Сиделка

Начало работы

Меня зовут Оксана, мне 40 лет. Сиделкой я стала пять лет назад. До этого работала на разных специальностях, была даже оператором котельной.

У меня среднее образование, но не связанное с медициной. Уколы я научилась делать, когда уже стала сиделкой.

Моей первой клиенткой была женщина, которая упала и сломала шейку бедра. Несколько недель я ее кормила и памперсы меняла.

У меня самой третья группа инвалидности: шесть лет назад я попала в аварию. Из-за травмы у меня онемела половина лица. Мне приходится принимать лекарства: капли в глаза, таблетки. Работать сиделкой, конечно, тяжело, а что делать? Часто работодатели просят скинуть фото — им интересно, как выглядит будущая сиделка. А на фото видно, что с моим лицом что-то не так, поэтому у меня очень много отказов. Каждому не объяснишь, что это из-за травмы.

Заработки в Москве

В Москву на работу начала приезжать пять лет назад, до этого я жила и работала в Донецкой области. Первый раз я приехала по рекомендации знакомой. Она тогда начала работать с бабушкой за 25 тысяч в месяц: два месяца была дома, а два проводила в Москве. Конечно, впервые страшно в Москву ехать. Но делать было нечего: у меня на Родине зарплаты маленькие, и сиделкой много не заработаешь. Платят 200-300 рублей за день, за месяц максимум тысяч пять выходит. Моя по инвалидности — всего 4 тысячи рублей.

Перед тем как поехать в Москву впервые, я досконально все узнала у будущих работодателей. Задавала им кучу вопросов — они, хоть и нервничали, но отвечали. Я лучше сто раз договорюсь и переспрошу, чем приеду в другой город, а работать будет негде.

Первые московские работодатели платили 22 тысячи в месяц. Подопечной была женщина с рассеянным склерозом — нижняя часть ее тела не работала, и приходилось следить за ней днем и ночью. Она весила 120 килограммов, ее нужно было поднимать и переворачивать — я подрывала руки и спину.

Подопечные

Ухаживать приходится в основном за бабушками и дедушками, но бывают и молодые подопечные.

У меня был один 24-летний парень с травмой позвоночника. Он прыгал на батуте: хотел упасть на спину, а упал на шею, неделю после травмы лежал в коме. Звал меня по много раз каждую ночь, чтобы сходить в туалет, сам не мог. Я подходила и ставила катетер, поворачивала его, переворачивала, если было нужно. А он еще нервничал и говорил: «Хочется самому все делать, а не вас заставлять».

Сейчас зарабатываю 40 тысяч в месяц. Это круглосуточная работа без выходных, но я стараюсь отвлекаться. Пошла в аптеку за мазью — подышала воздухом. Я ухаживаю за незрячей бабушкой. Ей 91 год, у нее старческая деменция — это когда человек ушел в себя и живет в своем мире. Таких не принимают даже санатории и дома престарелых, потому что они доставляют много беспокойства другим, их только в психбольницу или к сиделке. Например, она иногда сидит и с радио разговаривает, такая спокойная и тихая, а иногда кричит по ночам. Я боюсь, что соседи полицию вызовут — подумают, что я ее убиваю. С ней сложно находиться рядом, когда она бредит. Иногда такие вещи рассказывает, что хоть мемуары пиши.

Но эта бабуля лежачая — еще ничего.

Одна знакомая рассказывала, как проснулась, а ее подопечная со старческой деменцией стоит над ней с ножницами в руках и хохочет.

Выбирать, с кем работать — не приходится. Можно найти простой случай за 20 тысяч в месяц. Но какой в этом смысл? Я же все-таки работать приехала, а не отдыхать. Когда я прихожу на работу, то понимаю: месяц я могу физически выдержать даже сложный случай и начинаю работать. Но я все равно соглашаюсь не на всех.

На Волжской предлагали женщину, которая отходит от рака. Давали 50 тысяч в месяц, но я не согласилась, потому что было много нюансов по уходу, какие уколы делать и таблетки давать. У меня началась паника — я позвонила и отказалась. Решила, что лучше я возьмусь за другой вариант, где в случае чего буду уверена в своих силах, где точно смогу оказать помощь.

Поиск заказов

Чтобы найти работу, я размещаю объявления в интернете: в группах на Facebook, «ВКонтакте», на сайте у моего знакомого. Где эффективнее, сказать не могу: люди звонят, а откуда — я не спрашиваю. Обычно на работу берут меня так: мы созваниваемся и договариваемся о встрече. После я приезжаю домой к работодателю и знакомлюсь с подопечной, хозяином и предыдущей сиделкой, та объясняет мне все, вводит в курс дела.

У сиделок есть группа в WhatsApp — не такие уж мы и отсталые. Там мы переписываемся, поддерживаем друг друга и предлагаем заказы. Там много молодых девчат, есть женщины по 30 и 40 лет, но бывают и 60-летние. Сейчас у меня появились знакомые сиделки в Москве, у которых можно переночевать или оставить вещи.

Конкуренция

Я ищу работу напрямую, а не через агентства. В них обращаются люди, которые хотят подешевле. Да еще и придется половину первой зарплаты отдать агентству — зачем мне такое надо?

Иногда экономия работодателей приводит к вреду для них же.

Однажды я ухаживала за бабушкой, которой наняли неопытную сиделку. У старушки появились сильные пролежни. Если бы эта сиделка продолжила за ней ухаживать, то пошел бы необратимый инфекционный процесс.

Зарплата сиделки зависит от опыта и умений, но и на зарплату в 20 тысяч много желающих. Заказчики хотят себе такую сиделку, чтобы была профессионалом и не требовала много денег. Сейчас конкуренция выросла, появилось больше работниц из Средней Азии. Иногда берут таких сиделок, что и по-русски не умеют разговаривать, — лишь бы сэкономить. Но я против них ничего не имею: они активные, как пчелки.

Доходы и расходы

У меня нет постоянной работы: могу быть два месяца в Москве, а два месяца дома сидеть и ничего не зарабатывать. Например, сейчас я работаю до 24 числа, а после — 28-го поеду на другую подработку на десять дней, а дальше — неизвестно. И постоянного дохода у меня нет: могу месяц поработать, а могу две недели, и в следующую неделю у меня не будет работы.

Сейчас я получаю 40 тысяч в месяц, сколько будет дальше, не знаю. Расходов в Москве у меня нет, все деньги увожу домой, так как живу на полном обеспечении у работодателя. Я никуда не хожу, только в магазин рядом за продуктами. Но бывают и приходящие сиделки. Моя знакомая снимает квартиру с сыном — говорит, что приходится платить за аренду, но хоть на личную жизнь времени хватает. А я думаю, да какая там личная жизнь, если с 10:00 до 22:00 на работе? Но хоть сына иногда видит.

Моя дочь 17 лет осталась дома, я ей отправляю деньги из Москвы. Когда приезжаю в Украину, то я как пан-король. Привожу тысяч 70, но все быстро уходит, и я снова на нулях.

Моя дочь недавно поступила в мединститут, на бюджет. Скоро у нее будет сессия. В институте сказали, чтобы мы уже деньги готовили — будут брать от тысячи рублей за сдачу предмета. Очень жестко, но надо помогать, поэтому думаю и дальше работать, пока здоровье позволяет.

Хочу получить российский паспорт. По украинскому мне в Москве можно жить только полгода. Мне хотелось бы найти нормальную работу, чтобы не мыкаться туда-сюда: месяц там, месяц — тут. Хочу работать на одном месте.

Подписывайтесь на канал "Взгляд изнутри" и делитесь статьей с друзьями