Сценарий не согласован.

Долгие отношения в гармонии и уважении почти невозможно испортить. Чем можно разрушить устоявшиеся чувства? Скорее всего, лишь изменой или сильным предательством. Однако, зачастую многими прощается и такое.

Взаимоотношения двух прекрасных парней были наполнены доверием, пониманием и верой в лучшее. Встречались они уже более трёх лет. За это время им удалось пережить и расстояние, и громкие ссоры, скандалы, да такие, которые чуть не стали началом конца. Спустя время, терпение и траты общих вложенных сил всё наладилось. Замечательным всё было до одного момента – Шабанов стал настоящим актёром.

По началу Ромадов был за него рад, ведь сам старался помочь любимому исполнить его мечту. Роли были различными, начиная от актёров массовки и заканчивая второстепенными или главными персонажами. Карьера, разумеется, начала занимать больше времени, чем ранее. Старший не бесился, относился ко всему с пониманием и просто ждал, когда у Макса появится время и на него. Но время шло, сменялись дни, недели и месяца, а взаимности от вложенных переживаний Коли так и не прослеживалось. Оправдывал парень всё тем, что сейчас у Максима сложный период, ведь его срочно пригласили на съёмки в новый сериал.

На улице весна. Цветение в самом разгаре, все кошки и коты сходят с ума, а люди начинают массово убирать тёплые пуховики. Во дворах очень красиво, ведь кусты и цветы вот-вот начнут распускаться и благоухать. Вся эта романтика нагоняла тоску на Ромадова, ведь его партнёр уже долгое время не проявлял к нему тёплых чувств. Каждый вечер, приходя со съёмок, Макс лишь кушал, приводил себя в порядок и ложился спать. Коле оставалось лишь одиноко находиться в зале с маленьким рыжим котёнком, который появился у парней четырнадцатого февраля. Такое отношение и поведение не могло не задеть парня.

Наступил очередной субботний день. Николай проснулся без настроения, ведь снова не увидел на утро рядом с собой своего парня.

«Неужели нельзя было меня разбудить и просто поцеловать перед работой? Столько раз договаривались, а он опять...», – прокрутилась мысль в голове у кудрявого.

Встав с постели, парень потянулся. Как обычно чуть размялся, выпил воды и направился в душ. Придя на кухню после ванных процедур, Коля заметил на столе небольшую записочку на клетчатой бумажке. Точно оставленная Максом.

– Сегодня серия с моим участием, я уехал по делам... – вздох. – Люблю, целую. Ясненько...

Куда и по каким делам, естественно, Шабанов не уточнил. Николай решил, что уже пора прекращать надеяться и ждать. Время серьёзно поговорить, как только младший явится домой.

Был выходной, поэтому Коля решил заняться домашними делами. Первым делом он покормил котика, а затем надел на себя сухую и чистую одежду. Полотенца развесил на балконе и отправился прибираться в квартире. Вспомнив, что в записочке Шабанов упомянул про сериал, Коля из интереса и уважения включил официальный сайт, где каждую неделю появлялись новые серии франшизы. Странно, что русоволосый участвовал лишь в двух или трёх сериях. Может, играл важную роль для раскрытия сюжетной линии или чего-то в этом роде.

Сериал шёл на фоне, в то время, как Николай готовил и наводил в квартире порядок. Уже сделав себе покушать, парень удобно устроился на диване, глянув на экран. Сразу увидел Максима и улыбнулся, а затем начал следить за развитием сюжета.

Подозревать неладное блондин начал тогда, когда на телевизоре появлялся его парень исключительно с главным героем-мужчиной. Сцены были слишком интимными, будто намекая, что линия у персонажей будет далеко не дружелюбная. Пока что ревность не пылала, но, по ощущениям, начала медленно разрастаться.

За одной серией включилась следующая. На телефон Николая вскоре поступил звонок. Он заметил, что звонил ему Макс, потому сразу взял трубку.

– Слушаю, Максюш...

– Приветик… – голос звучал мягко, – ты смотришь?

– Агась. Ты чего-то хотел?

– Узнать просто, да сообщить, что скоро домой поеду. Тебе может купить что-нибудь.

Коля заострил внимание на экране. Макс в кадре стоял с героем в тёмном помещении, их тела находились близко друг к другу, а голоса дрожали.

– Не нужно ничего. Просто возвращайся скорей, – голос его изменился, – поговорим, как придёшь.

Через пару секунд оба сбросили. Телефон тут же отправился на своё прежнее место, а Ромадов увлечённо глядел на экран. Спустя миг парень заметил, что те двое в экране целовались. Очень страстно, обжимаясь и не скрывая своего удовольствия. Чувства Николая всполохнули, а сердце, казалось, выпрыгнет из груди.

То есть со своим самым близким и родным человеком Макс почти не обнимался, не целовался, а с чужим, незнакомым и взрослым мужиком – без проблем?

В то время, пока всё это Коля переваривал в своей голове, сцена сменилась на постельную. Конечно, блондин знал, что в фильмах настоящего процесса сношения не происходит и это всё лишь хорошая реализация и работа съёмщиков, но парню было далеко не до этого. Почему Макс не согласовал снятие в таком фильме с Колей, почему сам лёг под другого актёра и вообще, чем думали сценаристы, когда надумали такой бред. Возможно, в рамках художественной постановки это действительно приемлемо и именно такие события смогут показать истинную сторону главного персонажа, но кому не плевать на то, что хотел сказать автор.

С колонок доносились стоны. Громкие «да», «ещё», «сильней» и вскрики имени заставили Николая взять пульт и просто выключить телевизор.

– Пиздец Шабанову.

Коля, мягко говоря был в ярости. Парень сразу ушёл в спальню, взяв с верха шкафа коробочку. Давненько она не использовалась, что можно было заметить по тому, сколько на ней скопилось пыли.

– Даже запылилось всё... Как иронично.

Парень дунул на крышку, не до конца сдув с неё пыль. Следом он снял её, выдохнув, когда увидел содержимое. Внутри находились разные секс игрушки, включая наручники и кружевное бельё, которое Ромадов покупал своему возлюбленному через год после начала совместной жизни.

– И ничем не пользуемся... Мм.

Достав из коробочки пару предметов, Ромадов кинул их на кровать. Остальные вещи отправились уже под неё, а Николай начал терпеливо ждать любимого, хоть и был на взводе.

Ещё около получаса Коля лежал на кровати. Смотрел в потолок, жмурился, всячески пытался забыть ту картину, где Шабанов прогибался под каким-то мужчиной. Каждый его стон отдавался в голове, чуть ли не эхом, не позволяя грязным мыслям выйти из разума.

Наконец, спустя длительные десятки минут, со стороны коридора послышался звук открытия входной двери. Русоволосый быстро открыл дверь и проскользнул в квартиру, сразу оглядываясь.

– Колюшка, я дома! – голос его был добрым и милым.

В это время Ромадов был уже не в постели. Он вышел из комнаты, держа в руках наручники. Ими парень звякнул, на что младший обратил внимание.

– Я слышу, что ты дома, – Николай сглотнул, затем сделав шаг к Максу. Блондин взял парнишку за запястье и без какого-либо сочувствия пристегнул на него один из металлических браслетов. – Шлюха ебаная.

Максим оказался в смятении. Такого «тёплого» приёма он не ожидал, одновременно побледнев и покраснев. Когда Николай дёрнул того за оковы, парень хныкнул от резкого и неприятного чувства.

– Коля, стой! – болезненный стон. – Милый, мне больно...

Не говоря ни слова, блондин повёл парнишку в спальную комнату. Младший продолжал от жёсткости хныкать, а когда его небрежно бросили на кровать, то и вовсе всхлипнул.

– Малыш, пусти!

– Мм... Теперь я малыш? А в сериале ты под другим дядей стонал, сучка.

Шабанов округлил глазки и развернулся к Коле. Он еле приоткрыл рот, рывком выдохнув.

– Это... У нас ничего не было, это просто сцена, Коль...

В душе у Ромадова разгорался костёр ревности, желания и страсти. Было приятно осознавать, что так себя вести Максим будет только перед ним. Будет плакать, умолять, просить быть мягче, но только по началу. На самом деле Николай знал, что Макс любит только его. Парню просто было нужно и важно показать, кто тут главный.

– Сцена, хах... О которой ты не предупредил меня? – Коля поджал губы, после потянувшись за ремнём, лежавшим на кровати. – Никак не согласовал, даже не стал об этом рассказывать. Откуда мне знать, вдруг вы трахались за кадром? А на меня времени у тебя не хватает и сил. Мило, родной мой.

Не зная, что сказать, Шабанов молча смотрел на действия старшего. Юноша затих, наблюдая за тем, как Ромадов звонко лязгнул ремешком по своей ноге. По телу прошлись мурашки.

– Коль, не заводись...

В ответ Максим не получил ничего, кроме пощёчины. Не сильной, но и слабой её назвать было нельзя.

– Заткнись, шалаве слова не давали.

Грубым и дерзким движением кудрявый заставил Макса лечь на спину. Следом Коля развернул парня на живот, кожаным предметом звонко ударив его по заднице.

– Ах!

От резкости русый вздрогнул, прогнувшись в спине слегонца.

– В сериале было громче, – ещё один шлепок, за которым последовал протяжный стон.

– Прекрати сравнивать! Это съёмки, у меня ничего с ним не было! – уже Максим начал тихо плакать, стараясь вытянуть руку из наручника.

– Я сейчас тебе рот заткну, проститутка.

Макс почувствовал, что снизу всё становится тяжелей. Коля был груб и это парню безумно нравилось, но признать он стеснялся.

Николай, кстати говоря, не соврал. В руках у него оказался черный кляп с розовым шариком, который когда-то давно по глупости приобрёл сам Шабанов. Сейчас, увидев вещицу, Максим резко уткнул голову в постель.

– М-м!

– Не хочешь? А будешь, сука, – Ромадов без церемоний взял младшенького за волосы, подняв его голову. Следом Коля быстро надел на парня кляп, силой повернув личико его к себе. – Смотри на меня, ясно?

Макс закрыл глаза, никак не реагируя, о чём пожалел почти сразу. Паренька снова дёрнули за короткие пряди.

– Отвечай, я с кем разговариваю? – Николай, наконец, получил от провинившегося желанный кивок. – Умничка...

Черев пару секунд запястье Максима было притянуто к изголовью кровати. Коля прицепил свободный браслет к специальному металлическому крючку, а затем принялся снимать с русого кофту. Только сейчас Ромадов осознал, что от кофты-то избавиться не выйдет.

– Похер... Не думаю, что ты сильно вспотеешь. Впрочем, если и так, меня это не волнует.

Худи вернулось в прежнее состояние. Николай поставил парня в позу, макушку уткнув в подушку, а к заднице пристраиваясь своим пахом. Ещё в одежде, но уже чувствовалось напряжение и жар.

Руки старшего спустились под верх Макса. Сначала пальцы плавно прошлись по рёбрам, а затем мягко коснулись вставших розовых сосков. Максим дышал с дрожью в теле, слушая монолог любимого.

– Я не позволю, чтобы ещё кто-то касался твоего тела, – пальцы сжались, – чтобы кто-то смел опошлять тебя, говорить тебе извращения и ласкать тебя.

Одна из рук блондина медленно скользнула по торсу к низу живота, а после к паховой области. Парень почувствовал твёрдость и возбуждение, поэтому усмехнулся, лишь надавив в свою очередь. От Шабанова послышалось протяжное мычание.

– Я ещё даже не раздел тебя... Позорник.

Оскорбления, унижения и доминирование от старшего всегда возбуждали юношу. Сейчас Николай собирался взять его силой, буквально прогнув под собой.

Спустя пару мгновений синие джинсики Максима уже были спущены по колено. Коля стягивал их дальше, следом за этим избавив русоволосого и от белья. Ромадов, наконец, смог смотреть на прекрасный зад Макса. Лицо нижнего горело от стыда и неловкости, хотя в таком положении перед блондином парень стоял не в первый раз.

Коля снова взял в руки ремень. Щёлкнул им, а после оставил на светлых ягодицах след, от которого Шабанов снова промычал. Одна рука Макса находилась на весу и уже, кажется, затекала.

– Мх!

От сильного жжения и повторного жёсткого удара парень закатил глаза. Следующий шлепок сопроводился более громким стоном.

– Так сладко ты стонешь, конечно... Жаль, не могу тебя на поводочек посадить. Нужно будет купить, согласен? – Коля грубо берёт парня за волосы, а затем чувствует слабые кивки.

– Мг... Мгм.

– Хороший мальчик.

Вдоволь отшлёпав и как следует наигравшись с Максимом, Ромадов избавил от одежды и себя. Член его стоял уже давно, но не блестел от естественной смазки так, как было с органом Макса.

– Шлюшка моя, с тебя прям бежит уже, – издеваясь произнёс Николай, сжав чужой член. Получил на это Коля более бурную реакцию, чем мог представить, поэтому сразу убрал руку. – Неужели так заводит, когда тебя мучают?

Шабанов молчал. У него даже и не было возможности ответить.

Закончив тянуть время и лапать своего любимого, блондин всё-таки решил воспользоваться смазкой. Сначала подготовил пальцы, а затем один за одним начал их медленно вводить в нерастянутый задний проход Максима. Последний от каждого сантиметра поджимался, норовил то и дело свести ноги, на что в ответ получал шлепок по бедру в качестве наказания.

Ромадов наслаждался тем, как от его пальцев мучительно извивается младший. Коля заставлял его краснеть, смущаться, а самое главное – сдерживать свои стоны и желание потрогать себя. Свободная рука Макса должна была лежать в пределах видимости старшего. Это правило уже было негласным для Шабанова.

Когда в младшего спокойно выходили и входили три пальца, Коля решил, что на этом можно остановиться. Он вновь воспользовался лубрикантом, но уже испачкав в геле свой орган. Максим был смазан достаточно, поэтому старший не стал с этим возиться лишний раз. Презервативы Ромадов не брал. Какой в них смысл? Больше мороки, а пользы ноль.

Головкой парень неслабо толкнулся в нутро младшего. Кудрявый парнишка сразу почувствовал, что внутри тепло и узко, а когда Николай сделал ещё один более длинный рывок, он вошёл глубже. Макс громко хныкнул, сильно сжав парня снизу.

– Сука, больно, – Коля поджал губы, в очередной раз ударив юношу по заднице. Опять послышались стоны и затем всхлипы, ведь старший не остановился.

Движения Ромадова стали размеренней и жёстче. Член входил глубже, заставляя Шабанова захлёбываться в собственных слезах и слюнях, которые из-за кляпа было невозможно проглотить. Всё стекало по щекам и подбородку, капая на свежезастеленное постельное бельё.

С каждым толчком хмыканья становились всё чаще. Оказывается, сорвать голос можно было, даже будучи с затычкой во рту. К счастью, Коля резким движением сдёрнул ненавистный кляп, наконец, позволив Максиму вдохнуть воздух полной грудью. Стало легче, ведь теперь все свои ощущения Макс мог описать стонами и, возможно, словами.

– Коль! – русый хныкнул, чувствуя, что член старшего находился в нём уже более чем на половину. – Милый, прошу...

Николай резко взял Шабанова за шею, даже не позволив ему договорить. Рука тянула русую макушку на себя, да так, что взгляды парней могли встретиться, если бы глаза младшего не закатывались так часто.

– Я тоже тебя просил. Просил уделять мне внимание, сообщать о своих планах, – после своих слов Ромадов сделал ещё один толчок. – Просил, а?

Макс рыдал, очень слабо кивая. Парень приоткрыл губы, ртом хватая воздух, но всё было тщетно. Хватка старшего оказалась сильней, чем Максим мог себе представить.

– Мг... Кх...

Шабанов от продолжающихся действий всё хныкал. Мысленно парень умолял, чтобы Коля позволил ему сделать хоть один вдох, издать хотя бы единственный стон. Фрикции набирали скорость, член входил глубже, раздвигая сжатые стенки Максима.

– Хочу сказать тебе столько пошлостей... – он вошёл полностью, своей второй рукой сжав талию Шабанова. – Ты как блядь прогибаешься подо мной… Не можешь и слова сказать.

С шеи Коля переместил свою ладонь на губы русоволосого. Тот мычал, продолжал извиваться и реветь в три ручья, будто последняя проститутка. От размеренности и жёсткости действий в комнате раздавались шлепки кожи о кожу. Зад Макса горел от каждого соприкосновения, а когда они были резкими, парень срывался на очередной скулёж.

В очередной раз слыша, как Максим стонет, Ромадов убрал свою руку от его лица. Парниша тут же рухнул на постель, громко выкрикнув имя возлюбленного.

– Мхах! Коленька, пожалуйста... Поглубже!

– Поглубже говоришь? Бля, – блондин вышел почти до головки, затем войдя по основание. – Моя сучка возвращается... Узнаю твоё желание.

– Да! Ах... Ещё, мм!

Все вскрики и стоны возбуждали в Коле желание долбиться сильней. Старший взял Максима за бока чуть ближе к тазу, безжалостно царапая их. Двигался Ромадов ещё грубей.

Громкие мольбы, крики и неистовая страсть продолжались до одного момента. В коридоре раздались глухие звуки, которые были похожи на стучание со стороны входной двери. Николай не останавливался.

– Из-за твоего позорного поведения к нам соседи пришли... Тебе не стыдно?

Толчки продолжались. Оба были на пределе, явно не желая прерываться на надоедливую тётю с соседней квартиры.

– Стыдно!..

– Стыдись, шалава херова, – шлепок.

Ещё полторы минуты парням пришлось уединяться под ритмичную долбёжку в дверь. Коля кончил раньше, а Максим излился за ним, когда почувствовал в себе тёплую жидкость.

– Мф... Мне очень хорошо, милый.

Ромадов медленно вышел, раздвинув ягодицы младшего. Последний вздрогнул.

– Ну малыш, – парень усмехнулся, заметив, как колечко мышц резко сжалось, – стесняешься?

В ответ Николай услышал лишь тихое «мгм», а затем напоследок оставил на заднице свой красный след.

Шабанов через несколько минут уже был в ванной. Коля пошёл сразу же разбираться с неугомонной соседкой, а когда та услышала честный и правдивый ответ, то побледнела, тут же уходя обратно в свою квартиру.

Спустя пол часа парни снова лежали в кровати. Так же голышом, но уже после совместного душа.

– Я и не знал, что ты у меня такой ревнушка... – промурлыкал Максим, с улыбкой смотря на Ромадова.

– А что, я должен был промолчать, увидев своего парня под каким-то мужланом?

Оба усмехнулись.

– Я больше в таком не буду сниматься, – Макс хмыкнул. – Хотя... Мне понравилось наказание.