СЕМЬЯ

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные персиковые и золотистые оттенки, когда Чонгук, с широкой улыбкой на лице, выскользнул из дома. Его друзья, такие же шумные и беззаботные, как и он сам, уже ждали его у ворот. "Просто прогулка, ничего серьезного", – мелькнула мысль, и он, не задумываясь, присоединился к ним, оставив позади тихий дом и своего любимого, но сейчас такого уязвимого, Тэхёна.

Тэхён, уютно устроившись на диване с книгой, почувствовал легкое беспокойство. Чонгук обычно всегда предупреждал, даже если собирался выйти на час. Он проверил телефон – никаких новых сообщений. Попытался позвонить – гудки, но никто не отвечал. Сердце начало биться быстрее. Беременность, особенно на поздних сроках, делала его более чувствительным к любым переменам, к любым намекам на опасность.

Прошел час, потом другой. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и на улице зажглись фонари. Тэхён уже не мог сосредоточиться на книге. Каждый шорох за окном заставлял его вздрагивать. Он представлял себе самые разные сценарии: авария, нападение, что угодно, что могло случиться с его любимым Альфой. Его живот напрягся, и он почувствовал резкую, тянущую боль. Паника охватила его. Он схватился за живот, пытаясь дышать ровно, но слезы уже текли по щекам. Это было слишком. Его малыш…

Тем временем Чонгук, увлеченный веселой беседой и смехом друзей, совершенно забыл о времени и о своем телефоне, который лежал где-то в кармане куртки. Он наслаждался моментом, чувствуя себя молодым и свободным, как раньше. Но когда он, наконец, достал телефон, чтобы проверить время, его сердце сжалось от ужаса. Десятки пропущенных звонков и сообщений от Тэхёна.

Первое сообщение, которое он открыл, было от его матери, которая присматривала за Тэхёном: "Чонгук, где ты? Тэхён очень плохо себя чувствует, он очень волнуется, и у него начались сильные боли в животе. Я вызвала скорую."

Мир Чонгука рухнул. Он почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Его беззаботная прогулка, его легкомыслие – все это могло стоить им обоим так дорого. Он бросился к друзьям, его голос дрожал: "Мне нужно идти. Срочно."

Он мчался домой, каждая секунда казалась вечностью. В голове проносились самые страшные мысли. Он представлял себе бледное лицо Тэхёна, его испуганные глаза, и чувствовал себя самым никчемным Альфой на свете. Он, который должен был защищать и оберегать, поддался минутным слабостям и поставил под угрозу самое дорогое, что у него было.

Когда он ворвался в дом, его встретила тишина, нарушаемая лишь тихим плачем его матери. Скорая уже увезла Тэхёна. Чонгук бросился в больницу, его сердце колотилось в груди, как пойманная птица.

В палате он увидел Тэхёна, бледного, но уже более спокойного. Рядом с ним сидела медсестра. Увидев Чонгука, Тэхён поднял на него глаза, в которых читались боль, обида и страх.

"Тэхён… прости меня", – прошептал Чонгук, его голос был полон раскаяния. Он подошел к кровати и осторожно взял руку Тэхена в свою. Рука была холодной.

"Ты… ты даже не предупредил", – тихо сказал Тэхён, его голос был слабым. "Я думал… я думал, что потеряю нашего малыша. Я так испугался, Чонгук. Я чувствовал, как он… как он борется."

Слова Тэхёна ударили Чонгука, как будто он сам почувствовал ту боль и страх, которые пережил его любимый. Он сжал руку Тэхёна крепче, чувствуя, как его собственное сердце разрывается от вины.

"Я знаю, любимый. Я знаю. Это моя вина. Я был таким идиотом, таким эгоистом. Я не думал. Я просто… я не представлял, что это может так на тебя повлиять. Я никогда больше так не сделаю, обещаю. Никогда." Его голос сорвался, и он уткнулся лбом в руку Тэхёна, чувствуя, как по его щекам текут слезы.

Медсестра, видя эту сцену, мягко сказала: "Вашему малышу повезло, что вы так быстро приехали. Угроза миновала, но вам обоим нужно быть осторожнее. Беременность – это не шутки, особенно когда омега так сильно привязан к своему альфе."

Чонгук поднял голову, его глаза были красными и опухшими. Он посмотрел на Тэхёна с такой любовью и мольбой, что тот не смог больше сдерживаться. Несмотря на боль и слабость, он протянул другую руку и коснулся щеки Чонгука.

"Я знаю, что ты любишь меня, Чонгук. И я люблю тебя. Но… пожалуйста, будь внимательнее. Ради нас. Ради нашего ребенка." В его глазах мелькнула тень прежней тревоги, но теперь в ней было больше понимания и прощения.

Чонгук кивнул, не в силах произнести ни слова. Он просто смотрел на Тэхёна, на его живот, где билось сердце их будущего ребенка, и чувствовал, как глубоко в нем засело это урок. Он понял, что его беззаботность и легкомыслие имеют реальные, пугающие последствия. Он понял, что его роль Альфы – это не только защита от внешних угроз, но и постоянная забота, внимание и ответственность за эмоциональное состояние своего омеги.

Он провел остаток ночи рядом с Тэхёном, держа его за руку, шепча слова любви и извинений. Он чувствовал, как его собственное сердце постепенно успокаивается, но раскаяние оставалось. Он знал, что эта ночь навсегда изменит его. Он больше никогда не позволит себе быть настолько неосторожным. Он будет самым внимательным, самым заботливым Альфой, которого только может пожелать его любимый Тэхён. И он будет самым лучшим отцом, которого только может иметь их малыш. Эта ночь стала для него горьким, но необходимым пробуждением.