Sex post: Markus.

Я смотрел на Дарьяну, стоящую у окна в моём номере. Огни города отражались в её глазах, но мне было плевать на город. Я видел только изгиб её спины и то, как платье обтягивает бёдра. Она обернулась, и я уже не скрывал, чего хочу. Мой взгляд скользнул по её губам, шее, ниже — туда, где ткань натягивалась сильнее всего.

— Иди сюда, — сказал я тихо, но в голосе не было просьбы. Это был приказ.

Она сделала шаг, и я схватил её за запястье, притягивая к себе так резко, что она врезалась в мою грудь. Я вжал её спиной в холодное стекло балконной двери, нависая сверху. Её дыхание сбилось, но я не дал ей опомниться.

— Ты даже не представляешь, Дарьяна, как долго я ждал, чтобы зажать тебя в этом номере, — прорычал я ей прямо в губы, не целуя, а почти кусая нижнюю губу. — Я хочу, чтобы ты кричала так громко, что соседи постучат в стену. И мне насрать.

Я рванул вырез её платья вниз, оголяя грудь, и сжал её ладонью грубо, без нежности, чувствуя, как твёрдый сосок упирается в мою кожу. Она ахнула, но я зажал ей рот ладонью, прижимая её голову к стеклу.

— Не смей закрывать глаза, — приказал я, встречаясь с ней взглядом. — Я хочу видеть твой страх и твоё возбуждение одновременно. Я хочу чувствовать, как ты мокреешь от того, что я с тобой делаю.

Я развернул её лицом к стеклу, задирая платье до талии, и провёл ладонью по её ягодицам, а затем резко шлёпнул, так что эхо разнеслось по комнате. Она вскрикнула, и я усмехнулся, прижимаясь к ней сзади так плотно, что она чувствовала всё моё желание через тонкую ткань белья.

— Ты моя сегодня, Дарьяна. Я буду брать тебя жёстко, так, что ты забудешь своё имя. Хочу слышать, как ты умоляешь меня не останавливаться, а потом как умоляешь остановиться. Но я не остановлюсь.

Я рванул её кружевные трусики в сторону, даже не снимая их, и провёл пальцами там, где она была уже влажной. Я грубо вошёл в неё двумя пальцами, чувствуя, как она сжимается вокруг них, и наклонился к её уху, шепча сквозь зубы:

— Скажи, чего ты хочешь. Громко. Я хочу услышать это.

Она застонала, выгибаясь, и я вынул пальцы, заставляя её повернуться. Я взял её за волосы, откидывая голову назад, и впился в её шею поцелуем, оставляя след. Затем толкнул её на кровать, грубо разводя её ноги коленом, нависая сверху как зверь. Мой голос стал низким и хриплым:

— Я буду трахать тебя так, как ты и мечтала. И когда я кончу, я заставлю тебя слизать каждую каплю, потому что ты принадлежишь мне. Этой ночью я не знаю пощады. Я хочу видеть твои слёзы, слышать твой хрип и чувствовать, как твоё тело бьётся в судорогах от того, что я делаю.

Я вошёл в неё резко, без подготовки, одним толчком до конца, чувствуя, как её стон переходит в крик. Я задвигался жёстко, ритмично, вбиваясь в неё с такой силой, что кровать скрипела и съезжала к стене. Мои пальцы впились в её бёдра, оставляя багровые следы, а её ногти вцепились в мои плечи до крови.

— Да, вот так, — прорычал я, ускоряясь. — Чувствуй меня. Запоминай каждое движение, потому что после этой ночи ты не захочешь никого другого.

Я перевернул её на живот, задирая её бёдра вверх, и вошёл снова, глубже и грубее, одной рукой сжимая её шею сзади, прижимая лицом к подушке. Она задыхалась, но её тело конвульсивно сжималось вокруг меня, и я знал — она на грани.

— Кончи для меня, — приказал я, наклоняясь и кусая её плечо. — Сейчас же. И я хочу чувствовать, как ты разрываешься от удовольствия.

Я почувствовал, как её тело содрогнулось, как дикий стон вырвался из подушки, и я зарычал, входя в неё ещё несколько раз резко и глубоко, пока не кончил сам, толкаясь в неё до последней капли, чувствуя, как пульсация пронзает нас обоих.

Я замер на мгновение, затем вышел и развернул её лицом к себе. Её глаза были влажными, слёзы текли по щекам, а губы припухли.