СПОР

— Теперь повернись ко мне задом, — добавил Тэхен — Ты всегда такой напряжённый, хён. Даже когда проигрываешь.

Чонгук фыркнул, но не ответил. Его гордость ещё сопротивлялась, но тело уже предавало: дыхание сбилось, когда Тэхён надавил коленом между лопаток, заставляя согнуться ниже, а сам тем временем расстёгивал собственные шорты. Звук молнии показался оглушительным в тишине раздевалки.

— Думал, я шучу? — Тэхён наклонился, его губы почти касались уха тренера, когда он шёпотом добавил: — Я хочу услышать, как ты стонешь. *Мое* имя.

Пальцы впились в бёдра Чонгука, когда Тэхён толкнул его вперёд, прижимая к стене. Тот автоматически упёрся ладонями в плитку, лоб прижался к холодной поверхности, а спина выгнулась, когда Тэхён вошёл в него одним резким движением. Никакой подготовки, никакой нежности — только жгучая боль, которая тут же растворилась в волне нестерпимого удовольствия. Чонгук зарычал, но Тэхён лишь рассмеялся, хрипло и низко, чувствуя, как тот сжимается вокруг него.

— Тише, — прошипел он, вгоняя ещё глубже, так что Чонгук вздрогнул, а его пальцы скребли по стене. — Или кто-нибудь услышит, как тренер стонет как сука.

Это слово подействовало как спусковой крючок. Чонгук заскулил — тихо, почти незаметно, но Тэхён услышал. Его собственное дыхание сбилось, когда он начал двигаться, каждый толчок отдавался в пояснице, а руки скользили по потной коже тренера, цепляясь за плечи, за волосы, дёргая за них, когда тот пытался вырваться. Но Чонгук не сопротивлялся по-настоящему. Его тело подчинялось, даже когда разум ещё бунтовал — он отталкивался от стены навстречу каждому движению, его стоны становились громче, несмотря на угрозы.

— Нравится? — Тэхён прикусил ему плечо, ощущая, как Чонгук вздрагивает. — Признайся.

— Чёрт… — Чонгук выругался сквозь зубы, но его голос дрогнул, когда Тэхён изменил угол, целясь прямо в ту точку, от которой у того подкашивались ноги. — Да, ебать…

Тэхён усмехнулся, ускоряя темп. Его бёдра хлестали по ягодицам тренера, мокрый звук каждый раз отдавался эхом в пустой раздевалке. Он знал, что Чонгук близок — его дыхание стало прерывистым, мышцы напряглись, как перед финальным броском на матче. Но Тэхён не собирался давать ему кончить так просто.

— Рукой, — приказал он, хрипло и властно. — Трогай себя. Сейчас.

Чонгук замер, но затем его рука дрожащими пальцами потянулась к себе, и Тэхён наблюдал, как тренер, начинает дрочить, его локоть упирался в стену, а плечи тряслись от каждого толчка. Тэхён чувствовал, как Чонгук сжимается вокруг него всё сильнее, его собственное возбуждение росло с каждой секундой — он знал, что тот во—вот кончит, и это знание сводило его с ума.

— Я… — Чонгук задохнулся, его спина выгнулась дугой, когда сперма брызнула на стену. Тэхён не остановился. Он продолжал двигаться, чувствуя, как Чонгук всё ещё пульсирует вокруг него, его стоны превратились в сдавленные всхлипы.

— Ещё не всё, — прошипел Тэхён, хватая его за волосы и дёргая голову назад, так что их губы почти коснулись. — Ты же ещё не сказал, кто тебя ебет.

Чонгук открыл рот, чтобы ответить, но вместо слов из его горла вырвался лишь сдавленный крик, когда Тэхён вошёл в него снова, глубже, чем когда-либо прежде — и на этот раз не собирался останавливаться, пока тренер не запомнит это имя на всю оставшуюся жизнь.