Сандру Мирэ

Имя: Сандру

Фамилия: Мирэ

Позывной: Тиней (ранее), Гемонт

Возраст: 25 лет

Национальность: кореец (1/2), датчанин (1/2)

Дата рождения: 15.11.2001

Группа крови: II(Rh)—

Демоническое оружие: Пара хопешей, лезвия которых исписано руническими знаками. «Chalice» (или Потир).

Контракт: есть

Имя контрактного демона: Амарантус

Классификация демона: Старший демон, ранг B.

Тип контракта: Локус

Способ платы: Каждое полнолуние демон требует жертвы. В прочем, стандартная оплата для Локус. Однако, Амарантус поставил особое условие — частичное поглощение плоти принесенной жертвы, носителем контракта.

Способности контракта: Кровь — основной материал, который используется в действующем контракте для атаки и защиты. Она имеет огромную гибкость в своих возможностях, но так же и множество нюансов. Так, например, Сандру не способен использовать чужую кровь, если она не покинула тело своего первоначального хозяина. Также, чем сильнее жидкость остывает, тем менее податливой становится и требует больших затрат энергии для манипуляций. При свертывании контакт полностью обрывается; на данный процесс повлиять невозможно. Наиболее тесную связь контракт имеет с жидкостями в теле своего контрактника и на ее использование расходуется куда меньше сил. Благодаря этому можно значительно уменьшить требование по энергии, смешав свою и чужую кровь: энергозатратность напрямую зависит от соотношения.
На «родную» кровь распространяются все границы, что и для позаимствованной, кроме правила неприкосновенность внутри организма. Жидкости владельца контракта подчиняются энергии, даже если не покинули вены. Кровь контрактника внутри организма — единственная кровь, на которую может влиять демон самостоятельно, не согласуя действия со своим носителем. Амарантус способен замедлять или ускорять течения жидкости в кровеносной системе, своеобразно манипулируя органами и общаясь связью, что воспринимается куда быстрее, чем слова или иные способы контакта. Это в некотором роде разделяет обязанности, так как демон имеет возможность регенерировать «боеприпасы», затягивать незначительные раны и следить за состоянием организма автономно.

Образование: Школа при приюте, а также обучение от воспитателя в исследовательском доме Торрекса. Прохождение ускоренного курса военной подготовки. Обучение в Даймоукан.

Должность: Мастер-сержант оперативного отдела S.A.I.D.

Оценочный лист: B

Биография

Старый синий диван в кабинете директора. Мальчишка уже давно скромно ютится на его краю, а пылинки все кружат и кружат в воздухе. На этой мягкой обивке редко кто сидит: дурной знак. Кажется, даже сам директор приюта этому верит оттого и не приближается к дивану, просто стоит рядом, наблюдая за человеком с документами.

— Так, значит... — другой незнакомец берет стул и садится напротив мальчика. — Как, говоришь, тебя зовут?
— Сандру.
— Славно-славно. Что насчет фамилии?
— Фамилия у беспризорника? Вы, наверное, смеетесь. — директор теряет свою сдержанность. Ноги отрываются от пола и он быстро движется к человеку с результатами теста, не замечая мужчину на стуле. — Я, конечно, все понимаю, Генрих, но не этого. Дальше пропускать мимо ушей это твое баловство с генами... Бредни, бре-дни! Чтоб в моем-то приюте было... Ты хоть сам понимаешь, что ты якобы нашел? Ты из ума выжил, Торрекс. И все об этом знают.

Директор тянет руки, пытаясь выхватить документы из рук Торрекса, но его пылкость пресекается одним лишь взглядом. Несколько коротких громко прошептанных слов между ними и мужчины покинули кабинет.

Человек перед мальчишкой тяжело вздохнул, провожая взглядом уходящих. На несколько минут в комнате повисла тишина. Она звенела, донося неразборчивые слова из-за двери.

— Ну и чудаки, да, парнишка? — хриплые ноты в его голосе звучали несуразно в отсутствии раздраженных вздохов директора. — Давай попробуем еще разок? Я Тохис. А ты значит...

Сандру 10 лет от роду. Человек без рода и племени. Рожденный бог знает кем, когда и где. Если верить словам работника круглосуточно заправки, — первому человеку, которому досталась участь держать оставленного ребенка — в последний раз младенца видели на руках странной женщины с ужасным акцентом. Точно эмигрантка. Оставила ребенка на лавочке недалеко от входа и укатила в неизвестном направлении.

Дальше многочисленные приюты. Один сменялся другим из-за различных обстоятельств. И вот спустя десять лет «скитаний» Сандру на этой синей точке, которая точно меняет курс жизни. И что только привело его в это место? Неужели, это все из-за результатов анализов, которые проводили в приюте несколько дней назад. Сандру чувствует как маленькие коленки невольно дрожат, от попытки сосредоточиться и уловить вкус момента. На мгновение кажется, что во рту начинает горчить. Словно капнули молока из одуванчика на кончик языка.

— Звучит глупо. — мальчишка облизывает верхнюю губу.
— Ты о чем?
— Ваше имя... Не звучит как настоящее.
— Возможно. Скажи, Сандру, в последнее время не видел ничего странного или необычного?

Он с детской серьезностью задумался над этим вопросом, уводя глаза себе в ноги. Тень под диваном неестественно извернулась, словно прикладывая палец к отсутствующим губам. Сандру пожал плечами.

В кабинет вернулись Торрекс с директором. Последний нервно оглянулся на незваных гостей и скомандовал мальчишке отправляться собирать вещи.

И вновь новое место. Однако, на очередной приют оно походило лишь частично. А если присмотреться, то и вовсе было чем-то совсем иным. Тем, что понять мальчишке сразу было тяжело. Но на первый взгляд...

На первый взгляд все тоже что и везде: пустые коридоры, где нельзя бродить без разрешения, зал с телевизором, который разрешали смотреть по выходным. И просторная спальня, всего одна. Она казалась нецелесообразно большой для всего трех кроватей. Это ощущение только усиливалось, когда в первые ночи, прячась под одеялами, Сандру в полутьме долго болтал с Анорой и Хасаном, что занимали оставшиеся две койки. Ребята были на несколько лет старше Сандру, но попали в этот дом не сильно раньше. Тени за их спинами все подрагивали, словно тихонько смеясь над детской болтовнёй.

— Ты уже видел профессора Дугласа? — Хасан, тихо хихикая, складывает пальцы у глаз изображая большие очки. — Такой странный! Говорит на совершенно другом языке.
— Не-а. — Сандру покачал головой. — Профессор... Звучит как будто он очень умный....
— А я думаю, что он очень глупый! — Анора высунула нос из-под одеяла. — И грубый. Вечно задает странные вопросы.

О чем именно говорила Анора Сандру понял лишь тогда, когда «на первый взгляд» начало проходить.

Глаза его медленно открывались, словно у неразумного котёнка, когда сидел на кушетке перед тем самым Дугласом, а к телу редкими изгибами тянулись проводки. Собственное дыхание казалось таким громким в комнате, где множество людей молча наблюдали за движениями линий на экране. То и дело кто-нибудь из взрослых тянул его за руку, чтобы взять образец крови из пальца, или проверить что-то еще. Лишь спустя час кто-то из ученых решил посвятить мальчишку в причину данного сборища. Женщина в прямоугольных очках пыталась как можно нежнее и проще объяснить ребенку всю суть гена Торрекса. Однако выходило это едва ли. И вместо осознания, Сандру лишь начинал окутывать страх.

— ... В каком-то смысле это можно назвать болезнью...
— Это вылечат?
— Хах, болезнь? Не несите чушь. — Дуглас наконец-то подал голос. — Болезни — совсем низменная реакция человеческого организма, а это... Это совсем иное! Не человек... Нет-нет-нет, на наших глазах взрастает новая форма жизни.
— Но... — слова растворились в горле, не успев дойти до губ. Рядом возник профессор, склонившись над Сандру.
— Но? Какие могут быть «но»? Ах, как же нужно все разжевывать. Запомни, подопытный: это теперь с тобой навсегда. До самой смерти. Про слезы и крики можешь забыть: это для людей. Твой удел — жить во имя науки и человечества. Максимум можешь помолиться, чтобы не умереть раньше времени. Хотя... Не думаю, что Бог станет слушать существо связанное с нечистью.

Дыхание его само собой принялось дрожать. Как же можно в один миг потерять свою человечность? А все из-за того... Он даже не понимал отчего именно. Мальчишка не мог это поверить, не хотел. Но отчего-то принять слова профессора за очередную глупость, что говорят взрослые, Сандру не мог.

Взгляд покрылся водной пленкой, что не давала четко разглядеть спину отходящего профессора. Зато тень под его ногами как никогда четко искривилась на полу, распахивая свои глаза. Она улыбнулась и голос ее заскрипел, словно старые деревянные доски. Никто больше не слышал ее тихого «нельзя плакать». На мгновение показалось, что тело окоченело, словно в предсмертной судороге. Никогда раньше они не доносили слова так четко.

Секунда, Сандру срывается с места. Проводки тянутся за ним, не желая отпускать. Часть оборудования с грохотом валится на пол, а присоски на теле с тихим хлопком отрываются от кожи. В комнате тут же поднимается шум, но мальчишка уже не понимает о чем горланят взрослые: подопытный выскакивает за дверь. Он бежит по коридору не замечая ничего, кроме гула в ушах и тихих смешков над ухом. Голая спина покрывается мурашками то ли от внезапного холода, то ли от не отпускающего страха.

Вдруг за тело хватаются грубые руки и резко тормозят, поднимая мальца. Что-то в голове так и кричит не останавливаться. Бежать дальше, как можно дальше отсюда. Вернуться в приют где все было хорошо. Сандру извивается, стараясь выбраться из чужих рук, но те лишь сильнее прижимают маленькое тело к себе. Тихое шипение над ухом и грубое, но в то же время нежное «тише» звучат так часто, что не дают сосредоточиться на кричащей панике в голове. Тело постепенно обмякает в чужих объятиях и Сандру утыкается в плечо, чувствуя как ткань под лицом становится мокрой.

— Вот так, тише. — голос кажется таким знакомым, но собственные всхлипывания не дают сосредоточиться и понять кому он принадлежит. — Все хорошо.
— Слава Богу... Дрянной мышонок... — Дуглас приближается тяжело дыша. — Фух... Тохис, неужели вы впервые оказались полезным. Не знаю, что на него нашло. Мы просто проводили стандартные процедуры, указанные Торрексом. Вы не много смыслите в этом, но там...
— Верно, не смыслю. Но, думаю, на сегодня можно прекратить. Не переживайте, я отведу его к воспитателю.

Сандру и сам не заметил как собственноручно начал крепче прижиматься к Тохису, вслушиваясь в разговор взрослых. Слезы постепенно отпустили глаза и он просто разглядывал переплетения нитей на чужой одежде. На тени под ногами он больше старался не смотреть.

В тот же день местная воспитательница более мягко объяснила Сандру, что здесь происходит и почему его привезли сюда. Оказалось, что данный дом вовсе не очередной приют, а центр для изучения детей с геном Торрекса. Как выяснилось позже, Сандру единственному из тройки повезло не связать себя контрактом с демоном. Она упорно повторяла, что все будет хорошо. Говорила, что Анора, Хасан и он такие же дети, как и все. Просто им придётся чуток труднее, но все встанет на места, когда ученые добудут достаточно информации. Просто нужно довериться и посодействовать.

Но сколько бы воспитательница не говорила, в голове вновь и вновь возникали слова Дугласа. Неужели, такого человека, как Сандру, можно и дальше называть простым ребенком? Человек ли вовсе он отныне? Сандру долгое время задавался этим вопросом.

Последующие годы в доме исследований проходили по большей части спокойно. Частые опыты, эксперименты и анализы чередовались с вполне обычной жизнью. С Анорой и Хасаном Сандру сильно сблизился. За несколько лет их дружба стала сравнима с семейными узами. Неведомая роскошь для беспризорников.

А Тохис... Он объявлялся в доме не чаще раза в несколько месяцев. Но каждое его появление радовало Сандру. Общались они мало да и в целом, чаще всего, обходились простыми приветствиями, но... Но отчего-то мальчишка всегда светлел при новости, что Тохис приехал. Сандру чувствовал некую связь с этим мужчиной, что образовалась однажды. Тонкая, еле ощутимая.

Но спокойствие резко оборвалось, когда все новостные каналы в унисон затрубили о Женеве. Весь мир содрогнулся от ужаса, а тройка из исследовательского дома замерла в удивлении: неужели то, что доводилось неразборчивыми силуэтами видеть лишь им, предстало перед всем миром? Буквально через несколько часов после начала трагедии в исследовательском доме началась суета. А все из-за письма, где говорилось о смене целей содержания объектов в исследовательских домах и начале их переобучения.

Спустя три месяца. Отряд «ASH» состоящий из трех бойцов особого подразделения отправились на поле боя. Анора, Сандру и Хасан прежде, а отныне — Стелла, Тиней и Роистер. Машина тихо покачивалась, направляясь к военному лагерю. Тохис сидел за рулем и то и дело поглядывал в зеркало на новобранцев. А те лишь недвижно сидели, не смея нарушать молчание. Только двигатель неустанно бормотал о чем-то своем. Но и тому скоро надоело. Машина остановилась.

— Выходим. — лишь спустя минуту Тохис подал голос, открывая дверь.

Военный лагерь укутывали красневшие лучи заката. Мягкие черты построек ласков манили к себе, но множество его глаз... Они смотрели, словно невзначай, но цеплялись за подростков на неприлично долго. Взгляды застыли в немом разговоре. Говорили в унисон, но совсем о разном — тяжело было выловить общую мысли этих взглядов. Хотя... «Дети? Что они тут делают?» — безмолвным шепотом всплывало чаще всего.

На мгновение Сандру уловил хмурые тени на лице Тохиса. Казалось, что он вот-вот одним разом ответит на все несказанные вопросы, но... Но ответить было нечего.

— Макаров, доброго вечера. — они вошли в комнату, где несколько человек суетилось около стола. Появление компании заставило присутствующих лишь на мгновение отвлечься от карты.
— С геном? — Макаров быстро пробежался взглядом по подросткам. Конечно же да. Иначе детей не притащили бы сюда. Мужчина покачал головой, отходя от стола. — Как же иначе? Ох, не нравится мне это... Не нравится. Хех, хотя кому нравится? По-другому никак. Без ваших способностей нам не справиться. И так, сосунки... — он вновь обратился к карте, проводя пальцем по линиям фронта. — Отправим вас на помощь патрульным в эту область. Далеко от эпицентра сражения, но... Вам нужно будет постараться...

Мужчина недолго объяснял обязанности молодых новобранцев. Дольше он лишь неодобрительно вздыхал о том, что приходит использовать детей, и многократно подчеркивал о важности их новой обязанности. Мало кто из простых бойцов способен видеть демонов: поддержка людей с геном нужна как воздух.

Тохис весь недолгий разговор стоял в дверном проеме, словно его и вовсе не существовало. Недоступен он был для этого мира и тогда, когда все закончилось и отряд оказался на улице в сопровождении одного из старших служащих. В целом задача, по которой он сюда прибыл, была выполнена еще час назад, когда подростки вышли из машины. Но уезжать не спешил. Его потерянный взгляд то и дело скользил по детям, волнуя Сандру.

Когда мысль наконец-то созрела, Сандру разомкнул губы. Но произнести что-либо он не сумел: слова растворились под тяжестью руки Тохиса на плече.

— Я обязательно вернусь за вами. — лицо мужчины искривилось в улыбке, которую в крах разоблачал печальный взгляд. — Береги себя.

Война неизбежно шла своим чередом. Редкие стычки на границе уже не казались чем-то немыслимым, но кровь каждый раз стыла, когда воздух вновь начинал пахнуть порохом. Новостей с фронта всегда дожидались с особым упоением. Однажды это все закончится. Однажды. А пока только лагерь, граница, военные и ночные беседы во время дежурства.

Костер тихо потрескивает рядом, пока прохладный ветер путался в волосах. В такие моменты спокойствия, казалось, весь мир засыпает.

— Ты не заметил ничего необычного в последнее время? Эй, Сандру. — Хасан толкает того в бок. Сандру резко раскрывает глаза, прогоняя накатывающую дремоту.
— А? Ты о чем?

Хасан на несколько секунд замолкает. Он вглядывается в темноту, куда ушла Анора на патрулирование. Сандру невольно следует за взглядом бескровного брата.

— Не заметил с Анорой странного? — он перекладывает оружие. Собрат лишь зевает, выгибая бровь. — Я имею в виду... Ну, не знаю как сказать. Энергия по другому ощущается. И демон ее в последнее время какой-то... Не такой. У меня какое-то предчувствие нехорошее.

Сандру вцепился глазами в темноту. Где-то там, скрываясь за деревьями, бродит Анора вместе с рядовым Кимом. Что же может быть в ней настолько необычного, что заставило Хасана заговорить об этом так прямо. Рядовой Тиней пожал плечами, бросая взгляд на демона соратника, что заговорщически склонился над парнями. Существо не стесняясь слушало сплетни.

— Не обращал внимания. Эти ваши в целом всегда какие-то «не такие». — после этого замечания демон привычно залился смехом. — Может ее спро...

Грохот среди деревьев. Слова обрываются на середине. Парни тут же вскакивают, хватаясь за оружия. Звук повторяется. Не похожий на привычный ритм оружия. Что там происходит? Рука Хасана тянется к рации:

— Стелла, доложите обстановку. Прием. — рация заливается тихим шипением. Долгие, давящие на уши помехи. Ответа не следует. — Стелла, ответьте. Прием... Анора?

Вновь шум. То ли треск, то ли рокот дикого зверя. Сандру краем глаза видит как присутствующий демон обвивает руками Хасана и расплывается в совершенно нечеловеческой улыбке. Напарник быстро сбрасывает существо с себя, коротко ругаясь.

— Я проверю. — бросает Сандру через плечо, быстро направляясь в сторону шума. — Вызови подкрепление.

С каждым новым шагом деревьев все сильнее и сильнее сплетают свои ветви над головой, скрывая полную луну. Только редкие снежинки пробиваются сквозь сплетения, ложась на черные волосы. Земля еще совсем голая, откликается тихим хрустом давно высохших листьев. А неизвестный шум становится все громче. Впереди показался слабый столб света от фонаря. Шаг стал осторожнее, а в руки приготовились к стрельбе...

Но вот занавес из деревьев отступили и фонарь озарил сцену: Анора склонилась над землей. Спина ее неестественно вздымалась. Шаг ускоряется, забывая об осторожности подступа. Совсем скоро глаза ловят рядового на земле, чье лицо застыло в ужасе. Разодранная форма на груди, обнажала не мысленную рану. Удивительно, но его тело еще содрогалось в редких вздохах. Хотя, вряд ли Ким уже что-либо понимал.

— Анора?..
— Ким, он... — голос ее совсем не свой. Дрожь в нем казалось вот-вот перекинется на Сандру. — Бедный Ким...

В голове звенит: «Что случилось?». Но вместо этого из рта вырывается только облако пара вместе со вздохом. Анора оборачивается, цепляясь до ужаса спокойным взглядом в Сандру. Красивые глазки, будто плоды боярышника на ветру. Только вот... Совсем нечеловеческие. Кожа, когда-то гладкая, теперь была испещрена глубокими трещинами, как пересохшая земля. А местами на форме дырки от прорвавшихся отростков-шипов. Сандру, отшатнулся назад, когда Анора потянула к нему свои окровавленную... Нет, не руку — лапу.

— Что случилось? — ее голос в раз изменился, донося нотки того самого рокота. — Я еще не успела начать. Хочешь присоединиться к ужину, Сандру?

Он помнит устрашающие глаза, что не имели ничего общего с Анорой. Выстрелы из собственного оружия. Звериный рев из ее пасти. Помнит боль и то, как сердце рвалось наружу. Но то, как ему удалось ускользнуть от одержимой Аноры — лишь быстрыми обрывками.

Сидя на тонкой подстилке из снега Сандру прижимался к стволу дерева. Рот хватал холодный воздух, обжигая горло. Руки прижимались к липкой от крови одежды. Тело то и дело содрогалось от боли и страха. Как такое могло произойти с Анорой да и что это вообще было? Предсмертные вздохи рядового и застывающая навечно гримаса на лице, которое только полчаса назад смеялось у костра. Нужно предупредить Хасана, иначе кто знает, что может произойти дальше. Но... Что-то старое и совсем забытое накатило на разум. Силуэт луны начал расплываться, становился неуловимым сквозь внезапно накатившие слезы.

И тут явился он

— Нельзя плакать. — его голос доносился до ушей, подобно шороху листвы. — Забыл? Это для людей.

Сандру не смотрел на существо, чей голос был так близко. Луна слишком сильно приковала взгляд, чтобы обращать внимание на кого-либо еще. Тихие шаги, оно село рядом, прислоняясь к плечу рядового, что отзывалось болью.

— Или плачь — твое дело. Поплачь и умри, как обычный человек. — существо взялось за руку Сандру, поднимая ее к небу. Кровь в лунном свете казалась совсем черной. — Давай, помолись. Переложи всю ответственность на Бога. Так же люди делают? Я не знаю. А те... Сами разберутся. Или можем...

Его шуршащий голос лился прямо в мозг, а Сандру все слушал и слушал. Редкие снежинки таяли на его ресницах. О чем говорил демон — известно лишь одному Сандру. И только полная луна была свидетелем того как кинжал пролил новую кровь во имя контракта. Во имя Амарантуса.

«А теперь время подношения»

Вновь руки липкие от крови, но уже от чужой. Кожу начинает покалывать. Он еще совсем теплый. Душа не покинуло тело: Анора не успела ее поглотить. Пальцы Сандру блуждают по истерзанному забавы ради Киму. Местами сквозь кожу видны оголенные кости ребер, что вызывают отвращение, но это цветочки перед грядущими ягодами... Дрожащие руки хватаются за рваный край плоти. Под ногти тут же заливается кровь, но шепот Амарантуса заставляет продолжать. Быстрый рывок — кусок плоти отрывается от ребер. Нож несмело отделяет часть и... Горечь во рту. Словно капнули молока из одуванчика на кончик языка. Но совсем не так как в детстве. Гнилые цветы. Все тело сводит спазмом, требуя извергнуть из себя содержимое желудка. Но не теперь. Незримая рука бережно ложится на губы. Под одобрительное урчание демона, Сандру проглатывает кусок бывшего соратника. Оплата принята.

По телу разливается холод, который успокаивает раны. Дрожь охватывает тело, но вовсе не от усилившегося ветра. От чего-то совсем иного. Колени невольно начинают дрожать от нового ощущения.

— Нападение с северо-восточного стороны лагеря. Нападающий одержим демоном. — неожиданно загудела рация знакомым голосом. — Прием. Тиней, ответь. Прием. Как слышно? Прием... Тиней! Твою ж...
— Рядовой Тиней выдвигается. Прием.

Темнота. Далекие отблески света с базы. Частые вспышки сгорающего пороха в дулах оружий. И непрерывный рокот выстрелов. Найти место стычки оказалось несложно. Тяжелее было видеть как безжалостно существо в теле Аноры расправляется с солдатами. Давит, словно жалких мошек. А те все не теряют пыл к бессмысленной бойне.

— Сандру! — Хасан резко хватает Сандру за одежду, утягивая того за насыпь около дерева. — Где ты пропадал? Что...

Он резко замолкает. Глаза быстро прыгают по изодранной форме и окрашенным алой краской перстами рядового Тинея. Дольше Хасан задерживается на кровавых пятнах, засевших в уголках рта. Но вскоре становится понятно, что взгляд смотрит совсем сквозь соратника. Он чувствует резкую перемену.

Новая очередь выстрелов вытягивает Хасана из транса.

— Какой план действий? — Сандру обрывает вопросы, которые застыли у Роистера на губах.
— Лейтенант отдал приказ задержать Анору до дальнейших распоряжений.
— Такими темпами не протянем же долго.
— Не то слово. Где твое оружие?

Где-то там, в лесу. Наверняка, валяется не далеко от бездыханного тела Кима. Но чужой голос над ухом шепчет: «На месте, доставай». Холодное прикосновение скользит по коже и вены в миг начинают болезненно гудеть. В руке оказывается рукоятка ножа, а лезвие его ложится на запястье. Давление, на коже проступает тонкая ранка.

— Что делаешь? С ума сошел что ли?! — Хасан быстро дергает Сандру за руку.

Резкое движение, лезвие только сильнее порезало кожу. По телу пробегает дрожь, когда кровь тонкими ручейками хлынула из ран. Неприятный зуд начинает отпускать, вызывая у Сандру дрожащий вздох. Несколько секунд и алая жидкость под действием сил Амарантуса неестественно искажается. Струйки обвивает руку, а после и вовсе застывает, принимая вид оружия похожего на хопеш.

— Нужно действовать. — после секундной паузы на удивление скомандовал Хасан и выдвинулся вперед.

Сандру лишь безмолвно согласился, выходя из укрытия. Вокруг все еще раздавались звуки битвы, но сознание его словно отрезало от происходящего. С каждым шагом кровь, образовавшая хопеш, словно пульсировала, становясь частью его самого. Редкие алые капли срывались с конца лезвия, окропляя путь. Демон Амарантус тихо нашептывал ему на ухо, направляя.

Тихий свист в ушах. Ветер привычно забирается в волосы своими холодными руками. Он шепчет его имя. Неразборчиво, совсем тихо. Сандру подставляет лицо, а тот ласково гладит, подобно матери, которой никогда не было. Ее руки должны быть холодными? Совсем рядом слышен скрип петель от качелей.

— Не замерз?
— М?

Рука хватается за железные цепи, на которых висит деревянное сидение. Легкий толчок и качели возвращается к былым неспешным покачиваниям. Подол желтого платья Аноры идет волнами, напоминая пшеничные поля.

— А, нет... Нет. Ты как? Как самочувствие?
— Прекрасно... Правда, хорошо. — она на мгновение замолкает, проходясь руками по своим бледным волосам. — Даже не думаю о том, что произошло. Хотя... Хах, столько людей, а я и не думаю об этом. Я — эгоистка. Да, Сандри?
— Ты...— рука отрывается от металла и ложится на волосы девушки. Пальцы утопают в мягких прядях. — Нет. Это была не ты.
— Но я допустила это. Позволила себя одурачить... — Анора кладет свою ладонь поверх руки Сандру. Но мягкая кожа больше не излучает былого тепла. — Ты молодец, что сделал это со мной.
— Ты о чем?

По ладони разливается тепло. Знакомое, но вовсе не приятное. По золотым прядям разливается кровь. Блестящая, она, словно гранатовый сок, скатывается по руке. Голова Аноры обращается к Сандру, но глаза совсем отстраненные. В мгновение они блаженно закатываются.

— Сандру. — голос ее становится совсем глухим. — Сандру... Попроси прощение у Хасана за меня, хорошо?

Тело, словно под сонной тяжестью, обмякает, заваливаясь на железную цепь. Анора сползает к земле, а Сандру подхватывает ее. Руки прижимают ее к себе, будто стараясь согреть. Но, кажется, он и сам холоден. А ветер все шепчет и шепчет неразборчивые слова. И в миг замолкает.

Солнце своими лучами тянется к глазам, стараясь пробраться сквозь веки. Раскрыть их своими теплыми руками и прикоснуться к самому зрачку. Сандру невольно жмурится. Все тело ломит и тянет даже от малейшего движения. Открывать глаза нет сил, нет желания. Однако в памяти резко всплывает силуэт Аноры, а точнее того, что стало ей. Он резко открывает глаза, поднимаясь. Легкие рвано глотают воздух от пронзивший боли. Несколько минут глаза были прикованы к белой простыни, дожидаясь когда тело уймет свой болевой крик.

Лазарет. Резкий запах лекарств. И катетер приютившийся под кожей. Что произошло? Он оглянулся, надеясь найти на соседней койке Хасана. Но никого. Все немногочисленные кровати были пусты. Только на стуле рядом спокойно сидел Амарантус.

— Мертв. — опережая вопрос ответил демон. — И одержимая тоже. Тот лежал на соседней три дня. На ней же и умер. Все бормотал что-то и дозваться до тебя пытался, но... Хех, мы переборщили. Удивлен, что ты не отправился следом. Привыкай, по-другому не сможем.

Тихий свист от сквозняка эхом гудел в голове, напоминая о внешнем мире. Мертв. В это совсем не верилось. Он должен был убедиться в этом своими глазами. Сандру что-то неразборчиво промычал, переваривая информацию, а после поднялся с кровати. Ноги совершенно не хотели слушаться, дрожали и то и дело самовольно сгибались. Но, оперевшись на стойку для капельницы, Сандру спустя какое-то время удалось выйти из палаты.

Лазарет гудел. Со всех сторон были слышны голоса медсестер и раненых. Изредка по пути встречались бойцы, которые в ту ночь приложили свои руки к оружию. Но отчего-то они вздрагивали, увидев Сандру, и быстро проходили мимо. Но вот один из силуэтов, заприметив раненого издалека, наоборот двинулся навстречу. Быстрые шаги чуть ли не переходили на бег.

— Сандру!

Знакомый голос вонзился в голову, быстро дорисовывая силуэту четкие линии. Тохис. Казалось, он ничуть не изменился за это время. Мужчина оказался рядом и тут же прижал Сандру к себе. Тот в ответ от боли лишь сжал зубы, невольно искривляя улыбку.

— Мать честная, ну и вид у тебя. Зачем ты встал? Пошли обратно в палату. — он подхватил подростка под руку. — Медсестра не будет рада, что ты в таком состоянии выполз.
— Тохис, а Хасан. Он?..

Улыбка на лице мужчины тут же померкла. Он лишь молча покачал головой, подтверждая несказанного. Молчание обрушилось так резко на пару, что начинало давить отзвуком каждого шага.

Шаг за шагом они приближались к палатам, и каждый шаг был как удар по сердцу. Тохис крепче сжимал руку Сандру, пытаясь передать ему хоть немного своего тепла и силы.

— Глупо звучит. — Мужчина нарушил молчание, когда до палаты оставалось совсем немного.
— Ты о чем?
— Твое имя. Сандру Мирэ... Не звучит. — он испустил короткий смешок, ловя на себе непонимающий взгляд подростка. — Не лучший момент для такого, пожалуй. Но усыновлю тебя. Когда все закончится... Конечно, если ты согласишься.

Сандру с удивлением смотрел на Тохиса. В его глазах мелькнула надежда, что-то тёплое и трепетное.

— Я... — что сказать? Слова застряли в горле, все внутри бурлило противоречивыми эмоциями.
— Не нужно сейчас давать ответ, — мягко сказал Тохис, видя его замешательство. — Отдыхай. У тебя еще впереди много работы.
— Спасибо.

Уже через несколько месяцев война была официально окончена. Звание «беспризорника» была вычеркнута из жизни, а в паспорте возле имени непривычно ютилась фамилия Мирэ.

Спустя несколько лет Сандру получил приглашение на обучение в только достроенный Даймоукан, которое он без раздумий принял. А после и упорная работа в S.A.I.D. в рядах оперативников.

Характер и Дополнительное ———>