Секрет кочевников

В Восточной Европе стены не было, а вот степь поблизости имелась. Как итог, те, кто не особо хотел вкалывать на хозяина, становились уходниками и сформировали такой феномен, как казачество, которое много чего почерпнуло у кочевников и собственно тоже имело в своем составе кочевой элемент. В целом же, если взглянуть на историю Евразии в античный период и средние века, становится очевидным, что главными противниками кочевников чаще были не земледельцы, а другие кочевники. Сами же они контролировали огромные степные и лесостепные просторы.

Но в чем был их секрет успехов? На самом деле он был достаточно прост. В его основе лежала экономика кочевого общества. Сразу бы хотелось отметить, что кочевники не всегда занимались только скотоводством. Порой, в той или иной мере, практиковали земледелие. Иногда и вовсе становились оседлыми.

Но если говорить именно о животноводстве, нужно понимать, что, например, одна овца, в зависимости от возраста и сезона, прибавляет в весе от 100 до 300 грамм в месяц. В среднем, 200 граммов отара из тысячи голов увеличивает свою массу на 200 килограммов в месяц, каждые семь-восемь месяцев овца приводит по несколько ягнят. Что в некоторых идеальных условиях может практически удвоить поголовье. Однако, важно другое - пасти стадо в тысячу голов может 1-2 пастуха. Причем заниматься этим могут даже подростки. Но куда еще более важным является тот факт, что увеличение численности стада не требует пропорционального увеличения числа пастухов. То есть несколько пастухов могут контролировать многие тысячи скота.

У земледельцев же производительность труда очень сильно зависит от количества рабочих рук. Собственно, вплоть до нового и, в некоторых государствах, и новейшего времени, 90% населения были крестьянами. Причем такой тип хозяйства способствовал сильному расслоению общества. При этом расслоении, феодальная верхушка, дабы исключить восстания и увеличить эксплуатацию, всячески отгораживали крестьян от военного дела. Та же дружина на Руси быстро становится наследственной, то есть аналогом западноевропейского рыцарства. Наряду с этим, ее численность при том или ином князе зачастую составляла несколько сотен бойцов.

То есть получается парадоксальная ситуация: хоть земледелие располагает большему росту демографии, нежели скотоводство, и земледельцев было на порядок больше, но примерно 90% этого населения была связана земельными работами. Кроме того, средневековая Европа представляла из себя обширную сеть из мелких поселков, где собственно и жили крестьяне. Это облегчало их грабежи вследствие набегов, и усложняло защиту или проведение чего-то похожего на мобилизацию. При этом государств в современном понимании не было. Было множество отдельных княжеств, находящихся в той или иной зависимости друг относительно друга. Как бы это странно не звучало, но кочевников было меньше, но больше.

То есть, несмотря на то, что общая их численность была меньше, но освобожденного труда мужского населения было больше, нежели у земледельцев. Кроме того, выпас животных подразумевал защиту стада от хищников, поэтому луками владели все. В то же время, если земледельцы не всегда располагали достаточным количеством лошадей для сельских работ, кочевники будучи по сути животноводами, все были обеспечены конным транспортом. По сути, кочевников, в отличие от крестьянина, не надо было вооружать. Он жил с оружием в руках, из детства являлся конным воином. Все, что нужно, чтобы двинуть в поход, лишь лидер, который объединит племена. При этом в таком походе может принять участие процентов 90 мужчин, и это не ударит по экономике. Стада все так же будут пастись на пастбищах.

В средневековых земледельческих государствах их встречала, пусть возможно и лучше экипированная, подготовленная феодальная прослойка, которая составляла лишь несколько процентов от общего населения. Как итог, кочевники эффективно создавали численный перевес, продвигаясь даже по густонаселённым территориям. Ведь по сути не так важно, сколько проживает людей в том или ином государстве, куда важнее, сколько экипированных воинов собрано в нужный момент возле конкретного поселения, города.

Впрочем, в плане тактики, кочевники тоже не были профанами. Они имели жесткую дисциплину, отряды умели хорошо взаимодействовать. Однако, как показал пример с азиатскими земледельческими государствами, попытки кочевников установить свою власть, занять руководящие должности, раз за разом заканчивались их ликвидацией или ассимиляцией. Поэтому чаще захватив те или иные земли, их правителей заставляли выплачивать дань, особо не пытаясь проникнуть в саму структуру государства.

В целом же, начиная с первого тысячелетия до нашей эры и до позднего средневековья, кочевники были грозной силой. Но впоследствии происходит ряд изменений, которые поставили крест на их господстве. В Европе развиваются процессы централизации власти, укрепления монархии. Государств становится меньше, но их площадь увеличивается. Вместо феодальной конницы появляются более многочисленные и профессиональные армии. На смену холодному оружию приходит более технологически сложное - огнестрел. Земледельческое общество имело больший потенциал развития, и с наступлением нового времени переросло кочевников. Последние же не вписались в новые условия, а большая часть их территорий досталась земледельцам.