Сегодня только среда

Купив очередное новое устройство, Алтан переносил всё со старого на новое и дошёл до своих девятнадцати лет.

— О господи… — и, видя, как эти фотографии закачиваются на новый телефон, решил их пересмотреть, как загрузятся, а пока найти что-то, что не жалко метнуть, или чем себя успокоить.

Когда всё скинулось, Алтан устроился на кожаном диване, вытянув ноги.

— Посмотрим, что я творил в Китае… — он помнил, но смутно. Сам факт периода и особенно яркие эпизоды помнил, а детали — нет.

Множество фотографий. Среди которых и селфи в туалете, совместные с кем-то из таких же представителей китайской золотой молодёжи, коктейли, как…

— Твою мать… — смущаясь, Алтан выключил телефон. На фотографии было то, как ему исцеловали шею, лицо и грудь разными помадами — кто-то из компании, кого он сейчас даже не вспомнит по имени. В голове прояснялся тот вечер.

Гонконг. После очередного скандала с дедом и сестрой молодой человек не придумал ничего лучше, чем уйти кутить на всю ночь. Полупрозрачная рубашка с рисунком цветов, расстёгнутая ниже приличного, брюки и лоферы. Лёгкий мейк, чтобы просто выглядеть как принято здесь. Консилер, глиттер — и готов. Такси и первый за ночь клуб. Бывалая компания, что обычно и втягивала его в разные приключения. После этого Алтан провёл рукой от лба по лицу, шее до самой груди.

— И о чём я тогда только думал?... И ведь дома же я был нормальным! Цветы выхаживал… А это что за Казанова?!

Одним из таких эпизодов стала проба первого крепкого алкоголя. Конечно, нашли молодого человека в кустах под утро, но всё же… Это не останавливало его портить жизнь окружающим, в особенности деду.

Вспоминая тот вечер, он даже не мог вспомнить, кто из девушек это начал и что послужило началом этой затеи. Разницы и не было…

Листая чуть ниже — помимо селфи в туалете, обнимашек с девушками и видео из чьей-то машины, где орала популярная на тот момент среди китайской молодёжи музыка, и как он подпевал, разливая напиток по салону.

— Мы тогда к кому-то ехали… Как нас ещё не остановили тогда — вопрос занятный. Хотя, учитывая какие номера и какая машина, то ясно…

Листая ещё ниже, пошли фотографии и видео с тех посиделок. Дорогая китайская квартира, куча молодых людей примерно того же возраста и… танец на столе, уже без рубашки. Она где-то на полу, а вокруг — подбадривающие крики на китайском.

Когда на видео кто-то повернул камеру, он понял, у кого на квартире они были… Тот самый партийный сынок. Та самая машина, где он чудом сам не умер, а отделался лишь ссадинами, синяками и парой часов в камере.

— Я помню этот день… Я тогда на той машине впилился в столб, мы ещё с ним вроде как поругались. А из-за чего? — но причина сразу появилась на видео.

Мэй Бао. Тоже чья-то дочка, тогда встречалась с тем сынком. Она под песню, которую Алтан, кажется, пел, начала выполнять какие-то выкрутасы прямо перед ним. Он знал, что она им интересуется: «Ну ты из России, а я иностранцев считаю очень интересными». И как только это заметил её парень, тот сразу подлетел к Дагбаеву.

Алтан тогда, как и сейчас, не считал нужным отталкивать девушку, если она сама лезет. Мужской солидарности в этом смысле у него никогда не было, да и смысл в ней? Если не с ним изменит, так с другим. И вина будет не на нём, а на ней. Ведь почему он должен быть виновен в том, что чья-то барышня пошла налево, выбрав его? Ему не льстило быть любовником, а основным интересом — очень как.

— Она сама полезла, мне зачем было мозг выносить? Вроде твоя девушка, а по шапке получаю я. И вообще, я так понимал и понимаю: это алкоголь в ней заиграл, а не то, какой я великолепный… Да и она тебе изменила незадолго до моего отъезда, спасибо, что не со мной.

Фотографии листались, а молодой человек всё также лежал, курил и пытался понять, в какой момент у него отказал инстинкт самосохранения.

А доказательством стало следующее видео, где он ругается с партийным сынком, уже зовя того выйти, но тот, похоже, не пальцем деланный, начинает толкаться с Алтаном. На что он — и сам до сих пор считал это гениальным мувом — начал пасовать: мол, да, я виноват, и сводить конфликт на нет. Что заметно по его поведению на видео: он начал успокаивать его, предлагать ещё выпить и забыть об инциденте и девушке.

Конечно, не просто так. Потом пошло видео, где наконец-то зазвучала русская речь. Алтан спускался в лифте и рассказывал свой план:

— Короче, я у этого свистнул ключи от его машины, пока он со своей девушкой долбится в губы, я успею уехать… Ну чисто: не умеешь за своей девушкой следить — за машиной хоть научись…

Сев в машину, он сразу её завёл и стартанул куда глаза глядят. Дагбаев вёл так, будто ни правил, ни его прав не существовало — просто сладкая месть…

Но не тут-то было. Потеряв управление из-за какой-то бабульки (потому что бабулька не виновата в проблемах золотой молодёжи) и в надежде вырулить, целуется капотом в столб. Сам не вылетел на улицу — спас ремень, вовремя закрытое руками лицо и подушка безопасности.

Его начало трясти после осознания, что он чудом не вылетел на улицу из лобового. Он тяжело дышал и смотрел в одну точку, пока не подошли сотрудники полиции. Тот партийный сынуля уже нашёл свою машину и не прекращал орать, какой Алтан мудак и подлец, что разбил его машину, что засадит его и его семью. А он лишь брезгливо смотрел на эту кучку истерики.

— Ну, а там я уже помню: участок… Дед орёт… Юма в шоке, и я под домашним арестом… Уберегло, наверное, тогда… А сейчас? — его передёрнуло. — Такие приколы я выдать не смогу…

И, видя уведомление, что все фотографии перенеслись, выдохнул, принявшись их удалять. Не самый красивый и приятный эпизод его биографии. Благо фотографии удаляются, а воспоминания остаются лишь стыдом в душе — и ночью перед сном.