Sin

Он летел вниз мучительно долго. Тьма поглощала его, заглатывая кусочек за кусочком, скрывая в себе того, кого отвергли небеса. Готье пробовал распахнуть крылья, но почувствовал лишь зияющую пустоту и пронзительную боль там, где когда-то брали начало его белоснежные крылья. Это всё какая-то ошибка. Всего этого не должно было случиться с ним, он ведь просто пытался поступать правильно. Его закадычный враг всегда говорил, что его доброта выйдет ему боком, что небесная канцелярия не простит не исполнение приказов, что это не сойдёт с рук даже ему. Забавно, а ведь у него было большое будущее: он мог бы дослужиться до архангела, войти в совет, обрести влияние. И вот где он теперь – летит с оборванными крыльями вниз, низвергнутый в самую пучину ада. Не то чтобы его жизнь на небесах можно было назвать раем – все вокруг верили, что он согрешил, никто не хотел слушать объяснения, никому не было дела. Каждый день его методично доводили до ручки, считая недостойным крыльев, нимба и гордого звания "ангел". Скэриэл предупреждал его, что небеса давно прогнили, что в них больше не осталось того искреннего желания помочь – лишь холодный расчёт. Значит ли это, что он был прав и ангелы действительно гораздо более жестоки чем демоны? Если брать его собственный случай, то он мог с уверенностью сказать, что за одну провинность, которую он таковой и не считал, не отрывают крылья и не скидывают с небес. Стоило ли спасение одной маленькой жизни того наказания, которое он получил? Определённо стоило. Готье знал, что ему строго запрещено вмешиваться, но также он знал что было бы несправедливо позволить так оборваться жизни маленькой девочки. Он надеялся, что по крайней мере она проживёт долгую и интересную жизнь, иначе зачем он через всё это проходит?

‎Чернота заволокла всё пространство вокруг и Готье не знал как долго ещё предстоит лететь. Казалось у всего этого нет ни конца, ни края и он уже подумывал над тем, что это и есть его наказание – вечно лететь вниз, боясь разбиться, как вдруг его тело встретилось с твердой поверхностью. Он камнем рухнул вниз, не успев сгруппироваться для меньшего урона. Его кости трещали, каждая мышца болела и он напоминал себе один сплошной кровоподтёк. Голова оказалась пробита так не кстати оказавшимся там булыжником, на который ему посчастливилось приземлиться. Под ним начала собираться внушительная кровавая лужа, напоминающая скорее маленькое озеро. Готье так и продолжил бы неподвижно лежать, боясь даже лишний раз вдохнуть, чтобы не спровоцировать новый приступ боли, но рядом с ним приземлилось что-то. С трудом повернув голову он обнаружил свои крылья, скинутые вдогонку за ним – изломанные, окровавленные, вырванные с корнем. Горькая усмешка окрасила его красивое лицо. Подумать только, как же он был жалок. Всего пару часов назад перед ним были потрясающие перспективы поданные на блюдечке с голубой каёмочкой, а сейчас он лежит в луже собственной крови на дне ада, никому не нужный и забытый. Видел бы его сейчас Скэриэл, живот бы надорвал от смеха.

‎– Какая неожиданная встреча. – Готье узнал бы этот голос где угодно, слишком привык слышать его за годы совместной работы, похоже теперь придётся отвыкать. – Что же делает в этой выгребной яме наш без пяти минут архангел?

‎Конечно, как бы он смог пройти мимо и не поглумиться, хотя справедливости ради Готье нечего было даже возразить, он действительно в проигрышном положении.

‎– Оставь меня в покое, Скэриэл. – он тяжело вздохнул и прикрыл глаза, надеясь что надоедливый демон проявит хоть немного тактичности. Но это ведь Скэриэл, так что Готье даже не знал, на что он рассчитывал. Он чувствовал этот прожигающий взгляд на себе и раздражённо распахнул глаза вперив взгляд в ответ.

‎– Ну что? Что тебе надо? Ты можешь хотя бы на десять минут оставить меня в покое и дать посамоуничижительствовать?

‎– Неа. – озорная улыбка украсила его губы и он протянул руку. – Вставай, уничижительство тебе не идёт.

‎Теперь Готье окончательно был заинтригован, он протянул руку и его с лёгкостью подняли с земли.  Скэриэл аккуратно приобнял его, удерживая на ногах и ласково погладил спину, обходя то место, где раньше были крылья.

‎– Я ведь говорил тебе, что так и будет, говорил что ангелы жестоки. – он тихо шептал, будто здесь был кто-то ещё кто мог бы их услышать. – Я говорил, что они никогда не примут тебя таким. Только я один твой грех приму.

‎Готье поднял голову, заворожённо вглядываясь в необычайно серьёзного напарника и с удивлением отметил, что тот оказался прав. Среди ангелов он всегда был чужим, не разделяя их мировоззрение, но Скэриэл принял его таким какой он есть, не требуя ничего взамен. Раны на спине пульсировали болью и демон накрыл их ладонью, обволакивая приятной прохладой. Возможно это всё же шаг вперёд, а не откат назад.

‎