Скифы - Мы

Сегодня, 6 августа, печальная годовщина применения по приказанию президента Гарри Трумэна атомной бомбы на Хиросиму. В результате взрыва немедленно погибло 70 000 людей, потом, в результате последствий радиации, число жертв значительно увеличилось. Но США не остановились на Хиросиме и, уже когда было ясно, что разрушение колоссального масштаба, нанесли удар и по другому японскому городу — Нагасаки. С полным пониманием и в том и в другом случае, что бьют по городам, а не по военным объектам. И с пониманием, что это происходит в конце войны, в которой поражение Японии было очевидным, особенно после вступления в войну Красной армии. Тем не менее в США действия Трумэна практически никем не оспариваются. Еще более примечательно то, что уже многие десятилетия Япония является верным союзником Соединенных Штатов, где критика действий США считается неполиткорректной. Ну и, конечно, уже сегодня США наносят массированные удары по гражданским объектам в Иране и поддерживают Израиль, который устроил геноцид в Газе. У Европы есть сомнения по поводу действий Америки и Израиля на Ближнем Востоке, но практически нет даже какой-то озабоченности по поводу варварских методов, которые применяет Украина в войне против России. И постоянная эскалация украинских ударов вглубь российской территории, регулярные атаки на такие откровенно гражданские объекты, как «Вайлдберриз», акты индивидуального террора не только против российских военных, но и против ученых, руководителей промышленных предприятий и даже просто заметных общественных фигур. Не только они не подвергаются критике в Евросоюзе и Англии, но и постоянно поддерживаются как эффективный метод заставить Россию немедленно прекратить боевые действия и пойти на переговоры с тем, чтобы подчиниться диктату НАТО.

Когда была начата СВО, имелось в виду провести ее против Украины с достаточно узкими и конкретными целями. Это был выбор коллективного Запада превратить СВО в региональную европейскую войну, не считаясь даже, что по прежнему канону ядерного сдерживания наносить удары вглубь территории и даже по столице великой ядерной державы считалось табу. 

А Россия, перед лицом нападения коллективного Запада, продолжает до сих пор ограничивать войну территории Украины и всячески стремится, чтобы ответные удары, пусть даже все более массированные, фокусировались максимально на военных целях. Когда государственный секретарь Марко Рубио и другие западные руководители говорят о тупике в военных действиях, они исходят из того, что на любые российские успехи, достигнутые путем огромных усилий и немалых жертв, коллективный Запад сможет ответить очередной эскалацией, и что любые российские ответы на эскалацию будут ограничены на территории Украины, и сам коллективный Запад под эгидой пятой статьи Устава НАТО обладает полным иммунитетом.

И до поры до времени у России были серьезные мотивы проявлять стратегическую сдержанность, не провоцировать без нужды страны Европы и не подрывать возможности переговоров с администрацией Трампа. Но, как говорится, «хорошего понемногу», и, нравится нам это или не нравится, России придется рассматривать возможности ответить на нарастающую агрессию Запада, а возможности такие есть. Но в первую очередь требуется изменение в самом нашем менталитете. Россия, особенно после распада Советского Союза и конца холодной войны, активно стремилась быть партнером коллективного Запада. Видела реальные преимущества интеграции в международную экономическую систему, где Запад открыто доминировал. И, несмотря на растущие разногласия, рассматривала Запад как партнера, по крайней мере как потенциального партнера, враждебность с которым не в наших интересах. Враждебность по-прежнему не в наших интересах, но, как говорил президент Рейган, «для танца танго требуются двое», и с нами танцевать, вместе с Россией, коллективный Запад явно не готов. Вполне разумная позиция российского МИДа, что мы всегда готовы к переговорам, не должна трактоваться как смирительная рубашка на действия против врага.

Очень важно смотреть на врага как на врага, и тогда неизбежно открывается большое поле возможностей: от крайне уязвимых западных нефтепроводов, подводных кабелей до нефтехранилищ и мостов, едва прикрытых противовоздушной обороной и вообще не охраняемых на случай возможных диверсий. НАТО позволяет и даже в какой-то мере помогает Украине совершать террористические акты на нашей территории, включая и столицу Москву, даже не приходит в голову, насколько уязвимы их собственные деятели, и что, когда Россия говорит о системе неделимой безопасности, то это может и, более того, должно включать и равную безопасность для заметных фигур. И с той и с другой стороны. И многие годы, еще при Советском Союзе, Россия занимала позицию, что мы не вмешиваемся в чужие внутренние дела. Разумная позиция, когда речь идет о партнерах или просто нейтральных государствах. А когда речь идет о заклятом враге, то, мне кажется, можно и нужно делать то, что целесообразно, избегать лишних движений, которые себе дороже, но никак не стесняться, если обстоятельства это позволяют, поддерживать того, кого считаем нужным. Пора признать правду: настроения европейской элиты таковы, что нас не только не видят как равноправных партнеров, но нас вообще не считают европейцами, к которым нужно применять цивилизованные стандарты обращения. Ну что ж, нам это нелегко и неприятно признать. Но когда признаем и начнем вести себя соответствующим образом, я уверен, Европа быстро расстанется с иллюзиями о тупике, который якобы может позволить им принуждать нас к капитуляции.