Слава Змею Мидгарда!

Третья змея

Мореход

Вдоль спинного хребта

Вьются вверх две змеи:

Так говорили когда-то

В дождливых и жарких землях.

«Кундалини» их называли: мужской и женскою силой,

Восходящими вдоль хребта.

Но иные к тому добавляли:

Есть и третья змея,

Ни мужская, ни женская: та и другая разом;

И она сильнее тех двух

И восходит следом за ними.

Так сказал мне учитель тантры:

Это, мол, великая тайна;

Немногие знают, сказал он,

О третьей змее. Ученье давно забылось,

Но остались рельефы в храмах,

И они открывают нам то,

Что мудрые йогини знали в далеком прошлом.

Музыка нового века

Тихо журчала где-то,

На стенах висели янтры,

И вдруг, как гость чужеземный,

Африканец в собранье шведов,

Бледнолицый среди чернокожих,

Пришелец невесть откуда,

Подкралась ко мне Змея и толкнулась в спину.

«Ты помнишь меня», — не словами,

А изгибом, извивом, вращеньем хребта; почему-то с улыбкой —

Разве могут Змеи смеяться?

Разве есть у них в жизни что-то

Кроме рыб и воды, кроме звезд и подводных стеблей?

Может быть, та улыбка, незримая глазу, — наследство

От смешливого плута-отца ее? Снова изгиб, поворот —

Не дословно, но суть уловил:

«Это он обо мне говорит».

И исчезла.

Йормунганд, что роднит тебя с этой змеей Кундалини?

Как ты можешь дремать под крестцом моим, если обитель твоя —

Океан, обвивающий Мидгард? О да, это Тайна,

Непостижная мне, и когда б я о ней помянул

В разговоре с учителем тантры, тот, верно, решил бы,

Что я не в себе или просто толкую слова его слишком буквально.

Разве это не символ? Но нет —

Я и вправду коснулся Змеи. Это слишком реально.

Точно так же реально, как эта змея между бедер моих, —

Я возьму ее в руку, как только домой доберусь,

И, быть может, сумею хоть как-то дозваться до той, величайшей.

Спинной хребет / Древо

Крестец / Корень

Таз / Океан

На границе

Символа с тем, что реально,

Бог/Богиня Порога живет.

Мы знаем исполинского Мирового Змея, который защищает весь Мидгард, обвивая его своим телом, как живая магическая преграда. Мы всю свою жизнь мы проводим в объятиях этого великого и безымянного Змея. Добро пожаловать на границу между сушей и морем, между миром людей и Иными мирами! Змей обвивает Мидгард собственным телом как живая граница и защита для смертных, населяющих этот мир. Поэтому его называют Змеем Мидгарда или Мировым Змеем: именно так переводится его прозвание, «Йормунганд».

Мировой Змей фигурирует в некоторых мифах, главным образом в качестве врага Тора. Впервые он появляется в мифе о том, как Тор, путешествуя с несколькими спутниками, встретил великана-чародея Утгарда-Локи (не путать с Локи!). Этот колдун пригласил их в гости и предложил потягаться с его слугами в силе и сноровке. Тору досталось совсем простое, на первый взгляд, испытание: поднять кошку Утгарда-Локи. Но кошка оказалась такой тяжелой, что Тору едва удалось оторвать от земли одну ее лапу. Тор признал свое поражение, и Утгарда-Локи объяснил, что навел на него чары морока: под видом кошки скрывался сам Змей Мидгарда, а Тор в действительности поднял его почти целиком, от чего по морям пошли гигантские приливные волны.

В другом мифе Тор отправляется на рыбалку вместе с великаном Хюмиром и насаживает на крючок отрубленную голову быка из Хюмирова стада (которую он взял без спросу, но Хюмиру оставалось только смириться: в самом деле, не сражаться же с богом-громовником!) На эту наживку клюет Мировой Змей, но сдаваться без боя он не намерен. Пока Тор борется со своей добычей, Хюмир украдкой обрезает леску и Змей уходит на дно. Рано или поздно, когда, согласно пророчеству вёльвы, наступит Рагнарёк, Тор снова встретится с Йормунгандом и, наконец, убьет его но и сам падет замертво от его яда.

Исполинские священные змеи, подобные Йормунганду, упоминаются и в мифах других народов. Из греческой традиции известен Уроборос — змей, свернувшийся кольцом и держащий в зубах собственный хвост. В мифах древних шумеров действует великий дракон или змея Тиамат, которая, подобно скандинавскому Имиру, была убита и расчленена на заре времен, а из тела ее были созданы различные части земли. В одном из мифов об индийском боге Шиве огромная змея угрожает истребить своим ядом все живое. Остальные боги пребывают в растерянности, но Шива выпивает весь яд и в собственном теле преображает его в безвредную влагу. После этого змея становится совершенно безобидной. Шива по сей день носит ее на шее в память о тех событиях.

Дары Мирового Змея

Есть ли смысл воздавать почести Змею? Некоторые полагают, что Змей — заклятый враг человечества, но те из нас, кто работает с Мировым Змеем непосредственно, не находят этому подтверждений. Напротив, многие из нас извлекли из общения с ним ценные уроки: по-видимому, Змей может поведать немало полезного о пограничных состояниях и о том, как быть ни тем и ни другим, а тем и другим одновременно. Кроме того, он помогает работать с лей-линиями (энергетическими потоками Земли, проходящими как по суше, так и по морскому дну), учит находить их и использовать. Некоторым с помощью Змея удается также узнать кое-что важное об энергии кундалини. Но, вообще говоря, этот великий дух хранит множество тайн и далеко не все из них нам уже открылись.

Судя по всему, Змей не ропщет на свою участь: он не против и впредь оставаться живым щитом, оберегающим мир человечества. В этом качестве Змея можно призывать для защиты любого пространства или человека. Он не только укрепит ваши границы, но и научит вас поддерживать их самостоятельно. Чтобы призвать Змея, изобразите его руну — Иор — на двери помещения, которое вы хотите защитить, или на теле человека (фломастером). Если вы полагаете, что кому-то из ваших знакомых не помешали бы более прочные границы, попросите Змея помочь ему.

Мировой Змей был сотворен магией Железного Леса, освятившей союз Локи и Ангрбоды — двух самых могущественных йотунов из всего, кого до тех пор порождал Ярнвид. И понять эту Великую Змею, на мой взгляд, труднее, чем любого из йотунов, с какими мне доводилось иметь дело. Это невероятно чуждое нам существо. Когда соприкасаешься с его природой, возникает очень странное чувство. Великий Змей двупол, что само по себе не так уж и необычно для детей Железного Леса, но, как правило, если с ним общается женщина, ей кажется, что Йормунганд женского пола, а если мужчина — мужского. Мировой Змей не говорит словами и не пользуется никаким языком из тех, что мы могли бы признать за язык, — и все же каким-то образом он разговаривает. От одной мысли о том, чтобы попытаться это объяснить, мне становится нехорошо; могу только сказать, что мне довелось как-то раз находиться со Змеей в одном теле (и, кстати, да, у нее действительно нет имени: о себе она думает просто «я» и больше никак), и возникло такое ощущение, что части моего мозга, отвечающие за вербальную коммуникацию, отодвинулись куда-то в сторону и «отсоединились». После этого я еще около часа не мог говорить нормально.

Призывание Йормунганда

Из «Языческого часослова ордена Часов»

Слава тебе, Йормунганд,

Дитя Великого Плута

И Ведуньи Железного Леса,

Смерти Брат и Сестра,

Ни женщина, ни мужчина,

Но сам в себе совершенный,

Ни вперед, ни назад не идущий,

Но в вечном кольце кружащий,

Земле не родной и не чуждый,

Но обвивший на веки веков

Нашу Срединную Землю.

Помоги нам понять, о Змей,

Каково это: видеть конец

И начало в одном и том же,

Видеть всех на своих местах,

Отведенных им в круговороте,

Жить в согласье с вращением мира

И не путать кольцо с прямой,

Даже когда горизонт

Так далек, что не видно глазу.

Ритуал Йормунганда

Рейвен Кальдера

Йормунганд, Мировой Змей, не разговаривает и вообще не владеет речью, так что у нашего ритуала Змея не было никакого сценария и вся работа велась в полной тишине. Поэтому я просто расскажу, что именно мы делали, — на тот случай, если кому-то захочется это повторить.

Во-первых, мы отыскали такое озеро, куда могли бы приехать посреди ночи. Этот ритуал можно проводить и в море (и это, пожалуй, гораздо лучше), но не всем из нас повезло жить у моря, так что подойдет любой большой водоем. Нужно, чтобы небо было ясным и звездным, а вода — достаточно теплой и чистой, чтобы в нее можно было без опаски погрузиться по шею. Одежда или ее отсутствие значения не имеют; некоторые участники нашего ритуала работали в купальниках, а некоторые — нагишом.

Мы изготовили символического «змея», сшив трубу длиной около двадцати футов из спандекса со змеиным принтом (по-хорошему, труба, наверное, должна быть еще длиннее). Один конец трубы мы зашили, чтобы получился хвост, а на другом приделали что-то наподобие головы. Потом, посреди ночи, мы молча отправились на озеро. О правилах ритуала всех проинструктировали заранее. С того момента, как мы вышли из машин и направились к озеру, и до того, как все вернулись и снова расселись по машинам, никто не произнес ни слова. (Впоследствии мы, конечно, обменялись впечатлениями и сравнили свои записи.) Тихо и неторопливо мы разделись и вошли все вместе в озеро, прихватив с собой «змею» и, опять-таки, стараясь не шуметь. Какое-то время мы просто стояли в темноте, держась за нашу «змею». Потом мы выстроились в круг; один из участников взял «змею» за хвост и за голову и замкнул ее в кольцо. Я воздел руки к звездному небу и безмолвно попросил Великого Змея снизойти к нам и даровать нам мудрость. Потом я вышел в центр круга.

После этого каждый из на по очереди выходил в центр круга и некоторое время стоял по плечи в воде, медитируя. Кто-то при этом смотрел в небо, кто-то закрывал глаза. Остальные участники, по-прежнему держась за тряпичную «змею», постоянно двигались по кругу, по часовой стрелке. Из-за этого вокруг участника, стоявшего в центре, символически обвитого Хранителем Мидгарда, возникало подобие водоворота. Завершив общение со Змеем, каждый участник возвращался в круг, а на смену ему в центр выходил другой. После того, как в центре постояли все участники, мы разомкнули круг и шеренгой вышли из озера. Потом мы оделись, все так же молча разошлись по машинам и разъехались по домам.

Это был невероятно простой ритуал, но все, кто участвовал в нем, испытали очень глубокие чувства и вынесли из этого опыта некую священную мудрость. Позднее мы снова собрались в круг (на сей раз просто рассевшись на полу в теплой комнате) и обменялись впечатлениями о тех образах, которые ниспослал нам Змей.