Сами придумаете, мне лень

Гарри почти достиг спасительной двери, желая лишь одного — оказаться подальше от Снейпа и его ядовитых слов. Но резкий рывок заставил его остановиться. Боль пронзила запястье, когда длинные пальцы профессора сомкнулись на нем стальной хваткой.

— Отпустите, — процедил Гарри сквозь зубы, дернув рукой, но хватка Снейпа только усилилась. 

В следующее мгновение сильный рывок потянул его назад, заставляя потерять равновесие. Он оказался в опасной близости от Снейпа, его черных глаз, пылающих яростью. Горячее дыхание обожгло щеку, когда Снейп наклонился, его голос, низкий и угрожающий, прошипел прямо в ухо:

— Ты такой же высокомерный, такой же… наглый, как и твой отец. Думаешь, тебе все позволено, Поттер?

Гарри почувствовал, как гнев вспыхнул в нем, смешиваясь с обидой и чем-то еще, чему он не мог дать название. Он не Джеймс, и устал от постоянных сравнений. Но слова застряли в горле, вытесненные близостью Снейпа, его запахом — смесью зелий и чего-то горько-сладкого, что кружило голову, опьяняло и будоражило.

— Я… — начал Гарри, но осекся, не в силах отвести взгляд от темных глаз, в которых бушевала буря эмоций, скрытых за привычной маской презрения. 

В этот момент, глядя на искривленные в гневе губы Снейпа, Гарри вдруг осознал, что ненависть, которую он испытывал к своему профессору, давно сменилась чем-то другим, чем-то пугающим и захватывающим одновременно.