Школьники. Глава 8.
Глава 8. Хищник внутри
После того случая на складе прошёл месяц.
Феликс вроде бы пришёл в себя. Он снова улыбался, снова обнимал Хенджина по утрам, снова дурачился с Джисоном. Но Хенджин чувствовал – что-то сломалось внутри его мужа.
И однажды это вылезло наружу.
---
Им пришлось брать "языка". Человека, который знал, где прячется глава вражеской группировки. Обычная работа.
Пленного привезли в подвал их дома. Связали, посадили на стул. Мужчина лет сорока, наглый, с кривой улыбкой.
–Я ничего не скажу, – заявил он сразу. – Можете пытать – бесполезно.
Хенджин хотел начать допрос сам, но Феликс положил руку ему на плечо.
–Разреши мне.
–Ты уверен?
–Да.
Хенджин колебался, но кивнул. Он вышел из подвала, но оставил камеру включённой – наблюдал с телефона наверху.
Сначала всё было нормально. Феликс задавал вопросы. Пленный молчал и плевался.
–Ты знаешь, кто я? – спросил Феликс тихо.
–Знаю. Рыжий псих из школы.
–Псих? – Феликс улыбнулся. – Ты даже не представляешь, насколько прав.
Он достал нож. Обычный, кухонный. Подошёл к пленному и взял его руку.
–Будешь говорить?
–Пошёл ты.
Феликс вздохнул и отрезал ему мизинец.
Пленный заорал. Феликс спокойно положил палец на стол рядом.
–Это был мизинец. У тебя осталось ещё девятнадцать пальцев. Потом руки. Потом ноги. Я никуда не спешу.
Сверху Хенджин побелел и вцепился в телефон.
–Феликс, – прошептал он, но микрофон был выключен.
В подвале продолжалось.
Феликс отрезал второй палец. Потом третий. Пленный кричал, плакал, но молчал.
–Ты крепкий, – похвалил Феликс. – Мне нравится.
Он взял молоток и раздробил пленному кисть. Кости хрустели мерзко и влажно. Пленный зашёлся в крике и потерял сознание.
Феликс плеснул водой. Тот очнулся.
–Продолжим?
Ещё через два пальца пленный заговорил. Выдал всё – адреса, имена, явки. Но Феликс не остановился.
–Ты сказал, – кивнул он. – Но мне ещё не всё равно интересно. Как далеко ты сможешь зайти?
Он взял пилу.
–Нет... пожалуйста... я всё сказал! – заорал пленный.
–Знаю. Но теперь это не про информацию.
Феликс отпилил ему ступню.
Кровь хлестала фонтаном. Пленный орал так, что стены дрожали. Феликс смотрел на это с абсолютно спокойным лицом. Даже с каким-то любопытством.
–Интересно, – пробормотал он. – Ты ещё жив. Сильный организм.
Он взялся за вторую ногу.
В этот момент в подвал ворвался Хенджин.
–ХВАТИТ!
Феликс замер. Поднял глаза. В них плескалась тьма, но при виде мужа она немного рассеялась.
–Хенджин? Ты зачем спустился? Я ещё не закончил.
–Закончил, – твёрдо сказал Хенджин. – Он сказал всё. Хватит.
Феликс посмотрел на пленного. Тот уже не кричал – только хрипел и трясся в луже собственной крови.
–Жалкое зрелище, – равнодушно сказал Феликс. — Ладно. Добей его, я устал.
Он вышел, даже не помыв руки.
Хенджин смотрел на то, что осталось от человека, и его тошнило. Он достал пистолет и выстрелил пленному в голову. Чтобы не мучился.
---
Вечером они сидели в спальне. Хенджин молчал. Феликс лежал у него на коленях и смотрел в потолок.
–Ты злишься на меня? – спросил Феликс.
–Я боюсь тебя, – честно ответил Хенджин.
–Правильно. Я сам себя боюсь.
Феликс сел и посмотрел мужу в глаза.
–Знаешь, что самое страшное? Мне это нравится. Не просто убивать – мучить. Видеть страх, слышать крики, чувствовать, как ломаются кости. Это... это как наркотик.
Хенджин молчал, боясь сказать хоть слово.
–Я пытаюсь остановиться, – продолжил Феликс. – Правда. Но когда начинаю – не могу. Во мне будто зверь просыпается. И ему плевать, что я твой муж, что я человек, что меня учили быть киллером, а не маньяком.
–Феликс...
–Ты уйдёшь от меня? – вдруг спросил Феликс, и в голосе впервые за вечер появилась уязвимость. – Испугаешься и уйдёшь?
Хенджин смотрел на него. На этого мальчика, которого полюбил два года назад. На этого монстра, который отпиливал человеку ноги сегодня днём. На эти веснушки, которые так любил целовать.
–Нет, – сказал он твёрдо. – Не уйду.
–Почему? – удивился Феликс. – Я же псих.
–Потому что я люблю тебя. Не ту маску, которую ты носишь. Не того доброго школьника, которым ты притворяешься. А тебя. Всего. Со всей тьмой внутри.
Феликс смотрел на него долго. А потом расплакался. Уткнулся лицом в грудь Хенджина и рыдал, как ребёнок.
–Я не хочу быть таким, – всхлипывал он.
–Я хочу быть нормальным. Хочу любить тебя без всей этой жестокости.
–Ты любишь, – гладил его по голове Хенджин. – А жестокость... мы что-нибудь придумаем. Может, врача найдём? Или ты просто будешь выплёскивать это на тех, кто действительно заслуживает.
Феликс поднял заплаканное лицо.
–Ты правда не боишься спать со мной в одной кровати?
–Боюсь, – улыбнулся Хенджин. – Но без тебя страшнее.
---
Наверху Джисон и Минхо сидели на кухне и пили чай. Крики из подвала давно стихли, но осадок остался.
–Я слышал, что там было, – тихо сказал Джисон. – Это жесть.
–Знаю, – кивнул Минхо.
–Феликс всегда был жёстким, но сегодня... сегодня перебор.
–Он болен, – спокойно ответил Минхо. — Это как зависимость. Адреналин, власть, страх жертвы. Чем больше убивает, тем сильнее тянет.
–И что делать?
–Быть рядом. Не давать сойти с ума окончательно. И направлять его гнев на тех, кто реально это заслужил.
Джисон вздохнул.
–Странная у нас семья. Убийцы, психопаты, мафиози.
–Зато не скучно, – усмехнулся Минхо и чмокнул его в макушку.