Штормовое предупреждение

Тёмные тяжёлые тучи нависли над головой, закрывая голубое небо. Дул сильный ветер, такой холодный, пронизывающий до костей. Всё на окраине большого города стало серым, мрачным и молчаливым, будто готовилось к приходу самой настоящей бури. У тротуара, близ сектора частных домов, остановилась белая машина с чёрно-жёлтым лайтбоксом на крыше — такси. Открылась задняя дверь, и оттуда вышел молодой человек высокого роста с волнистыми волосами цвета блонд, на нём было длинное тёмно-зелёное пальто. Ян Сазонов, медиум. Что-то сказав водителю, он захлопнул дверь и отошёл на несколько шагов от автомобиля, держа в одной руке красивую трость, а в другой — небольшой чёрный чемоданчик. Вскоре машина уехала, а Ян осмотрелся вокруг: частные дома, богатые и бедные, с большими и маленькими дворами, с высокими и низкими заборами. За несколькими лаяли собаки, которым приход чужака совсем не нравился. На первый взгляд в этом месте не было ничего странного, самая обычная окраина города, а потому, не заостряя ни на чём внимание, Ян двинулся вперёд по тротуару, иногда разглядывая бетонные фонарные столбы или заборы местных жителей. Некоторые жильцы выглядывали в окна, пытаясь понять, кто это ходит по их улице. В конце концов, путь привёл его к полноводной реке, через которую пролегал высокий железный мост с двумя полосами движения для машин и с отдельными дорожками для пешеходов: по нему нужно было пройти, дабы попасть в другую часть жилого сектора. Ян взобрался на него по ступенькам и в неспешном темпе направился дальше. Трость в его правой руке отстукивала мерный ритм по асфальту в такт его шагам. Он не торопился, ибо не хотел, чтобы левая нога опять разболелась, а потому позволял себе рассматривать незнакомую местность чуть дольше, чем делал это обычно. Машин практически не было, проехали только две или три, освещая жёлтым светом фар дорогу и шелестя шинами. Временами окраина погружалась в безмолвие, приукрашенное лишь сиплым пением ветра, а временами и он умолкал. Ян кутался в воротник пальто и щурил глаза, ибо иногда порывы были почти ледяными.

«Хотя бы снег сошёл, уже чувствуется весна», — подумал он, в очередной раз натягивая ткань пальто вверх свободными пальцами левой руки, в коей нёс чемодан.

Сегодня Яна вызвали разобраться с чертовщиной, которая происходила дома у людей, недавно похоронивших дальнего родственника. Они уверяли, что покойник с того света теперь пытался довести их до сумасшествия, и были настолько напуганы, что умоляли медиума приехать как можно скорее, даже собирались доплатить ему сверху за срочность. Ян согласился помочь, но лишние деньги брать не стал, так как никаких других дел у него не было, и он смог сразу прибыть к несчастным, дабы понять, что же именно у них происходит. Говоря откровенно, он сомневался, что дело в покойнике. Вероятнее всего, семья скрывала что-то ещё.

«Так часто бывает».

Вновь порыв ветра, яростный, нетерпеливый. Ян тряхнул головой, убирая упавшую на лицо волнистую прядь волос, и тут краем глаза заметил что-то. Точнее, кого-то: на другой стороне моста стояла девушка с длинными чёрными волосами, одетая в короткую куртку и джинсы, она не двигалась и смотрела вниз, на грязные воды реки. И всё бы ничего, да только стояла она на перилах, явно собираясь прыгать вниз. Внутри Яна что-то щёлкнуло, он остановился на секунду, а после глаза его расширились.

«Откуда она там взялась? Секунду назад никого не было!»

Он кинулся к оградке, что разделяла пешеходную зону с проезжей частью, и громко закричал, чтобы его было слышно на той стороне:

— Эй! Стой! А ну стой!

Девушка никак не отреагировала, она так и продолжала стоять на самом краю, а ветер нещадно трепал её пряди. Ян ощутил, как сердце его загрохотало, он закусил щёку изнутри и хаотично принялся смотреть то по сторонам, то на оградку перед собой: пытался решить, как быстрее добраться до незнакомки, пока не случилось непоправимое. И когда он уже бросил на асфальт свои чемодан и трость и собрался перелезть через ограду, девушка начала двигаться. Она расставила руки в стороны, запрокинула голову к небу и оттолкнулась ногами от перил. Её худенькая фигурка на мгновение зависла в воздухе, а затем исчезла за металлическими конструкциями. Больше не раздалось ни звука.

Ян, уже подтянувшийся на ограду, замер, все мысли из его головы мигом испарились. Ещё пару секунд он до побеления пальцев стискивал металл в своих руках, а затем медленно разжал их и деревянно, будто кукла, опустился. Немного постоял, забыв, как дышать, а после тряхнул головой:

«Может, ещё можно сделать что-то!»

Он уже хотел рвануть обратно, но остановился, когда заметил на той стороне пешеходной зоны какое-то движение. Девушка. Длинные чёрные волосы, короткая куртка, стоит прямо на перилах, готовая прыгнуть. Раскидывает руки и поднимает голову к небу. Ян выдохнул, на лице его вновь появилось спокойствие.

«Ясно. И почему я сразу этого не понял». — Он повернулся к трости и чемоданчику, брошенным на асфальт, подобрал их, стряхнул пыль, теперь уже не спеша.

Затем пошёл вперёд, до самого конца моста, уже не глядя на девушку, которая снова прыгнула вниз, в реку, а потом... Ещё раз появилась на перилах, будто заевшая на одном месте пластинка. 

«Мертвец, привязанный к месту смерти». — Ян, дойдя до начала дороги, перешёл на другую её сторону и теперь направился обратно на мост, на этот раз к девушке. — «Нет смысла со всех ног бежать: она уже никуда не денется».

Машин не было видно, как и людей. Ветер немного утих, а тучи, казалось, стали ещё чернее. Начал накрапывать дождь. Единственными светлыми пятнами в этом мраке оставался лишь свет окон в домах вокруг. Ян подошёл к мертвецу уже довольно близко, по пути наблюдая за тем, как она из раза в раз кидается в реку. Не самое приятное зрелище. Мысленно он начал перебирать варианты того, что с ней могло произойти. Почему её душа вынуждена повторять эти действия?

«Простите, заказчики, но я не могу пройти мимо. Я помогу ей и немного опоздаю на задание».

Оказавшись на минимальном расстоянии с неупокоенной душой, Ян приподнял голову, с глухой печалью глядя на неё: из-за треплющихся волос он не мог рассмотреть лицо девушки, но отчётливо видел её плотно сжатые синие губы и трясущиеся раскинутые в стороны руки. Казалось, она совершенно не замечала ничего вокруг, даже того, что кто-то к ней подошёл. Она была очень худенькой и невысокой, совсем подросток. Когда девушка собралась ещё раз нырнуть в грязную воду, Ян с ледяным спокойствием прислонил свою трость к ограждению, протянул освободившуюся руку к душе и крепко стиснул её запястье.

— Хватит, — негромко сказал он.

Её кожа была ужасающе холодной и немного склизкой. Ощутив прикосновение, она вздрогнула и медленно повернула голову к Яну. Он смог рассмотреть её лицо: впалые зелёные глаза, большие синяки под ними, осунувшиеся, измождённые черты. И взгляд, в котором без труда читалось отчаяние, чернее самого мрака. Осознав, что кто-то увидел её, наконец рассмотрел неприметную фигурку среди этого огромного мира, девушка опустила руки, а её серое лицо вдруг просветлело. С глазами, полными слёз, она шепнула едва различимо:

— Помоги.

— Я для этого и пришёл. — Ян чуть приподнял уголки губ. — Расскажи мне о себе всё, что сможешь.

Она кивнула, и в его голову тут же полились её воспоминания, иногда обрывочные, иногда ясные и чистые. Эту девушку звали Влада, и она жила здесь, на окраине города, в одном из непримечательных домов. У неё была семья: мама, папа и два младших брата. Обычная школьница, обычная хорошистка, обычная девочка, каких в мире тысячи. Она мало с кем дружила, и то, этих людей она могла назвать лишь знакомыми, а в семье отношения хоть и были хорошими, но Влада всё равно не могла доверить родителям многие свои переживания и чувства. Просто стеснялась. Тогда она нашла друзей в интернете, весёлых, верных, которые искренне любили её, а затем предложили вместе сыграть в одну интересную игру. Поначалу они просто выполняли различные задания в реальной жизни, несложные и забавные, смеялись и двигались по уровням дальше. Пока Влада не втянулась окончательно. В ней возник азарт, ощущение свободы и жажда продолжения. Ей ещё ни разу не было так хорошо, даже когда игра стала более дерзкой. Пока, в конце концов, её друзья не начали присылать ей фото изрезанных рук в качестве следующего задания. Влада согласилась, ведь уже оказалась под их влиянием, ей думалось, что порезы — и правда хороший способ дать волю эмоциям. Затем ещё, ещё и ещё. Пока, наконец, не пришло время последнего задания. Влада долго думала над этим, но друзья убедили её, что это необходимо. Так она и оказалась на мосту. Сомневаясь, колеблясь, рыдая и не зная, что делать, она всё же спрыгнула в реку и...

Это не принесло никакого спокойствия. Из-за собственных сомнений Влада застряла в мире живых и теперь была вынуждена повторять свою смерть из раза в раз, не в силах прекратить.

«Ужасно», — подумал Ян, увидев все события её жизни. — «Отдаться в руки самому уродству — смерти, променяв на неё свою жизнь. Ненавижу подобное».

Говорить это вслух он не стал, ибо заботился о чувствах и так измотанной души. Дождь усилился, ветер стал более порывистым. Мимо проехала машина с включёнными фарами, отчаянно работая дворниками по лобовому стеклу. Ян, не отпуская запястье Влады, дабы та не ушла в свой замкнутый круг, поставил одну ногу на ограждение рядом с тростью, положил на неё чемодан и открыл тот второй рукой. Светлые волосы промокли, неприглядными прядями повисли вниз, а одежда прилипла к телу, но Ян не обращал на это внимание. Влада рядом с надеждой наблюдала за всеми действиями. В чемодане, обитом изнутри зелёным бархатом, оказались вещи, необходимые для ритуалов: большие свечи, православный крест, много бумажек в защитной плёнке, тонкая верёвка и чёрная записная книжка. Всё начало мокнуть под дождём, но Яна, кажется, это не сильно волновало. Он достал из чемодана верёвку, затем захлопнул тот и поставил на дорожку, а после быстрыми, уверенными движениями опутал ею своё запястье и запястье Влады, завязал на них по узлу и лишь тогда отпустил руку девушки. Она резко, испуганно задержала дыхание, уже готовая снова рухнуть в ледяную речную воду, кинула полный непонимания взгляд на Яна. И ничего не произошло. Влада осталась стоять на месте, а между ней и медиумом теперь болталась тонкая верёвочка.

— Я не могу помочь тебе прямо сейчас, потому что должен пойти ещё к кое-кому, но ты пойдёшь со мной, — начал объяснять он, подбирая обратно чемодан и трость. — Эта верёвка — что-то вроде связки для нас с тобой, чтобы ты не вернулась в своё прежнее плачевное состояние. Когда разберусь с одним заданием, мы с тобой пойдём искать твоё место на кладбище, и уже там я отправлю тебя в лучший мир. Верёвку никто, кроме нас, не видит.

Он говорил основательно, очень спокойно, не предлагая и не спрашивая, а просто ставя перед фактом. В конце концов, у неупокоенных душ не было иного выбора, кроме как пойти вместе с ним, если они действительно хотели прекратить свои страдания. Влада, выслушав его, шире раскрыла глаза: наконец, помимо бесконечной бури из горя и отчаяния, в них скользнул лучик света. Она ответила тихо-тихо, почти беззвучно:

— Хорошо. Спасибо.

Ян приподнял уголки губ:

— Это моё предназначение, не стоит благодарить.

После этого он вместе с Владой направился вперёд, на этот раз к заказчикам, что с нетерпением ждали его прихода. Он не мог бросить их и отправиться спасать девушку, ибо помнил, насколько обречённо они просили его помочь. Совесть просто не позволяла этого сделать. На пару секунд он повернул голову назад, насколько смог: Влада плелась позади, едва сдерживая слёзы и глядя вниз, на тёмный от воды асфальт. Ян лишь коротко выдохнул и вернул взор обратно, теперь смотря только вперёд. Трость мерно застучала по дорожке под шум дождя. Ветер окончательно стих.

«Надеюсь, у заказчиков будет свободное полотенце, а то я намочу им всё», — теперь уже Ян начал ощущать, что промок да и к тому же сильно замёрз.

Благо, до нужного дома оставалось дойти совсем немного.