, это тебе не торговец. Будь аккуратнее. Прошу- тихо добавил Альтфедов, не желая лишиться в один момент не только свободы, но и брата- наш род жив только из-за нашей сестры, если бы не она и её умение ахмурять, то голова твоя была на подносе.

— успокойся ты.- шикает Альфедов, словно, обиженный от упоминание младшей сестры. Альтфедов смотрит на свечу, моргая пару раз и слышит стук от которого внутри всё сворачивается, и к горлу подступает тошнота.

— о, боги- тихо произносит Альтфедов, вставая с кровати, смотря на Альфедова который подошёл к своей сумке, словно, ищет какой-то препарат- заходите.- громко отвечает Альтфедов, надевая повязку на глаза, довольствуясь звукам.

— ох, любовь моя, ты в этот раз долго. Не уж-то доктор приставал к тебе?- голос Войдмена был похож на треск стекла и угрозу, как будто тот абсолютно всё знал. Каждую правду и лож, которую ему говорили, принимая это, потом используя против них- может, мне заменить на нечто новое? Ты только скажи, я всё для своей Сяогоншу- Альтфедов слышит как половицы под ногами Войдмена чуть скрепя и он подходит ближе. Альтфедов уверен что Войдмен смотрит на Альфедова угрожающе, словно и в правду готов того за малейшую оплошность убить.

— что вы, он мне ничуть не докучал и не распускал руки- Альтфедов старается смягчить гнев Войдмена, ощущая как тот подходит ближе и как по всему телу проходит волна дрожи, когда Войдмен сжимает одежду на нём. Проглатывая тошноту, Альтфедов вдыхает через нос, ощущая запах пороха и крови, делает сам шаг ближе, мыском ступни чуть ударяя по чужой ноги, только чтоб понять на сколько ещё можно приблизиться. Прижимаясь к Войдмену, руками ведя по чужим предплечьям и до самых плеч, ощупывая всё- по ощупу, смею предположить что сегодня вы с тренировки. Ваши мышцы забиты. Может, прикажите лучше врачу чтоб он ванную приготовил? Слышал, что врачи готовят изыкасные масла, наверняка, у нашего такое найдется, а если пошлём его за этим. Наверняка, у вас есть вопросы ко мне.

— ты прав- отвлекаясь от гнева, Войдмен словно звучит иначе — фальшиво по доброму и Альтфедова это пугает, особенно когда чужие руки спускаются с талии ниже, и тошнота подступает к горлу- отправляйся к себе и принеси аромамасла. Желаю, чтоб они были у меня уже через минут десять.

— всё будет, Войдмен-сама, я не заставлю вас долго терпеть- после таких слов, слышатся шаги и как двери вновь закрываются, а Альтфедов лишь надеется на то что Войдмен будет сегодня не в духе заниматься чем-то.

— знаешь, мне как-то мой братец непутёвый рассказывал о красоте таких как ты. Аж, зависить закрадывалась. Редко где увидишь провидцев, так ещё и альбиносов, наслышан о том что такие как ты выступают как часть ритуала- Войдмен, руки распускает под одежду, как будто делает согреть руки, под стольким количеством одежды- а тут, я смог повстречать не только провидца, но и тебя. Знаешь как тебя назвали? Сэсуэ- Войдмен наглеет, ложит руки на лопатки, оставляя желание самого Альтфедова выблевать на того всё что сегодня только съел.

— ох, боюсь, что такое прозвище мне не подходит. Я отнюдь не кровавый и не снег.- перечя всем словам Войдмена, Альтфедов сжимает зубы, когда Войдмен целует скалы, и под ухом слышит смех. Проглатывает ком ненависти и большого желание, использовать что-нибудь чтоб ударить Войдмена, дабы тот даже прикасаться не смел к нему и больше не делал такого. Но, боиться, терпит это, надеясь что совсем скоро Альфедов вернётся- думаю, больше похож на.. на кости. Врач описывал их такими же белыми, говоря что они цветом как наша кожа.

— ох уж эти врачи. Ты долго будешь их слушать, а не своего сёгуната? Да и по вежливее надо быть- голос Войдмена становится угрожающим и Альтфедов уверен что тот готов убить брата за такую чушь.

— я верен вам и вашим словам, мой сёгун.- сжимая чужие плечи, пальцами впиваясь в мышцы, отпуская их слыша мычание Войдмена. Руки ведёт к шее, прощупывая всё, только чтоб пальцами нащупать челюсть и края чужих губ. Двигая чужое лицо чуть ровнее, лицом Войдмена к себе тянет, только чтоб успокоить пыл и это получается. Ощущает через чужие губы, как Войдмен доволен, потому что даже так улыбается. Нагло, словно, выиграл и повесил восставшихся- не злитесь на тех, кто вашего внимание даже не стоит- отодвигая вновь чужое лицо, зная что для Войдмена эта игра будет только в выигрыше, потому что Альтфедов не знает как в неё играть, но знает как ею можно успокоить сёгуната и его гнев.

— ты прав. Они не стоят даже той части, что есть у тебя. Ты дороже их и даже всей моей армии- Войдмен садит Альтфедова на поверхность первую попавшуюся, и тот надеется что это была кровать, а не очередной столик который стоял прям к закрытого окна. Но, надежды пропадают, стоит Войдмену, вновь тянуться и сжимать руки на теле, выводя узоры по ногам Альтфедова.

— я принёс то что вы просили- голос Альфедова звучит как то что обязано Альтфедова спасти от назойливого сёгуна, что фыркает- прошу простить меня.

— на твоё счастье, ты пришёл вовремя.- Войдмен злиться и наверняка, желал Альфедова убить, но не делает. Поднимает Альтфедова и придерживая ведёт к купальне, снимая с того повязку. От света, Альтфедова старается не морщиться, моргая один раз, пока Войдмен ведёт к воде от которой исходит пар и Альтфедов замечает как брат капает масло в саму воду- зачем ты это сделал?

— я когда-то принимал у себя гостей с севера, они использовали масла именно так.- Альфедов, не смотрит на Войдмена, потому что не вежливо и потому что любой не такой взгляд может привести к казни. Альтфедов хмурит брови, видя как водная гладь меняется, и идя вперёд, уже без чужой поддержки, хмуриться. Содясь у самого края ванны, наклоняя голову, видя силуэты.

— железный ворон, несущий огонь убьёт то что пустоши дороги. Но, иная сторона тоже постродает.- говоря в слух что видит, Альтфедов окунул руку в воду. В душе чувствуя страх, прикрывая глаза, сжав руку и стараясь расслабиться, положив голову на край, дабы понять что же теперь это будет значить.

— что-то ещё увидел?- Войдмен подошёл ближе, напрягая Альтфедова которому хотелось сейчас осмыслить

— не думаю. Советую вам готовиться и не стараться изменить то что ждёт вас, это всё равно будет в назначенный момент, но обстоятельства будут иными. Может, больнее и мучительнее, а может кто-то ещё пострадает- сразу предупреждая Войдмена о том что не стоит играть с тем что всё менять пытаешься, ведь всё равно придётся будущее встретить так как оно назначено.

— это не тебе решать.- Войдмен шипит и уходит, а Альтфедов вздыхает, мокрой рукой ведя по своему лицу, дабы привести себя в порядок.

— я тебе отдам деньги, а ты уезжай от сюда. Понял?- содясь на край ванной, Альтфедов смотрит на брата, что хмуриться

— ты же сам сказал Войдмену, нельзя изменить что показано- Альфедов смотрит на Альтфедова, словно, тот говорит глупость. Хотя, сам он понимает что это так и есть. Простая тупость, которая проедает мозг страхом и желанием спасти Альфедова, который ступил в императорский двор только ради сохранения секрета Альтфедова- тем более смерть.

— там не сказано что моя сторона иная. А ты давно хотел дальше учиться, уезжай из Киото в Симоносэки. Не возвращайся сюда, пока не получишь от меня письмо, о том что уже всё хорошо.- смотря в глаза брата, Альтфедов пошел в спальню, поднимая мат дабы достать всё что успел накопить, за столькое время оборачиваясь на брата- не знаю, на сколько это хватит, может только на одно полугодие. Но, а возможно и подольше

— я не хочу бросать тебя. Ты же с ним стухнешь- смотря в глаза Альтфедова, Альфедова пробирал ужас только от одной мысли что придётся бросить того в этом месте- может со мной поедешь? Ты же сам знаешь что будет

— я не настолько ему дорог. Пострадает может Джаст, а может этот.. ну, министр чего-то там- махнув рукой, Альтфедов раскрыл руки, слегка улыбаясь Альфедову. Тот не думая подходит, обнимая брата, крепче чем можно было. Прикрывая глаза- обещаю, если смогу то всё же сбегу к тебе. Да и кто на меня посягнёт? Меня оставят в живых, максимум из-за того что я вижу будущее.

— а если нет? Всё же, ты буквально, завтра станешь его женой или кем там, а значит и мишенью- с волнением произнес Альфедов, словно, догадываясь что "дорогое" не значит то что ближе к сердцу.

— тогда, напьюсь на столько, чтоб даже мой "муженёк" понял что с выбором ошибся. Припоминается, ты говорил «у меня почки две и одна из них для алкоголя, а вторая для иного»?- Альтфедов хмыкнул, когда Альфедов цокнул отходя от брата, держа в руке чужие сбережения что хранились в обычном мешке из под риса- ну, что-ж, в добрый путь?

— добрее только смерть- покидая усыпальницу, оставляя Альтфедова одного, в тишине. Вздохнув, прикрывая глаза, поворачиваясь, замечая как тень позади искажается и окно, что было когда-то закрыто, уже открыто и на нём сидел мужчина

— полагаю, ты железный ворон?- смотря на мужчину, Альтфедов скрестил руки на груди, не боясь за то что будет теперь- полагаю, тебе тоже нужно погадать?

— оставь гадание для дураков. Мне нужен твой дар. У меня иная цель, так скажем послание для Войдмена от Якудз. Надеюсь, ты не будешь сопротивляться и шуметь?- толкая ногой стол, отодвигая от окна, вставая на пол и шагом подходя к Альтфедову, что хмыкнул, улыбаясь.

— что ты, мне это ни к чему. Да и не думал, что Якудзы будут использовать провидца ради какого-то послание- пожав плечами, Альтфедов вздохнул опять, то ли уже приняв свою судьбу, то ли от моральной усталости от очередных погоней за "правдой"- но, я думал что вы оставите всё на Джасте

— нашему главе не нужен он, а вот ты будешь интересным и занятным делом для того чтоб Войдмен знал что лучше не пересекать дорогу Якудзам.