SafeSpace [bonus_2]
Рики✍️✍️Дверь ванной тихо отворилась. Эндрю слышал, как Натаниэль тихими шагами прошёл до кухни, кожей ощущал, как парень медленно приближается к его спине, но решил не оборачиваться. Кофе был почти готов.
– Ты когда-нибудь думал о смене профессии? – произнёс Нат, облокотившись о столешницу, – стать, например, не юристом, а пожарным? Архитектором, менеджером, бариста или, быть может, парикмахером?
Эндрю перевёл вопросительный взгляд на омегу. Парень не удосужился застегнуть рубашку, но поверх привычных кожаных перчаток надел одноразовые перчатки телесного цвета. Вопросы медленно сменяли друг друга, но Эндрю не успел обдумывать ни один из них. Внимание привлекла маленькая капля крови, быстро снисходящая от шеи до груди. Дальнейший путь Миньярд пресёк. Оторвал бумажное полотенце, стёр влажную дорожку и, сложив полотенце вдвое, приложил его к крошечной царапине у основания челюсти.
– Порезался, пока брился, – пояснил Нат, – так что думаешь? Попробуешь себя в роли парикмахера?
Слабо приподняв брови, Эндрю выждал секунду. Натаниэль должен был понять, насколько глупо прозвучало его предложение, но вместо этого омега слегка наклонил голову, ожидая ответ. Миньярд снял турку с огня и разлил кофе по кружкам. Добавил в свою сахар, сливки и шоколадный сироп. Медленно перемешал и украсил напиток взбитыми сливками.
– Ужас, – тихо прокомментировал Нат, потянулся за своей чашкой и сделал глоток кофе, – должен признать, ты очень талантлив. Руки, способные создать произведение искусства, вызывают у меня…
– К чему всё это? – перебил Эндрю.
– Изначально я хотел, чтобы ты избавил меня от этого убожества, – Натаниэль запустил пальцы в волосы и оттянул пряди, – но подумал и решил высказать своё мнение.
– Ты ошибаешься, – равнодушно произнёс Эндрю, – обычный кофе средней паршивости.
– Не принижай свои достоинства, тебе не идёт.
Альфа сделал небольшой глоток кофе. Он понятия не имел, как нужно реагировать на нечто подобное. Никто никогда не рисковал и не делал ему комплиментов. Даже самые отчаянные и пьяные омеги начинали флирт по-другому – с явным намёком на продолжение, которое может последовать после. Натаниэль был в приподнятом настроении и говорил, что думал. Слишком буднично и подозрительно искренне.
– Раздражаешь, – произнёс Эндрю, – как ты планируешь убрать это с волос?
– Есть одно средство. Ты в деле?
Миньярд хотел отказаться. Сказать «нет», как он говорил всем другим людям, продолжить пить свой кофе и затянуться сигаретой. Обычное спокойное утро. Нат мог справиться самостоятельно, не просил о помощи, но словно хотел привлечь альфу к этому занятию. Отказ освободит от лишней волокиты, ненужных телодвижений и работы со средствами для волос.
Стоило ответить отказом. Вместо этого Эндрю слабо кивнул, соглашаясь.
Натаниэль принёс из спальни кислотную смывку для волос. Наспех смешал средство, стараясь не испачкать столешницу. Он заметил, как поморщился альфа от резкого запаха. Сдержав тихий смешок, Натаниэль продолжил. Можно было сходить в салон, где волосы приведут в приемлемый вид, но что может быть лучше, чем вовлечь «самого безразличного человека в мире» в небольшую авантюру?
– Ты ешь из этой тарелки хлопья, – сухо произнёс Эндрю.
– Я обязательно помою её, – заверил Нат, – или куплю новую. Готово. Хочешь начать спереди или?..
– Просто сядь.
Придвинув стул ближе к окну, Натаниэль сел на него в ожидании Эндрю. Альфа ненадолго отлучился в ванну за парой одноразовых перчаток. Вернувшись, Миньярд смотрел на тарелку с недовольным выражением лица, словно перед его глазами предстало нечто отвратительное. Нат прикрыл глаза, сосредотачиваясь на запахе: резкая химия, но относительно терпимая. Многие краски пахнут в разы хуже и вызывают слезотечение.
Эндрю подошёл к Натаниэлю, держа в левой руке глубокую тарелку с сомнительной субстанцией. Пальцы свободной руки альфа запустил в тёмные пряди и слегка оттянул назад. Нат не открыл глаза, но его губы дрогнули в слабой улыбке. Он послушно запрокинул голову, подаваясь пальцам.
– Мне не стоит ждать кисточки?
– Я похож на художника? – усмехнулся Веснински, – мои изобразительные таланты закончились на твоей шее.
– Не принижай своих достоинств. Тебе не идёт, – напомнил Эндрю.
– Значит, я могу…
– Заткнуться. Что я получу, если уберу эту дрянь с твоих волос?
– Я могу испечь печенье? – недолго подумав, произнёс Натаниэль.
– Ты умеешь готовить?
– Я готов научиться.
Медленно приблизившись к уху омеги, Эндрю перешёл на едва различимый шёпот.
– Да или нет?
– Да.
– Не открывай глаза и не прикасайся ко мне.
– Хорошо.
Вернув голову Натаниэля в исходное положение, Эндрю опустился на бёдра омеги. Выждав пару секунд, Миньярд принялся распределять средство по волосам.
Совсем недавно Нат сидел на бёдрах альфы и испытывал совершенно иные эмоции. На пляже он был эмоционально разбит и хотел почувствовать себя лучше. Парень не придал должного значения происходящему, сосредоточившись на внутренних переживаниях. Сегодня он чувствовал себя значительно лучше, и мог думать только об альфе.
Пальцы быстро распределяли средство, не особо бережно, но тщательно. Тяжесть тела Эндрю, едва ощутимый терпкий феромон, который альфа, казалось, специально не скрывает полностью. Хотелось расположить ладони на спине парня, медленно провести ими вниз, пальцами очерчивая мышцы, и остановиться на бёдрах. Изучить Эндрю полностью, узнать, какие прикосновения ему нравятся, а от каких он предпочитает воздерживаться. Натаниэль убрал руки за спинку стула, чтобы ненароком не потянуться к альфе.
Сцепив пальцы в замок, Нат напрягся. Был ли он и Ичиро единственными, кого беспокоят шрамы?
Вскоре Миньярд закончил. Поднялся, напоследок сильно сжав волосы на затылке. Эндрю отставил тарелку на стол, выбросил перчатки и покинул квартиру. Ему нужно было побыть наедине с собой. Без цепкого взгляда Натаниэля, приковывающего к себе всё внимание. Без лёгкого флёра сладкого феромона, медленно смешивающегося с запахом альфы. Внутренний голос скандировал, что необходимо остаться рядом с омегой, расслабиться и отпустить опасения. Перестать сдерживать себя и наслаждаться моментом.
Эндрю не верил в судьбу, но уже шла третья по счёту сигарета, а он вновь и вновь мыслями возвращался к Нату: омега в любом состоянии не переходил тонкую грань, разделяющую желания и договорённости. Может, Эндрю был глупцом, пытаясь уличить Натаниэля в противоречиях. Он должен был оказаться в ситуации, в которой Нат покажет своё истинное лицо: перестанет говорить, что думает, как и делать, что говорит. Миньярд хотел разочароваться в парне, пока не сильно привязался к нему, глубоко внутри желая никогда не испытать чувство горечи из-за этого омеги.
Пачка сигарет подошла к концу. Эндрю купил новую, после чего вернулся в квартиру. Он обнаружил Натаниэля на кухне. Волосы почти высохли, но омега так и не удосужился застегнуть рубашку. Парень был поглощён готовкой, напевая под нос навязчивую мелодию. Эндрю не был уверен, что в мире существует хотя бы один рецепт, рекомендующий добавить в одно блюдо весь сахар, который можно найти в квартире. Он решил не останавливать омегу, наблюдая за ним со стороны.
В груди медленно зародилось приятное тепло, которое альфа не попытался убрать. Разочаровываться пока рано. Не в момент, когда Натаниэль пытается создать тесто для печенья.