STOP-WORD

Заявка отправлена. Пальцы виснут над

клавишами после резкой нажатии по кнопке отправки заявления со своей кандидатурой на работу. Не знает, сколько времени проходит, пока он сидит статуей и, судя по всему, чего-то ждёт. Словно ему позвонят прямо сейчас. 

Ответ на электронное письмо приходит к вечеру. Парня приглашают на собеседование завтра, к семи вечера, когда осеннее солнце начнет заходить за горизонт, оставляя последние, но негреющие лучи, от которых легко спрятаться.

Он замирает с зубной щеткой в зубах и склоняется к монитору своего ноутбука, вчитываясь в текст:

Здравствуйте, Ким Тэхён. 

Благодарим вас за отклик на вакансию Перформера для цифрового медиаконтента. Мы внимательно ознакомились с вашим резюме и хотели бы пригласить вас на собеседование, которое состоится шестнадцатого октября этого года, в семь часов вечера по адресу: США, штат Калифорния, г. Беркли, Шаттук-авеню, дом 2176. 

Пожалуйста, подтвердите возможность вашего присутствия ответным письмом.

С уважением,

Дирекция Falcon Studios, 

Чон Чонгук.

Его взгляд сменяется на растерянный. Решение принятое после бессонной ночи, внезапно вспоминается пропустившему удар сердцу. После – сосредоточенный. Раз уж его взяли, значит, он в действительности чего-то стоит, даже если это грязная индустрия, выбранная им неосознанно. Из него пытались сделать порно-звезду непрофессионально – записывали обнаженным без его сознания, сливали в сеть, а на утро оставляли среди таких же голых, спящих людей. 

Его руки дрожат весь следующий день во время сборов – он знает, что нужно выглядеть идеально в этой компании. Знает рамки дозволенного и обязанного на территории грязи. Документы давным-давно собраны – знал, что потребуют при подписи контракта, от мысли которого низ живота стягивает в приятном импульсе. 

Здание оказывается намного больше, чем было предоставлено на фотографиях в интернете. С улицы выглядит стандартным офисом с охраной у дверей, которой ему приходится представится, чтобы пропустили внутрь, где и начнется его деятельность настоящей порно-звезды, о которой будут мечтать многие. Он знает. 

— Здравствуйте, Ким Тэхён? — любезничает девушка на ресепшене, хлопая длинными ресницами, получая кивок в ответ. — По коридору направо, там будет лифт. Пятнадцатый этаж, пятисотый кабинет по прямой. 

Парень следовал указательному пути, вслушиваясь в эхо своих-же шагов среди тишины. Окна этажей тонированы наглухо черным, не позволяя посторонним заглянуть в происходящее здесь. Он удивляется такой тишине – вряд ли сейчас рабочий день актеров подошел бы к концу, учитывая количество содержимого на официальной странице сайта, который в итоге стал для него единственным спасением и той же гибелью его отрасли грязного птенца. 

Стук оказывается быстрым и неловким. Тэхён рассматривает коридор, содержимое своей сумки, держа в руках телефон. Дверь перед ним раскрывается и он устаканивается на мужчину чуть старше него, с угольными волосами и темными глазами. Его тело облегали черные брюки и рубашка, что была распахнута у первых четырех пуговиц. 

— Ким Тэхён? — глубокий голос пронзает, заставляет вслушиваться. — Проходи. Папку с документами мне на стол, берешь необходимое со шкафа и идешь за мной. 

И он идет. Поднимаются этажами выше и идут в студию, которая предначертана одному человеку здесь. Во вчерашней переписке оба узнали достаточно, чтобы сидеть и вести светские переговоры, которые никому не нужны в самом деле. У Тэхёна нет компетенции, из опыта лишь неудачный половой акт, закончившийся просоньем там, где не должно было быть. 

— Стоп-слово помнишь? — спрашивает начальник, регулируя основной цвет к минимальному освещению пространства, позволяя тому осмотреться. 

— Да, я помню! — с нервозностью отвечает Ким, беглым взглядом рассматривая содержимое. 

— Отлично. Раздевайся, для первого раза съемки не будет, а мне необходимо самостоятельно понять, к чему ты пригоден, — говорит тот, задев кончиком указательного подбородок парня перед собой, заставляя посмотреть на него. В индустрии достаточно азиатов, но настолько красивых – мало. Чонгук уверен, спрос на этого мальчишку будет бешенным в скором будущем. 

Он раздевается перед глазами мужчины, гипнотизирующего его взглядом, утопая под этой пристальностью в виде упорства и наступления на него, чтобы в конечном итоге обхватить тонкую шею крупной ладонью и прижать к себе вплотную, крепко обхватывая талию. 

— Сядь на колени и раздвинь ноги шире, — велит ему Чон, отпуская и расстегивая ремень на брюках, чтобы зацепить его на шее парня, дергая за кожу, заставляя упираться носом в низ живота. Тэхен смышленный – не упуская минуты, зубами расстегивает молнию, чувствуя холодный метал, который отдается неприятностью во рту. Брюки оказываются у колен юноши, язык скользит по выбивающейся плоти из под ткани нижнего белья, глядя прямо в глаза мужчины, поддевая резинку и опуская её также к низу. Горячая головка оказывается внутри, под напористыми движениями двигаясь в такт удушающему ремню. Он берет глубже, игнорируя рвотный рефлекс – член ощущается намного больше в узком рту. 

Тэхён взбирает щеки и протяжно мычит всякий раз, когда половой орган касается стенки горла – в уголках глаз выступают слезы, но он и не думает прекращать, вбирая в себя по самые яйца старшего. Его голову оддергивают также сильно, вынуждая испуганными глазами взглянуть на своего покровителя, который остается полностью обнаженным вместе с ним. Чонгук находит в ящике веревку – она же и приходится необходимостью в связывании возбужденного тела перед ним, пока розоватая узкость пульсирует перед глазами. Между ними нет разговора – лишь безмолвное понимание желаний друг друга. 

Тэхёна болезненно ударяют по ягодице, вынуждая его вскрикнуть. После ещё раз, и ещё, доводя мягкую кожу до покраснения. Задница упругая, так и хочется её иметь до беспамятства, чем он и займется. 

Руки оказываются привязанными к углам кровати по две разные стороны, образовывая красные следы от натирания, когда младший пытается приподняться, чтобы коснуться крупных плеч мужчины. Холодная жидкость смазки обильно стекает по тюбику и каплями падает на подтянутый живот, заставляя вздрогнуть. 

— Чонгук, — шепчет пухлыми губами чужое имя, к которым касаются своими, пока руки поддевают бедра, раздвигая их шире, проводя линию от аккуратного члена до промежности. 

— Да? — смотрит на него в полумраке, сходя с ума от наивности кукольных глаз, входя на пробу двумя фалангами сразу. Ответа он не получает: хрупкое тело выгибается, сводит коленки друг к другу, сжимая руку меж, мешая полноценно мужчине нависать над ним. 

Пальцы заходят глубже. Касаются чувствительных бугорков стенок, оставляют приятное послевкусие вновь. Он хочет этого также сильно, как и сам Чонгук, спустя мгновение входящий в него уже своим членом.

— Не останавливайся, — стонет сходящий с ума Тэхён, в тело которого вбиваются мощными толчками, не оставляя возможности на произношение чего-либо, кроме истощающих голосовые связки стонов, разбивающиеся эхом в углах огромной комнаты, в которой они запечатлеются вне посторонних глаз и ненужных камер.

Ноги сумасшедше лежат на склоняющегося ниже Чонгука плечах, который ловит каждый грязный вскрик из рта мальчишки поцелуем, заполняя его собой так, что кажется, что он был создан именно для него, целиком и полностью. С закрытыми глазами чувствует всё крышесносное удовольствие от тугости и мягкости хрупкого тела, о котором он думал последние сутки после обмена нескольких сообщений. Ему плевать на формальность – он не втрахивает девственных мальчишек в кровати его студии, поручает это дело работающим на него актерам. Тэхён же иной случай – не овладеть этим телом показалось ему очередным грехом среди предыдущих. 

Они сливаются в одно целое, становятся им беспрерывного полового контакта, с удушающей духотой и хриплыми голосами друг друга. Тэхён изливается первым – с громким криком кончает на себя, пачкая потную кожу Чонгука над ним. Он набирается смелости, с трудом приподнимается и сильно кусает покровителя в мочку уха. 

— Остановись, — тяжело дышит он, вздрагивая от каждого толчка попадающего в комок нервов. — Мне нужно..

Ему не дают закончить. Подвигают к изголовью кровати, попутно распутывая собственные узлы веревок, позволяя парню свободно касаться себя, прижиматься плотнее, чтобы оказаться под ним. Тэхён прижимает мужчину к постели, активно двигая бедрами восьмеркой на пульсирующей внутри него плотью. В него без предупреждения извергаются, заполняя спермой всё нутро. Они мельком переглядываются, окончательно теряют себя в унисон, с жадностью впиваясь в губы. Чонгук их терзает, присваивает себе с каждым укусом, двигая бедрами навстречу, пока горячая жидкость стекает из тела на его собственное. 

Мальчишка хмурится, смущается упрямого взгляда на него, чувствуя, как щеки покрываются румянцем. Крупные ладони ложатся на талию, позволяя себе сжать, насадить глубже, входя него под другим углом. Тэхён весь сжимается от удовольствия, когда чужие губы касаются его груди, поочередно кусая за чувствительные и затвердевшие соски, которые также нуждались в ласке. Его тело постепенно покрывается засосами, из которых выступают капли крови. На мужчине также покоятся несколько сильных укусов, равносильные грубости старшего и его силы. 

Им обоим не сосчитать оргазмов, смененных поз за прошедшую ночь. Постель влажная столько же, сколько и два измученных тела на ней. Удовлетворенная пытка для них, которую они обязательно повторят снова. Здесь, на этой постели, этажами ниже, в кабинете, пока их сумасшествие не дойдет до постели одного из них. 

— Тэхён, — зовет его мужчина, задев подбородок, поднимает голову к себе. — Ты не будешь сниматься на моем сайте, — звучит вслух, пока большой палец проникает меж пересохших губ. — Ты будешь для меня. Моим, — так тихо, но так громко для чужого слуха. — И ты никуда от меня не денешься, грязная птичка.