Слухи о путче
Белый шум![](/file/cd8449b616b2505e51457.jpg)
«Чистить» — именно это выражение употребляли национал-социалисты, говоря об уничтожении человеческих жизней в рядах противника. После выборов в райхстаг штурмовые отряды в разных частях страны сами весьма серьёзно занялись «чисткой». Много людей пало жертвой этой «чистки», которая в некоторых местах, например в Восточной Пруссии, производилась с помощью бомб. Штурмовики по меньшей мере стали запасаться грузовиками и пулемётами для похода на Берлин. Министерство райхсвера сочло необходимым самым недипломатическим образом дать понять противной стороне, что оно вовсе не собирается капитулировать из страха перед пролитием человеческой крови: райхсвер будет стрелять. И армия действительно готова была стрелять, тем более что она считала себя обманутой Хитлером. Вскоре после выборов национал-социалистский вождь в речи перед младшими вождями в Берхтесгадене призывал их, между прочим, к лояльности в отношении райхсвера. Текст этой части своей речи он официально переслал в министерство райхсвера, которое также официально сообщило её содержание армии. Любопытный факт: настроение солдатов было, очевидно, таково, что министерство считало полезным обратить внимание своих людей, в каких добрых отношениях оно находится с Хитлером, с тем чтобы армия знала, что с этой стороны ей не прийдётся вступать в конфликт со своей совестью. Теперь, когда штурмовые отряды нарушили эти добрые отношения, когда они угрожали путчем и «чисткой» улиц, высшее руководство райхсвера почувствовало себя обманутым. Оно сочло поэтому момент подходящим, чтобы внушить некоторую часть этих враждебных чувств армии.
Чтобы не оставить никаких сомнений в своих намерениях, германское правительство издало 9 августа чрезвычайный декрет против террора. Декрет предусматривал драконовские наказания. За проступки, которые до сих пор карались лишением свободы, новый декрет грозил смертью. Можно себе представить, какое настроение вызвал чрезвычайный декрет у штурмовых отрядов! Среди них живо было ещё представление о двоякого рода праве, которое по-разному относится к людям национально и не национально мыслящим. Эту теорию возвестил им в начале своей карьеры Хитлер, заявивший, что правительство должно больше любить тех, кто больше любит его. «Ангриф» требовал, чтобы чрезвычайный декрет не применялся к тем, кто «прибегает к самообороне как последнему средству», т. е. требовал применения двоякого права в отношении левых и правых. В огне таких настроений Хитлер рассчитывал закалить скипетр своей власти. В Германии снова запахло путчем. Однако мы слишком хорошо знаем Хитлера, чтобы быть уверенными, что он не решится на насильственный шаг против райхсвера.