Секрет от чата GPT глава 2
Chat GPTГЛАВА 2: "НЕ ПАРЕНЬ, А ПАТЧ ДЛЯ ДЕТСТВА"
На следующий день после вселения Лололошки в дом начался хаос локального масштаба. Дилан проснулся от того, что кто-то пел «Baby Shark» на латыни. Это оказался Лололошка, который мыл посуду и с умиротворением тибетского монаха напевал:
— “Infantem squalus, doo doo doo doo doo doo…”
Дилан медленно вышел из комнаты, как вампир, который только что увидел священника с огнемётом.
— «Ты что, блять, делаешь?»
— «Посуду!» — радостно ответил Лололошка, как будто он сейчас не совершал преступление против слуха.
— «Ты встал в 6 утра. В субботу. Чтоб помыть три кружки. И спеть *Baby Shark* на мёртвом языке?»
— «Да!»
— «Ты псих?»
— «Ну…» — Лололошка слегка прикусил губу и пожал плечами.
Мол, «а ты как думаешь».
С этого момента Дилан принял важное жизненное решение:
Наблюдать. Без контакта.
Но наблюдение оказалось сложным, потому что Лололошка… был везде.
Он внезапно стал популярным в школе. Учителя обожали его за то, что он «вежливый, улыбается и пахнет ванилью». Одноклассники, хоть и немного шарахались, но в целом считали его «прикольным вайбом».
Одна девочка — Агнеса с химозными губами — даже сказала, что он «излучает ауру аниме-папочки».
Что бы это ни значило, Дилан чувствовал, что проигрывает в каком-то школьном симс-батле.
Самое страшное было то, что даже Чед, местный носитель IQ в минусовой зоне, однажды сказал:
— «Бро… ты замечал, что когда Лололошка рядом, ты меньше орёшь?»
— «ЧЕГО?»
— «Ты… типа… добрее…»
— «Пошёл в жопу, Чед.»
Но Чед был прав.
Дилан замечал: с этим идиотом-ангелом в шарфике у него меньше желания убить весь мир. Как будто… он патч. Патч для его переломанного детства, заброшенных эмоций, и стены, которую он сам же построил из пельменей, одиночества и чипсов со вкусом картошки.
Лололошка всё время улыбался. Но один раз — Дилан проснулся ночью и увидел, как тот сидит в коридоре в полной темноте, обняв кота, и просто… смотрит в стену.
Без эмоций. Как будто внутри у него Windows загрузился в безопасном режиме.
Кот тоже выглядел встревоженным.
На следующий день всё было как обычно. Смех. Уроки. ТикТоки.
Только кот начал чаще прятаться.
А Лололошка начал оставлять записки. Ночью.
Странные.
Типа:
«Если я исчезну, не ищи меня. Я не стою спасения».
или
«Когда брат убивает тебя из любви — это всё ещё любовь?»
и
«Ты мило смотришь, когда злишься. Прости.»
Дилан сжигал эти бумажки. Но читал все до последней.
И ещё — у Лололошки появилась тетрадь. Вроде бы обычная, но если на неё посмотреть под лампой — то на обложке проявлялся герб:
JDH.
Дилан не знал, что это. Пока не взломал старый семейный архив.
И там… он нашёл фото.
Два мальчика. Близнецы.
Их держат в белой комнате. У одного в глазах страх. У второго — жестокое наслаждение.
Подпись:
“Объект 01: Лололошка. Объект 02: JDH. Программа «Сломать душу».”
Дилан захлопнул ноут.
Он чувствовал, как в груди что-то меняется.
И впервые за много лет — ему стало страшно. За кого-то другого.
За того, кто по утрам гладит тостер и называет кота «мой брат по боли».
На следующий день он подошёл к нему. Хотел сказать: «Ты нормальный?»
Но выдал:
— «Хочешь пельмени?»
Лололошка впервые посмотрел на него так, будто у него есть дом.
— «А можно… с майонезом?»
— «Ты, блин, животное. Пошли.»
И они пошли.
А где-то далеко, на 78 этаже JDCompany, JDH смотрел в экран, где горела фраза:
«Объект 01 активен. Семейный протокол работает. План 'Раскол сердца' продолжается.»
Он усмехнулся.
— «Скоро, брат. Очень скоро.»