Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама
💣 👉🏻👉🏻👉🏻 ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Тут можно читать бесплатно Your Name - Сборник инцестов [СИ]. Жанр: Эротика издательство неизвестно, год 2004. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте mybrary.ru (mybrary) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Your Name - Сборник инцестов [СИ] - описание и краткое содержание, автор Your Name , читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Mybrary.Ru
Сборник Инцестов. Собран по заказу Мурзика.Авторы:10Произведения:14
Сборник инцестов [СИ] - читать книгу онлайн бесплатно, автор Your Name
Назад
1 2 3 4 5 ... 102
Вперед
Назад
1 2 3 4 5 ... 102
Вперед
Книги похожие на "Сборник инцестов [СИ]" читать онлайн бесплатно полные версии.
Все материалы на сайте размещаются его пользователями. Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту my.brary@yandex.ru или заполнить форму обратной связи .
Если выпало в империи родиться - лучше жить в глухой провинции у моря. Примерно такие строки мне вспомнились, когда мы вылезли из автобуса. Поселок представлял собой типичный пример глухой, по местным меркам, провинции. Ну с учетом того, что именно считается глушью на побережье Черного моря. Маленькая деревушка, в которой каждый сарай летом сдается понаехавшему народу из более северных областей родины. Отец подхватил чемоданы и повел нас в направлении моря, легко определяемом по запаху. Где-то там нас уже ждал "Отличный домик, рядом с пляжем, и недорого!", который отцу порекомендовал кто-то из знакомых. Так что мы ехали, предварительно созвонившись с хозяевами и точно зная где будем жить.
Нас ждали. Хозяйка, бабуля очень преклонных годов, показала нам здоровенный сарай с окнами в дальнем конце двора, почти скрытый разросшимися кустами:
- Вона. . Тама жить будете... Только не перепутайте - ваша дверь слева.
При ближайшем рассмотрении сарай оказался явно двойного назначения. В смысле, был поделен пополам на две, гм. . квартиры. В нашей была одна большая комната с тремя кроватями - нам с сестрой по одной и родителям большая, шкафом и тумбочками, маленькая прихожая, она же, из-за наличия стола и электрической плитки, кухня... и все. Я, честно говоря, по восторженным описаниям ожидал большего. Вторая половина сарая, судя по всему, была точно такая же. Как сказала бабуля, там уже живут, но сейчас они на пляже.
На пляж отправились и мы. Сразу же выявилось первое неудобство - чтобы маме с сестрой переодеться, нас с отцом выгнали на улицу.
- Ничего, вот вернемся - мы с тобой шкаф поперек развернем. - пообещал батя - Будет хоть какое-то подобие двух комнат.
Вообще настроение это нисколько не портило. На море мы последний раз были я уж и не помню когда. То времени не хватало, то денег... В этот раз все сложилось удачно, к тому же мы с Риткой в следующем году заканчивали школу - то есть ЕГЭ, поступление и все такое. В общем, не до отдыха будет точно.
Пляж, конечно, тоже оказался деревенским. Просто тянущаяся вдоль моря метров на сто полоса поросшего жухлой травкой песка. По краям берег поднимался, превращаясь в обрыв, оставляя у воды узенькую каменистую полоску, совершенно непригодную для отдыха. Народу, правда, хватало. Человек так пятнадцать развалились на полотенцах в разных позах, подставляя солнцу разной степени загорелости тела. Некоторое количество плескалось в воде, удивившей меня своей прозрачностью. Ну да, гадить-то особо некому. Мы с Риткой, конечно, первым делом окунулись. Мама с отцом в это время обустроили нам лежку, а потом и сменили нас в воде. Я развалился пузом кверху и принялся разглядывать окружающий народ. Ритка занималась тем же самым.
- Ф-ф-фууу... - выдала она через некоторое время - Ни одного приличного парня!
- А дома этот твой... как его... Димка кажется... приличный что ли?
Димка, последнее время крутившийся возле сестры, не вызывал у меня симпатии.
- Сравнишь тоже... По крайней мере получше некоторых! - ткнула она меня кулачком в бок.
Надо сказать, вопреки распространенному в народе мнению о близнецах, мы с Риткой не были особенно близки. С определенного возраста у нее начались свои подружки и интересы, у меня своя компания. Так что про Димку я знал мало и потому спорить не стал.
- А ну, двигайтесь! Разлеглись тут! - услышал я голос отца.
Они с мамой неслышно подошли, обнаружив, что мы с сестрой заняли все приготовленное на четверых место. Мама, уперев руки в бока, стояла напротив меня, всем своим видом выражая негодование. Я чисто из вредности не торопился освобождать им место, нагло уставившись на нее, непроизвольно оценивая мамину фигуру на фоне бледно-голубого неба. Волосы, собранные на затылке, открывали красивую шею, тяжелая грудь, поддерживаемая купальником, выдавалась вперед, живот, округло-выпуклый, внизу плавно переходил в скрытый трусиками лобок. Дальше трусики широкой полоской уходили между ног, не давая бедрам сомкнуться в самом верху, а вот ниже полноватые бедра соприкасались друг с другом, сужаясь к коленям и переходя в красивые лодыжки. Я подумал о Ритке - получалось что за вычетом возраста они были очень похожи. Пропорциями тела, манерой держаться... Формы вот только у Ритки были значительно скромнее, ну да с возрастом, наверное, появятся. Мои мысли прервал отец, бесцеремонно раскатив нас с сестрой в стороны.
- Вот, так-то лучше! - родители улеглись между нами, почти вытеснив нас на траву.
- Ну и ладно! - вскочила Ритка. - Федь, пошли в воду!
Вечером мы познакомились с соседями. Семья оказалась очень похожа на нашу, даже сын, Мишка, оказался примерно нашим ровесником, а вот его сестра Ира чуть старше. Не намного, на год или два. Точный возраст, конечно, никто выяснять не стал. По случаю знакомства устроили пир, на который пригласили и хозяйку. Бабуля охотно согласилась, поучаствовав здоровенной бутылью вина собственного изготовления. Заодно за столом оказался и еще один обитатель нашего двора, о котором мы не подозревали - бабулькин внучек. Парня традиционно с детства на лето отправляли сюда, и ему это давно надоело. Однако поступив в институт, он не был здесь уже года три, и вот приехал, решив вспомнить молодость. Теперь, судя по его виду, сильно об этом жалел.
В компании предков мы высидели едва ли час. Потом их разговоры о жизни в этом райском местечке (по мнению некоторых отдыхающих) или в этой богом забытой дыре (по мнению местных жителей) нам надоели. Молодежь переместилась на травку у забора, где, впрочем, мы тоже начали расспрашивать Олега как ему тут живется. Внучек безудержно жаловался на жизнь. Как выяснилось, раньше каждый год из таких как он тут собиралась теплая компания и было весело. Теперь же все выросли, закончили школу и разъехались кто куда, категорически не желая возвращаться к прежней жизни. В этом году из компании в десяток человек их оказалось здесь всего двое - он и еще какой-то Игорь. Его сюда сманил Олег, сам движимый приступом ностальгии и заразивший ею друга, за что теперь ежедневно выслушивал массу упреков. Одним словом - тоска. Мы громко сочувствовали и кивали, соглашаясь с каждым его словом, попутно пытаясь выяснить, какие тут есть развлечения.
- Да никаких в общем-то... Сам мучаюсь. Ну хотите, пошли поплаваем? - предложил он. - Сейчас самое время - солнце село, вода теплая, на пляже никого...
Море и в самом деле оказалось теплым. Вволю набултыхавшись, мы выбрались на берег, поеживаясь от вечерней прохлады.
- Плавки выжимать надо. И купальники. - подсказал Олег. - А то замерзнем.
- Что, прямо здесь? - не поняла Ритка.
- Ну... - Олег понял что она хотела сказать. - Мы-то здесь, а вы вон там можете, под обрывом. Никто не увидит.
Указанный обрыв находился на краю пляжа.
- Да-а-а...? - Ирка вгляделась в темноту. - А там никого нет?
- Хочешь, я с тобой схожу? - предложил Олег.
- Вот еще! Чтоб я с незнакомым мужчиной пошла туда, где и так страшно?
- Ир, а давай Федька с нами сходит? - предложила Ритка. - Его-то я знаю.
Меня оставили у самого края, наказав отвернуться и ни за что не поворачиваться, а сами прошли на несколько шагов дальше. Я долго боролся с собой, глядя в противоположную от них сторону, но потом все же повернулся к морю, делая вид что разглядываю лениво накатывающие на берег волны. Скосив глаза немного левее, обнаружил что девчата раздеваются, повернувшись ко мне спиной, и тогда уж открыто уставился в их сторону. Они, немного нагнувшись, старательно выкручивали купальники. В сумерках белели девичьи ягодицы, худенькие Риткины, кажется, даже не касающиеся друг друга и более округлые Иркины. У Ирки уже был заметен след от загара. Кроме того, повернувшись чуть боком, она продемонстрировала мне правую грудь. Точнее, только форму незагорелого конуса, глядящего вперед и вниз. Все попытки разглядеть, что же у них между ног потерпели неудачу - темно и далековато. Любовался я недолго - как только они стали одеваться, я принял первоначальное положение.
На этом наша прогулка и закончилась. Ночь оказалось прохладной и девчонки в одних купальниках все равно подзамерзли. Вернувшись, мы обнаружили что пиршество во дворе закончилось. Перед сном мы с батей попытались развернуть таки шкаф поперек комнаты, но ничего не вышло. Оказалось, что то ли он прибит гвоздями к стене, то ли стена прибита к этой громадине. Пришлось оставить все как есть. Мы с Риткой завалились спать сразу, а родители еще чего-то пообсуждали на улице с соседями. Наверное, планы на завтра.
Заснул я быстро, но ночью меня что-то разбудило. Некоторое время я прислушивался к тишине, пока от родительской кровати не донесся шепот отца:
Your Name - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Mybrary.Ru.
Отзывы читателей о книге Сборник инцестов [СИ], автор: Your Name. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Поделиться ссылкой на выделенный текст
Город Славянск. Соленое озеро. В нем не
утонешь, даже при желании распрощаться с жизнью. Женщине - 30 лет, а мальчику -
15. Отдых на природе, летние каникулы 1960 года.
Тогда мальчик узнал, что в стране евреев есть
такое же озеро. Женщина сказала:
-
Это озеро называется Мертвым. Там
ничего не растет, и рыб нет, но я бы назвала это озеро Добрым. В этом озеро
живое утонуть не может. Человек утонуть не может. Вот как здесь.
Женщина сказала это мальчику в воде, во время
купания. На берегу никого не было. И они обнимались во время этого разговора.
Ей нравился тощий и горячий мальчишка, а
ему в тот год очень хотелось избавиться
от своей невинности. Так хотелось, что «преклонный» возраст случайной подруги не мог стать
препятствием для объятий.
В воду женщина заходила, не снимая блузку с
длинными рукавами, пуговицы на запястьях она не расстегивала никогда, но
мальчика эта странность не волновала, так как пуговицы на груди женщины были в
его власти.
Она, казалось, была на все готова. Вся –
обещание счастья, от пяток до макушки. Женщина, как будто, знала толк в
плотской любви, но сама казалась девочкой из-за роста, наверно, и маленькой,
острой груди.
-
Когда? – спрашивал мальчик,
неловко кусая ее губы. – Когда?
-
Завтра, милый, - говорила женщина.
– Ты потерпи. Все будет, обещаю тебе. Только не нужно торопиться.
« Не нужно торопиться», - говорила она, а сама
дразнила мальчика всем, чем могла
дразнить: телом своим и словом.
Они часто гуляли в дубовой роще, целовались
без удержу, а когда уставали целоваться,
держались за руки и говорили о разном, но бестолково, почти в бреду.
Однажды женщина сказала с неожиданной
ясностью и даже холодом. Сказанное так запомнилось:
-
У свободы человеческой много
значений. Толковать ее можно по-разному. Я думаю, что главное рабство – это
физическая невинность. Мучительное, страшное рабство. Моисей спас евреев не от
тяжкого, подневольного труда. Он сделал наш народ взрослым, вывел его к своей
земле, к своему государству, к своей истории. Раб – невинен в бесправии и душевном невежестве. Беда не в
том, что ноги невольника в колодках. Мозг раба в цепях, а плоть бесплодна. Раб
рождает раба…. Я хочу быть твоим Моисеем. Я выведу тебя из рабства невинности.
И сорок
лет мне для этого не понадобиться. Я сделаю это сейчас. Хочешь? Хочешь?
-
Хочу, - сдавленно отвечал мальчик,
мало что поняв в рассуждениях женщины. Он и не старался понять.
-
Подожди, подожди немного, - вновь
останавливала его жадные руки женщина. – Предчувствие свободы иногда лучше
самой свободы. Ты и это поймешь когда-нибудь.
Так она играла с ним. Так она мучила мальчика.
Он не мог спать. Он вставал по ночам, и отправлялся к окнам дома женщины. Их разделяло тонкое стекло окна
– и только. Женщина была близко. Она ровно дышала во сне за этим стеклом. Он
знал точно: на ней невесомая пижама. И больше ничего не было под этой пижамой.
Мальчик звал ее, вышептывая имя, но женщина ничего не слышала даже тогда, когда
он стучал ногтем по стеклу.
Женщина спала спокойно. Женщина давно потеряла
невинность. Она казалась себе свободным человеком, и зов плоти не мучил ее так,
как бедного мальчика.
Однажды, рано утром, совсем рано, еще до
рассвета, ему удалось разбудить женщину.
Она распахнула окно, спросила негромко и
сердито:
-
Пойдем, - сказал мальчик. – Я не
могу больше.
-
Хорошо, - неожиданно и покорно
согласилась женщина. – Я сейчас.
Они направились
к дубовой роще. Мальчик вел женщину к стогу старого сена, и она знала, куда он ее ведет.
За стогом, на опушке, было поле под паром.
Мальчик и женщина окунулись в тяжелый дух чернозема. Особенно сейчас: влажным,
ранним утром, дух этот заполнял все пространство, и поле дымилось под первыми
лучами солнца.
-
Знаешь, - сказала женщина. –
Возьми меня на руки, и перенеси вон туда, на ту сторону поля, и там я стану
твоей вся. Я вешу немного, тебе не будет тяжело. Пусть это станет твоим
переходом через пустыню рабства.
Она говорила еще что-то с привычным пафосом,
но мальчик уже поднял женщину, и шагнул с травы в черные волны пахоты.
Идти предстояло недалеко – метров пятьсот, не
больше, но к концу пути мальчику показалось, что он преодолел марафонскую
дистанцию. Его ноги вязли в пахоте. Он с трудом вытягивал их из черной, рыхлой
земли. Тело женщины на его дрожащих руках тощего подростка с каждым шагом
становилось все тяжелее и тяжелее.
-
Миленький, - шептала она. –
Потерпи, родной… Там, там….
Но ему было уже все равно, что случится «там».
В какой-то момент он даже возненавидел свою ношу, и мальчику захотелось бросить
женщину на землю, освободиться от этой непосильной, изнуряющий, убивающей его
тело тяжести.
-
Ой! - вдруг сказала она. – Подожди, пуговица
оторвалась. Ладно, черт с ней!
Мальчик не понял, при чем тут какая-то
оторвавшаяся пуговица. Руки женщины обнимали его шею. Нет, не обнимали, а
давили и мучили его кожу.
Что-то (он толком никогда и понял что)
заставило мальчика пересечь поле с живой и отвратительно воркующей тяжестью на
руках.
Он сделал это, и бережно опустил женщину на
траву. Он растянулся рядом с ней. Мальчику показалось стыдным, что он не может
справиться со своим дыханием, руки его дрожат, и нет сил открыть глаза.
-
Какой же ты молодец! Ты – герой!
Ты не бросил меня! Ты спас меня! Слышишь, милый, ты спас меня.
Мальчик медленно приходил в себя. Сердце
перестало выскакивать из груди, и спокойный, ровный и щадящий свет утреннего
солнца разогнал темень перед глазами.
Злость осталась. Он набросился на женщину с
возникшим желанием и непривычной злостью. Она была покорна, но руки почему-то
не обняли мальчика, а упали за голову, рукав блузки поднялся, и он вдруг увидел выше запястья женщины цифры
татуировки.
Все вдруг замерло. Он не мог отвести взгляд от
этих цифр.
-
Что случилось? – спросила женщина,
отдернув рукав. – Что с тобой?
-
Мой номер, - тихо сказала женщина.
– В Аушвице детям давали номера?
Мальчик молчал. Он не знал, что такое Аушвиц.
Он знал, что татуировки на коже делают уголовники. Он решил, что женщина под
ним воровка или убийца.
-
Ты была в тюрьме? – наконец,
кашлянув, спросил мальчик.
-
В лагере, - с раздражением
повторила женщина. - Пусти же меня.
-
Ты – идиот! – вдруг закричала
женщина, лихорадочно одергивая рукав блузки. –
Ты – кретин! Ты – ничтожество! Ты – животное! Я тебя ненавижу!
Она кричала так, но все тише и тише. Мальчик и
женщина огибали поле, направляясь к дому.
-
Аушвиц – там немцы убивали евреев,
- сказала женщина. - И всем детям ставили номера. Понимаешь, всем. Там были
тысячи детей, десятки тысяч…. Но выжили только сотни…. Нас солдаты освободили,
русские…. Вот и все.
Мальчик молчал. Он мало что в тот год знал о
войне и Холокосте. Он был обыкновенным мальчиком: сначала пионером, а совсем
недавно – комсомольцем. Он все знал о Павлике Морозове, о Саше Чекалине, о
героях - панфиловцах, но он ничего не знал о татуировках на запястьях еврейских
детей, приговоренных к смерти.
Цифры татуировки, как-то вдруг, состарили
женщину. Между ней и мальчиком невидимо пролегла пропасть прожитых лет, и оба
поняли это. Пропасть казалась непреодолимой.
-
Мы прятались в деревне. Глухая
была деревня, в лесу, - сказала женщина. – Там долго не было немцев, а потом
они пришли вместе с полицаями. Полицаи собрали всех евреев, заставили вырыть
яму, а потом убили. Маму и папу убили, двух деток и дедушку.
-
За что? – вырвалось у мальчика.
-
Какой же ты все-таки, -
усмехнулась женщина. – Они были евреями, потому их и убили.
-
А тебя? – спросил мальчик.
-
Меня спрятал один страшный человек
в деревне, - не сразу отозвалась женщина. – Он меня хорошо спрятал в овине, а
потом изнасиловал и выгнал в лес. Было холодно, поздняя осень, но немцев и
полицаев в окрестностях близко не было. Меня никто не увидел и не убил. Я тогда
все шла через лес и думала, что скоро умру от холода и голода…. Потом вышла на
сгоревший дом лесника. Дом сгорел, но сарай с конюшней остались целы. В сарае
было много сушеных грибов и целая бочка моченой брусники. Я ела грибы и бруснику. Там были еще
какие-то вонючие кожи. Я завернулась в
эти кожи, согрелась и решила, что никуда отсюда не уйду, пока не кончатся грибы
и брусника.
Женщина замолчала. Ей не хотелось говорить.
Идти дальше тоже не хотелось. Она села под дерево, и вновь отдернула рукав
блузки. Мальчик стоял рядом с женщиной.
-
Грибы кончились…. Надо было
куда-то идти. Целый день шла через болото, чуть не утонула. К вечеру выбралась
к большому поселку. Там были немцы и полицаи, но мне уже было все равно…. В
поселке устроили порядок, там даже гетто было для порядка, а в гетто - евреи.
Немного, человек двести еще не умерших от голода. … Но скоро нас всех отправили
в Аушвиц. Поезд шел почти неделю. Мы часто останавливались. Мертвых выгружали,
и двигались дальше. Рядом с Аушвицем был другой лагерь –Биркенау. Тех, кого
оставляли там, быстро убивали газом и сжигали в крематории, но меня отправили в
соседний Аушвиц. Там была лаборатория
для опытов. Вот смотри – ожог на спине. Меня обожгли, а потом лечили. Мне очень повезло с этим ожогом. Вот
и все, – женщина поднялась. – Нет, ты знаешь, не все …. У меня, после того,
страшного человека, не было никого. Я боялась каждого мужчину и ненавидела их
всех. Потом тебя увидела, и мне показалось, что ты сможешь вывести меня на
свободу…. из рабства ненависти и страха. Вот не получил
КАК МЫ ИГРАЛИ В ПАПУ И МАМУ . «От первых проталин до первой грозы»
Your Name - Сборник инцестов СИ » MYBRARY: Электронная библиотека...
МАЛЬЧИК И ЖЕНЩИНА рассказ
Мэд Хаттеp - Забавы с малышней - 2 страница - читать бесплатно книгу
История понравилась, про маму одиночку и сына!
Япон Секс Видео
Секс С Виброкольцом Для Клитора
Секс С Китаянкой 18 Лет
Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама
f_auto" width="550" alt="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама" title="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама">q_auto" width="550" alt="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама" title="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама">fl_lossy/fc/3026667-poster-p-1-call-your-mom-sochi-para.jpg" width="550" alt="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама" title="Секс Рассказы Инцест Маленький Мальчик И Мама">
