Season #3 Episode #7
t.me/Bad_Religion
— Мы просто выживаем и защищаемся. — Вика сидела за столом в комнате Андрея. — Они все сделали правильно, так ведь?
— Да. — Андрей был согласен разумом, но… Его что-то смущало. Он не мог понять, именно эта ситуация или вообще все происходящее в мире. Привыкнуть к таким переменам за такой короткий срок было крайне сложно. Внутренне он все еще смотрел на все это, как на какой-то сериал, который скоро закончится. Какова его роль в этом фильме?
Полное не понимание завтрашнего дня, и даже следующего часа, нагнетало на Андрея депрессию. Он пытался убедить себя, что и в обычной жизни множество моментов, которые могут привести к внезапной смерти, но они были хотя бы обыденными - авария, сосулька на голову, болезнь и многие другие. Сейчас же все происходящее выбивалось из равномерного распорядка жизни. Возможно, так думали и те, у кого нашли опухоль или лежащий в собственной крови ограбленный человек, просто идущий вечером домой. Ты жил, все было нормально, обычное утро, обычный день на работе и вот внезапное происшествие, выбивающие тебя из обычной реальности и меняющее всю твою жизнь. Но это все таки личные случаи, касающиеся одного человека из миллиарда. Но сейчас это коснулось все человечество. Знала ли маска, что ее действия приведут именно к этаким последствиям? Или это не входило в планы? Андрей представил, что, если нет, то в какой сейчас истерике и панике, наверное, организаторы всей этой затеи. А может и нет, и их все устраивает. Кто их знает?
— Андрей… — оторвала от размышлений Вика. — Ты чего загрузился?
— Да так, мысли просто всякие. — Андрей встал с кровати, открыл пластиковый чемодан, нашел фонарик и крепление, достал из-под кровати Калаш. — Думаю, что дальше-то нам делать. — он прикрутил фонарик справа на планку Пикатинни, вскинул автомат, прицеливаясь, и отметил, куда бы поудобнее под большой палец приклеить на цевьё включатель на проводке. Фонарик имел два режима - обычный и стробоскоп.
— Можно у костра дискач устраивать теперь. — приклеив кнопку и включив режим стробоскопа, он направил его в потолок. Даже в освещенной дневным светом комнате, свет маленького черного фонаря бил достаточно сильно. Вика натянуто улыбнулась. — Теперь, Вик, и такая мелочь, как фонарик, может спасти жизнь. Или жизни. — он сел обратно на кровать, положив автомат на колени.
Разблокировав Айфон, он привычно заглянул в Телеграм - «Waiting for network». Он сбросил приложение, выключил и включил авиарежим, но надпись не исчезла. Зашел в браузер - сайты не грузились даже местные.
— У тебя телефон с собой? — Андрей почувствовал надвигающийся приступ паники.
— Да. — Вика уже доставала его из кармана юбки.
— Посмотри, работает связь? — Андрей не хотел заранее озвучивать появившиеся подозрения, опасаясь, что сказав вслух это станет правдой. Интернет был для него последним островком цивилизации и спокойствия.
— Нет. — она быстро тыкала пальцем по экрану и через пару секунд приложила телефон к уху. — Я тебе звоню.
Андрей посмотрел на свой телефон, но он не реагировал.
— Тишина, Андрей! — в глазах Вики был испуг и растерянность.
— Давай я тебе. — он набрал Вику. Но все было так же. Андрей попробовал еще раз, перезагрузив Айфон. Тишина.
Он зачем-то рефлекторно полистал экраны в телефоне вправо-влево. Навигатор! Включив приложение, он увидел, что телефон не может найти свое местоположение.
— Блять! — прошипел Андрей.
— «Но карты загружены в память!» — подсказал мозг и Андрей поставил рандомные точки. Навигатор проложил путь. Это, пусть и не сильно, обрадовало его.
— «Может это временно? Какой-то сбой? Или просто с ближайшей вышкой что-то?» — в этот раз разум, логика и надежда, объединившись, пытались внести позитивные рассуждения.
— Надеюсь, это сбой или проблема с вышкой. — озвучил мысли Андрей вслух, подбадривая Вику.
— Или пошел сценарий с отключением связи. — она сказала то, что он не хотел произносить вслух, и Андрей со злостью посмотрел на нее, но тут же погасил в себе эту сию секундную агрессию. — Но я очень надеюсь, что ты прав. — оторвавшись от экрана, она посмотрела на Андрея. — Очень надеюсь.
Он молча посмотрел на Вику, отложив телефон на кровать.
— Ну вот и все, Вик. — Андрей облокотился на стену за кроватью. — Безысходность. Оптимизм, конечно, хорошо, но я не верю уже.
— Андрей, не впадай в депрессию! — Вика пыталась выдавить улыбку, но получилось плохо. — Все еще образумится и будет хорошо.
— Да нет, — он подложил под спину твердую подушку. — Точка невозврата уже давно пройдена. Разве ты еще не поняла? Не будет все, как прежде никогда.
— А если будет?
— Нет. Не знаю, как будет дальше, но точно не как прежде. Сука, чтоб они там сдохли все! — он стиснул кулаки.
— Кто они?
— Да в своем центре! Нет, чтоб пойти нормальным путем! Ты понимаешь, что этот сценарий с закрытием себя у них уже лежал и пылился? Они все предусмотрели уже давно! Даже такой вариант! — он резко сел. Андрей хотел действовать, но не понимал как и, главное, что делать. — Какое будущее нас ждет? Влачить жалкое выживание здесь, пока не придет армия мародеров посильнее? Ты уверена, что мы тут спокойно доживем до старости, увидим внуков и всякое такое, к чему мы стремились в обычное время? Эти все деньги, дома, тачки - к чему теперь все это? Все поменялось, Вик! Все! Сознание меняется! Все, чем мы занимались, что делали - все это не нужно, все коту под хвост! Значимые вещи и поступки меняются! Раньше ты убил человека за еду - ты плохой, потому что мог бы найти работу! А теперь убил человека за батон хлеба - это норма. А убил за печеньки и накормил семью - ты почти молодец… — Андрей смотрел перед собой в пол, потирая костяшки пальцев до красноты. — И как потом эти люди спокойно вернутся к обычной жизни? Как правительства вернут все, как было? Просто откроют границы и сделают вид, что ничего не было? Нет! Нет цивилизации, она уходит с каждым часом из голов даже у самых цивилизованных. Или ты, или тебя. Мы все будем другими. Понимаешь? — он посмотрел на Вику, по ее щеке текла слеза. — Спокойная старость отменяется. А если нет ради чего жить и что-то делать, когда нет цели и будущего, то зачем вообще это все? — он махнул рукой в окно, показывая на поселок. — Чего ждать и надеятся, если ждать нечего? — Вика молча смотрела в окно, вытирая уже вторую слезу. Андрей, похоже, вскрыл ее внутренние переживания, которые она пыталась в себе задавить.
Они просидели несколько минут в тишине.
— И какие предложения? — тихо произнесла Вика, переведя взгляд на Андрея.
— У меня нет конкретики. — так же тихо ответил он. — Но и тут сидеть я уже смысла не вижу. Но и уезжать с другой стороны зачем? Я не могу пока понять. Возможно, это сию секундная слабость и деприссуха, но… Но, блять, как же бесит все! — Андрей заставил взять себя в руки и выдохнул. — Просто, что тут делать? Взять бабу из вашего домика, родить детей и потом седеть с каждым днем, боясь каждую минуту набегов гопарей? Это не мой вариант, Вик. Не мой…
— Я останусь. — с твердостью в голосе заявила Вика. — Тут хотя бы люди, еда, вода. Занятие какое-то. Черт возьми, план хотя бы есть у них! А у тебя что? — она с вызовом смотрела на Андрея.
— Ничего. — тихо продолжил Андрей, погладив черный мат Калаша. — И может быть оно и к лучшему. Кто знает…
— Ну и будь один! — Вика вскочила со стула и направилась к выходу, но, резко остановившись, развернулась в центре комнаты. — Меня только в это не втягивай! У нас с тобой разные жизни, и вообще… Я лучше останусь тут с какой-то хотя бы надеждой, чем буду шляться там и оглядываться, боясь каждого встречного.
— Да я как бы и не зову и не настаиваю. — примирительно ответил Андрей, смотря ей в глаза. Вика открыла было рот, ткнув указательным пальцем в Андрея и собираясь что-то сказать, но подумав секунду, закрыла рот, с силой стиснув скулы, и, развернувшись, вышла из комнаты, хлопнув дверью.
— Вот и поговорили. — с грустью отметил в догонку Андрей, опять заваливаясь на кровать. На автомате разблокировал Айфон - связи не было, пропали даже подпись оператора и палочки приема. Бросив телефон на кровать, он встал и подошел к чемодану. Порыскав в нем, что еще может быть полезным, разложил на полу наколенники, военные ботинки, разгрузку, рацию с наушником, еще один маленький тактический фонарик для пистолета.
— «Жаль, что на ПМ нет планки под него.» — печально отметил Андрей и продолжил выкладывать вещи: батарейки, магазины для Калашникова, пакетики с порошком от Дмитрия, три ПМа с магазинами, коробки с патронами, черные тактические перчатки, черная балаклава, пластиковый черный шлем с планками над ушами и креплением на лбу для видеокамеры. Теплая военная форма, электротриммер для стрижки. Ноутбук, зарядки и всякая ненужная и уже бесполезная мелочь.
— «Н-да, не густо. Но и не пусто.» — вспомнил он поговорку бабушки из детства. Расстегнув молнию внутреннего кармана чемодана, нащупал какую-то материю. Вынув из него белые стринги, посмотрел недоуменно на них пару секунд и бросил за спину на кровать, вспомнив, что когда-то с этим чемоданом летала Алиса с ним на отдых. — «Жаль не взял рюкзак. С чемоданом на колесиках я буду смотреться странно.» — он залез во второй внутренний карман на молнии и нашел там черную с блеклым серым узором Гуччи поясную сумочку.
Пересчитал воду и еду - с учетом потребленного за последнюю неделю, этого еще хватит примерно на месяца полтора-два, а то и больше. Андрей сел на кровать, осматривая свои пожитки.
— Интересно, насколько реально пробиться в город и доехать до Дмитрия? — он опять начал беседовать сам с собой в последние дни. — Если грамотно разместить оружие для быстрого доступа, то, се. Бензина-то хватит. Если не останавливаться, то вполне реально, наверно. — он заметил, что в задумчивости рефлекторно крутит на пальце стринги и бросил их в пустой открытый чемодан. Взяв с кровати смартфон, открыл навигатор и проставил точки от Хозяйства до убежища Дмитрия, запоминая дорогу.
— «Нет, так не пойдет, надо записать.» — но блокнота или бумаги было. Он походил по комнате, теребя ручку между пальцами, посмотрел на икону пару секунд. Нет, это слишком нагло. — «Ладно, попрошу бумагу у людей вечером или завтра на работе.»
Андрей не хотел выходить из дома, чувствуя себя здесь в большей безопасности, чем в поселке, но он хотел понять настроение жителей, послушать слухи, пообщаться. Возможно, это была оставшаяся внутрянняя социализация. Походив еще немного по комнате и посмотрев на собранный чемодан в углу у шкафа, он, засунув за пояс ПМ, вышел из комнаты.
На улице уже вечерело и Андрей пожалел, что не взял Калаш. Но ему очень не хотелось светить его - его могли отобрать. Пока что никто не пришел спросить, из чего он убил мародера, и напоминать им, что у него есть оружие, было лишним.
Жители шли в сторону вечернего костра, тихо переговариваясь. Темное небо затягивалось черными облаками и в воздухе пахло будущим дождем.
— Андрей! — он резко обернулся и увидел позади себя идущего с неизменным охранником Даниила. Подождав, пока он его догонит, продолжил медленно идти.
— Как ты? — поинтересовался Даниил, но Андрей почувствовал, что этот вопрос лишь вежливость.
— Нормально. — максимально отрешенно ответил Андрей, не сбавляя шаг. Охранник идущий за ними, немного нервировал Андрея.
— Дошла весть до меня, что ты собираешься уехать? — спокойным тоном перешел к делу Даниил.
— Пока думаю.
— Тебе здесь не уютно? Ты способный работник, нам нужны такие люди. Господь не просто так тебя привел сюда. Ничего не бывает просто так. — он погладил бороду. — Что тебя смущает?
— Ничего, все нормально. — Андрей решил, что немного откровенности не помешает. — Просто я не могу здесь быть. Меня тянет идти дальше. Я не вижу здесь своего будущего.
— Будущее уже предрешено. Ты можешь сомневаться, но за тебя уже было сделано решение. Поэтому ты здесь.
— Если еще честнее, то еще мне кажется, ваше Хозяйство превращается в секту. Это вторая причина. — Андрей внутренне напрягся, ожидая резкого ответа или спора.
— Секта, Андрей, подразумевает получение материальной выгоды для себя, затуманивая мозг прихожан псевдоверой. — Даниил отвечал совершенно спокойно. — Вот та религия в городах - это секта. Мы же верим по-настоящему. Нам не нужны материальные блага. Мы всегда были против той веры, выдуманной проклятыми учеными для вытаскивания денег и душ. Да, они используют похожие атрибуты, но залитые золотом и кровью одурманенных людей. А мы живем землей и тем, что дает нам наш великий Господь. Нам не нужны души, но мы не откажемся от хороших людей и добрых, помогающих построить новый мир, рук.
— Я не такой уж и добрый. — зачем-то произнес тихо Андрей.
— Но ты на пути. Это видно по работе. По помощи. По защите людей. — Даниил посмотрел на Андрея, еле улыбаясь сквозь длинные усы и бороду. — Хотел, кстати, сказать тебе спасибо за вчерашнее.
— Не за что. — тихо ответил Андрей, чувствуя внутреннюю благодарность за слова о себе. — Мы были в опасности, я помог. И все. — «Зачем ты споришь, ведь он по-доброму!» — одернул он себя мысленно.
— Но я не могу тебя заставить остаться. Только ты в ответе за свои решения. — Даниил продолжил, смотря вперед. — Но мы будем рады, если ты передумаешь.
— Хорошо, спасибо. Я подумаю еще немного. — на этот раз Андрей вложил в голос нотки благодарности.
— Подумай. — Даниил остановился. — Мы зайдем еще домой по пути, а ты иди.
Андрей кивнул и, остановившись, протянул руку. Даниил крепко пожал ее и, развернувшись пошел с охранником к своему дому.
На поляне за жилым поселком уже горел костер, вокруг которого сидело человек тридцать на бревнах и лавочках из грубосбитых досок. За поляной в темноте шелестели поля с пшеном и кукурузой. Андрей посмотрел на подсвеченные, прыгающим от легких порывов ветра светом костра, лица и нашел Вику. Она сидела на бревне, кутаясь в большой узорчатый платок. Увидев Андрея, он улыбнулась и подвинулась, приглашая присесть рядом.
— Стукачка. — шутливо поприветствовал ее Андрей, садясь рядом. Вика повернула голову и выдавила улыбку в ответ.
— Я просто пытаюсь тебя оставить здесь. Мне будет одиноко без знакомых. И за тебя страшно.
— Найдешь тут новых друзей. У тебя вон Миша какой-то уже есть для гляделок. — Андрей продолжал по-дружески подстебывать.
— Это другое. Это из новой жизни. А хотелось бы оставить людей из старой тоже. Да, ты не поймешь. — она, несмотря на стеб, отвечала серьезно. — Там за периметром слишком опасно, Андрей. Ты в курсе, что, помимо простых гопников, по последним данным, которые до отключения я успела прочитать, забытые военные части самоорганизуются в банды? У них есть вооружение, техника, опыт и сильная обида на чины и правительство за вот это: «пошли на хер, живите, как хотите». — Вика, повернув голову, пристально смотрела на Андрея. — И вот наткнешься ты на таких? Что ты сделаешь? Ты же не спец. Мы были обычными тыловыми крысами, лишь управляющие такими вот подобными головорезами. И то, как правильно ты заметил сегодня, это работало только в цивилизованном обществе, где были старшие у власти, как мы, и исполнители, как они, которые лезли под пули. Но все уже поменялось, ты прав. — она на секунду замолчала. — А тюрьмы, Андрей? Кто-то там охраняет, думаешь, зеков? Когда они выберутся? Если не уже.
— Я уже сказал Даниилу, что подумаю… — остановил поток доводов Андрей.
— Да хрен там! — Вика злым шепотом перебила его. — Я знаю тебя! Сука, я наблюдаю за тобой уже столько последних лет! — Андрей поднял удивленно бровь. — Я просто наблюдательна и психолог. — отвлеклась на ремарку Вика, заметив удивление. — И извини за «суку». Да, не важно. Но если ты что-то решил, то вот эти все успокаивающие отмазки для других про «подумаю» - это все хрень! Ты принимаешь решения в первый же момент и дальше хоть трава не расти! Послушай меня. Не будь упертым. Все поменялось, поменяйся и ты!
— Я подумаю. — поставил точку так же шепотом Андрей и, переведя взгляд на костер, решил сменить тему: — Когда там песни у вас начинаются?
Вика вздохнула, поняв, что итог решения для нее остался не понятен и тоже повернулась к костру:
— Когда как. Оно само как-то начинается. — голос был отрешенным.
— А Миша то кто? — Андрей примирительно улыбнулся.
— Вон, в черной рубахе с ружьем напротив. В кепке красной «янкерс» — еле видно кивнула Вика и Андрей нашел напротив мужчину на скамейке довольно плотного спортивного телосложения с аккуратно подстриженной бородой по грудь.
— Ну такой, мощный мужик. Модный, кепка зачет. Выбор одобряю. Когда тебя вести под венец? Или как тут у них устроено. — усмехнулся Андрей и получил от Вики удар локтем под ребра. — Главное, чтоб тебя такую мелкую не сломал случайно. — он продолжал с улыбкой подколки и получил второй тычок в бок.
Андрей шел один в темноте, пиная ногой маленький камушек, стараясь держаться освещенных кругов фонарных столбов на темном песке. За спиной слышались песни жителей - он ушел после первой же. Слишком сильно чувствовалось приторное желание людей уйти в иллюзию спокойной обычной жизни. Он понимал, что это самозащита, самосохранение психики. Иначе можно просто чокнуться. Но его цинизм и реализм не давали погрузиться со всеми в розовый мир надежды.
Теплый ветер усилился, нагоняя в ночное небо все больше черноты, скрывающий звезды и луну. По пути он встретил несколько патрульных с ружьями, проходящих по дороге вдоль домой парами. Охрана Хозяйства явно была сегодня усилена. Раньше таких патрулей не было.
— «Интересно, на какие работы закинули пойманных?» — внезапно прилетела мысль в голову Андрея. Он уже несколько дней слышал про усиление периметра частоколом за полями. Скорей всего туда, подальше от глаз. Тут же вспомнился его коттеджный поселок с выгнанными из домов жителями, некогда богатыми и такими крутыми, которые сами ничего не делали руками, а теперь беззащитными и слабыми, на усиление периметра. Как быстро все поменялось всего за такой короткий срок. И бегство от туда было правильным решением. Может и сейчас оно верно.
Он дошел до своего дома и прислушался, вдалеке тихо доносились песни, вокруг домов шумели от ветра деревья. Он открыл Рендж Ровер, озаривший сразу фарами дорогу впереди, и сел внутрь. Погладил зачем-то руль и закрыл дверь. Сегодня он уже потихоньку перетаскал часть припасов в салон и багажник. Между туннелем коробки передач и пассажирским сидением можно зажать Калаш. Один ПМ бросить в карман водительской двери и второй в бардачок подлокотника.
— «Где бы взять кобуру для третьего, чтобы был всегда со мной?» — Андрей потер отраставшую бородку. — «О! Можно в поясной сумке же носить.» — удовлетворенный идеей, он вышел из машины, поставил на сигналку и, поднявшись в свою комнату, включил свет. Еще оставалось перенести половину припасов и чемодан с вещами и оружием.
Через полтора часа Андрей осмотрел пустую комнату, глянул на икону, неловко, стесняясь, перекрестился и, выключив у двери свет, спустился на улицу. С поляны еще тихо доносились какие-то песни. Вдохнул полной грудью воздух, смотря на затянутое черными тучами небо, окинул взглядом темные силуэты домов, подошел к Рендж Роверу и, сев, захлопнув за собой тихо дверь, повернул ключ зажигания.
На выезде перед воротами его встретили трое мужчин с ружьями.
— Доброго вечера. Куда направляетесь? — обратился один из подошедших мужчин в отрытое окно.
— Надо съездить по важным делам. — Андрей добавил в тон вежливости. Мужчина вынул из кармана рацию и передал данные по машине кому-то.
— Вас. — протянул он рацию.
— Слушаю.
— Уезжаешь? — в хриплом искаженном рацией голосе он узнал Даниила.
— Все таки да. Извини.
— На все воля Божья. Она тебя ведет, Андрей. Будь аккуратен и возвращайся, если не найдешь, что ищешь. Мы будем рады принять тебя в наше Хозяйство. — Андрей почувствовал себя неловко от этого обращения. Ему показалось на секунду, что он предает Даниила и всех людей в поселке.
— Спасибо. Даниил. За все спасибо. — он передал рацию обратно мужчине и тот махнул рукой другим, показывая, что можно пропускать. В свете фар, мужчины открыли ворота и Андрей выехал за территорию.
Выехав на трассу в сторону города, начал накрапывать большими каплями дождь. Андрей ехал по пустому шоссе, освещая дорогу лишь фарами, фонарные столбы вдоль дороги не работали. Дождь усиливался с каждой минутой и через десять минут перерос в ливень с сильными порывами ветра, заливая лобовое стекло мощным потоком воды так, что дворники порой не справлялись, работая на максимальном режиме. Из-за этого Андрей ехал не более шестидесяти-восьмидесяти километров в час, порой не видя дороги впереди. Через час он уже подъезжал к повороту, ведущему в его поселок, и притормозил, пытаясь разглядеть в нем что-нибудь, но черная дорога уходившая направо была пустынна. Проехав поворот, он вернулся к обычной скорости. До кольцевой города оставалось семнадцать километров.
Ливень стал слабее, перешел в легкий дождь и Андрей даже немного расслабился, отпил из бутылки воды и открыл злаковый батончик.
Подъезжая к городу, он сосредоточился, накручивая себя не останавливаться ни при каких обстоятельствах. Справа остался закрытый пост дорожной полиции и Андрей, не сбавляя скорости, ушел на эстакаду, чтобы выехать на кольцо по границе города - лучше сделать крюк, чем плутать по перекресткам города. К тому же дальше за кольцом был длинный туннель, который сильно ограничил бы действия и отход в случае нападения.
Кольцо тоже было без привычного освещения, что придавало странные и гнетущие ощущения. Андрей взялся правой рукой за рукоятку Калашникова, когда увидел далекий свет встречных фар, но присмотревшись, понял, что машина едет по встречке, отгороженной бетонным отбойником.
Они поравнялись как раз у еще одного закрытого поста полиции и Андрей заметил, что автомобиль резко снизил скорость и перестроился в левую сторону. Здесь у поста бетонное ограждение между потоками прерывалось для выезда полиции с поста. Андрей резко нажал на газ, Рендж Ровер взревел и стрелка спидометра поползла вверх. Удаляясь от разрыва между сторонами движения, он увидел в заднее зеркало, как вспыхнули фары вдалеке сзади - машина развернулась и едет за ним. Андрей почувствовал прилив адреналина и нажал еще сильнее на педаль газа. Ему оставалось до нужного съезда всего километров шесть. Спидометр показывал двести, но машина сзади не отставала. Но и не приближалось, насколько Андрей мог понять. Он держал руль двумя руками, стараясь часто не смотреть назад, а контролировать дорогу с лужами в колее и объезжать появившиеся откуда-то на кольце в разных полосах выбоины с разбросанными камнями асфальта. Иногда приходилось резко притормаживать, чтобы безопасно объехать ямы, тут же быстро набирая скорость опять.
Оттормозившись, едва не пропустив съезд, Андрей вывернул руль вправо и еле успел перед желтым отбойником влететь на эстакаду. Не снижая скорости, он входил в круговую эстакаду, съезжая с кольца. За поворотом, скрывающим задний обзор высоким бетонным отбойником, он не видел, поехал ли автомобиль за ним.
На сбавляя скорость, Андрей выехал со съезда на шоссе в сторону центра и резко крутанул руль влево разворачиваясь, сильно накренив Рендж Ровер вправо так, что испугался, что сейчас перевернется. Но огромная масса машины справилась с центробежной силой и Андрей, проехав несколько метров по встречной, заехал на газон под мостом кольцевой и, заглушив машину и освещение, обернулся, не глядя выдергивая Калаш, зажатый между пассажирским сидением и туннелем. В ту же секунду с той же эстакады, разрезая дальним светом ночную неосвещенную дорогу города, вылетел, судя по задним фонарям, Гелентваген и, набирая скорость, погнал в сторону центра.
Андрей с шумом выдохнул: «Пронесло…» — он всунул Калаш на место и отпил воды. Поразмыслив пару секунд, он решил вернуться на кольцо и сделать еще небольшой крюк. Когда Гелик поймет, что прозевал добычу, то может поехать обратно, встретившись с Андреем.
Он завел машину, осветив опоры развязки перед собой, выехал задом с газона и, проехав немного в сторону центра, свернул на выезд с кольца. Было очень не привычно ехать против движения. Выбравшись обратно на кольцо, он поехал дальше по движению.
— Откуда такие ямы, блин, на дороге? — огибая очередную выбоину с раздробленным асфальтом, вслух ругнулся Андрей.
— «Может тяжелую технику перегоняли в центр? Или еще для чего…» — подключилась к размышления логика. Андрей глянул на навигатор - еще четыре километра до съезда.
За два километра до нужного поворота, Андрей сбросил скорость, проезжая мимо нескольких остовов сгоревших легковушек и одной фуры, перегородившей половину полос движения. Он пытался увидеть тела, но в темноте не смог разглядеть, что внутри сгоревших машин. Это не было похоже на аварию, по крайней мере, автомобили не были искореженными.
Андрей медленно свернул на съезд и выехал на такое же неосвещенное шоссе в центр, обрамленное черными коробками домов. Удивительно страшное и давящее впечатление заметил Андрей внутри себя от черного шоссе и силуэтов домов, выделяющихся в уже безоблачном звездном небе, в которых свет горел всего в нескольких окнах. Он медленно объехал разбитый полицейский автомобиль, перегораживающий одну из трех полос движения. За ним, приняв совсем в левую полосу, с трудом протискиваясь, стараясь не задеть разделительный отбойник, он проехал, стоящую поперек дороги, пожарную машину.
Андрей только успел заметить боковым зрением небольшую вспышку справа на тротуаре, хлопок и правую сторону лобового стекла тут же осыпало облако точек, моментально нарисовавших на стекле густую паутину трещин. Андрей рефлекторно пригнулся и нажал педаль газа в пол. Рендж, взревев, резко откинул Андрея обратно на сиденье, он успел заметить быстро уходящий под капот бетонный блок с красными полосками наискосок и через долю секунды раздался сильный удар, хруст пластика, и Андрей полетел вперед на руль, остановившись лицом от него в нескольких сантиметрах, спасенный пристегнутым ремнем безопасности. Нога еще давила на газ, но машина шлифовала на месте. Андрей потряс головой и тут же, пригнувшись, открыл водительскую дверь, пытаясь сползти на асфальт, но не мог.
— «Твою мать!» — выругался на себя Андрей и отстегнул ремень безопасности. Второй хлопок и звук осыпавшегося стекла правой задней двери одернул его от вытаскивания Калашникова и он просто выпал на асфальт, сразу же сев на корточки и вытащив ПМ из кармана водительской двери.
— «Помповое или двустволка?» — пытался понять Андрей оружие противника. — «Шесть-восемь патронов или два?» — дробь явно была мелкая и даже, вероятно, не убьет, но может создать потом много проблем с вытаскиванием железных шариков из тела и возможным заражением.
Еще один уже более громкий выстрел, уже почти близко, и задний красный фонарь разлетелся вдребезги. Андрей упал на асфальт и, не замечая на руках противную мокрую пыль асфальта, стараясь не шуршать одеждой, залез под днище машины головой к багажнику. В свете левого красного заднего фонаря он увидел ноги в черных кроссовках и спортивных штанах с белыми полосками, медленно обходящие автомобиль сзади.
— «Один или нет?» — Андрей попытался осмотреться, но из этого неудобного положения еще и в темноте он не видел каких-либо силуэтов или движения. Ноги остановились у багажника на секунду и, резко сделав выпад, вышли к задней пассажирской двери за водителем и замерли. Андрей сжал ПМ, прицелившись в район щиколотки, ожидая, когда ноги появятся из-за колеса и тихим щелчком снял пистолет с предохранителя. Взвести затвор без выдачи своего местоположения он не мог, поэтому ход спускового крючка будет длинным и тугим. Ночную тишину прерывал лишь монотонных звук колокольчика открытой водительской двери. Ноги сделали неуверенный шаг, выйдя из-за колеса, еще шаг и наклонились немного вперед - человек заглядывал в открытую дверь.
Андрей, не сводя взгляда с прицела, держа его на щиколотке, сжал рукоять пистолета еще сильнее и начал медленно давить на курок.
— Он свалил! — закричал человек и тут же раздался оглушительный выстрел в тишине замкнутого пространства, и, до того как моргнуть, Андрей даже увидел, как пуля попала в ногу, пониже лодыжки. Человек заорал и упал на асфальт, схватившись за ногу, и тут же увидел Андрея за долю секунды, как Андрей перенес пистолет, прицелился и вторым громким выстрелом попал человеку в лоб. Выстрел откинул голову назад и черный силуэт обмяк.
Слева из темноты тротуара у черной многоэтажки послышались крики: «Саня!», «Сука!», «За мной!» и многочисленный приближающийся топот.
Андрей быстро выполз из-под машины, оттолкнув ногой труп, пригнувшись, залез в машину, выдернул Калаш, сняв с предохранителя в стрельбу очередью, лязгнул затвором, и, захлопнув дверь, сел на асфальт, прижавшись спиной к холодному железу автомобиля. Осмотрелся, но бежать было некуда, он везде будет открыт для обзора. С другой стороны, если бежать со всех сил в темноту к домам, то есть шанс. Но на долго ли его хватит?
— Осторожней! Он вооружен! Обходите с двух сторон! Сдавайся, тварь! Лучше по-хорошему! Саня, мы идем! — топот за машиной перешел в шаг и шорох верхней одежды. Андрей быстро мотал головой из стороны в сторону, пытаясь не упустить с какой стороны машины появится первая цель.
Продолжение --->
Оставить комментарий.
Только на канале: t.me/Bad_Religion
Ссылка в телеграм-канал: https://t.me/Bad_Religion/20
Ссылка в телеграф: https://telegra.ph/Season-1-Episode-1-02-03
Приглашения друзей приветствуется! Ведь это только больше мотивирует быстрее написать продолжение :)