Ryukishi07 — либертарианец ч.1
Начиная рассматривать серию When They Cry в рамках одной вселенной, сложно увидеть в этих произведениях какой-либо политический подтекст. Можно только анализировать отдельные произведения на предмет той или иной пропаганды. В любом случае, каждый видит в конкретных ситуациях свою интерпретацию того, что хотел сказать автор.
В дальнейшем, я буду рассматривать частные случаи из произведений Ryukishi07, которые, по моему мнению, свидетельствуют о том, что их автор, по крайней мере, лоялен к идеям конкурентного свободного рынка, самоорганизации людей и осуждения применения агрессивного насилия.
Термин «либерализм», буквально означающий «свободный», изначально рассматривался философами-гуманистами. Извечными противниками либеральной мысли были ортодоксальные религии, абсолютная монархия и этатизм.
Современное понятие либерализма, в особенности в США, стало неразрывно связано с государственным вмешательством в экономические процессы. Последователи таких идей не только не сопротивляются монополии государства на агрессивное насилие, но и активно поддерживают увеличение государственных расходов (а значит и увеличение контроля в экономических сферах) на такие программы как судопроизводство, образование, медицина и социальное обеспечение.
Исходя из вышесказанного, понятие «либерал» может отличаться, в зависимости от части света. Так в либерал в Старом свете, по своим взглядам соответствует консерватору в США.
Поэтому, учитывая все прочие факторы определим политические взгляды Ryukishi07 как консервативно-либертарианские.
Higurashi no Naku Koro ni
1. Упрямые домовладельцы
Несмотря на однородность национального состава, Япония, под влиянием феодальной раздробленности сформировала чрезвычайно богатую и разнообразную культуру. Сохранению культуры способствовала как природная изоляция японского архипелага, так и намеренная политика отказа от внешних контактов. Каждая глухая деревня имела свою собственную культуру, обычаи и приоритет местного права.
В эпоху Мейдзи правительство Японии стремительно усиливалось путём индустриализации и мнимого экономического роста. Во главу угла были поставлены коллективистские имперские интересы, а также интересы крупных промышленников, сотрудничающих с государством. Экономическая система была полностью унифицирована и скопирована с запада. Приоритет местного права был упразднён.
Правительство стремилось как можно более изощреннее нарушать личные и экономические интересы как местных самоуправлений, так и отдельных людей.
Естественно, любой империи нужны рабы (налогоплательщики). Руководствуясь иллюзорным экономическим ростом и ростом популярности у пролов, правительство производило экспансионистскую политику, грубо нарушая принцип ненападения, аннексируя территории и проводя войны.
Предысторией основного сюжета Higurashi no Naku Koro ni изображаются события противостояния жителей Хинамидзавы с бандитским правительством Японии, объектом которого являлась дамба.
Если смотреть на сабж со стороны простого обывателя, то можно увидеть некоторые плюсы в создании водохранилища и последующей постройки гидроэлектростанции. На фоне этого проблема с затоплением деревни из каких-то 2000 человек уже не кажется такой серьёзной и требующей какого-либо внимания общественности. Напротив, каждый житель этой деревни, который по каким-либо причинам выступает против постройки в глазах публики является пещерным человеком, стоящим на пути прогресса.
Большая часть жителей деревни была против постройки дамбы и не пожелала отказываться от своей законной частной собственности в пользу государства. Люди создали союз обороны Онигафути, чтобы защитить себя и свой дом от государственного произвола путём саботажа постройки, деморализации работников и мирных демонстраций.
Со временем конфликт перерос в столкновения с полицией, которые жестко нарушали права жителей на частную собственность и личную неприкосновенность. Эта ситуация является прямым следствием усиления государственной монополии на насилие.
Ко всему прочему, помимо протестных настроений среди местных были как нейтрально настроенные к правительству, так и полностью лояльные к их действиям. Нашлись и те, кого устраивали условия, выдвинутые министерством строительства. Среди них оказалась семья Ходзё, которая за счёт сотрудничества с государством смогла значительно улучшить своё финансовое состояние.
Через какое-то время инакомыслие в стане протестующих было подавлено. В несогласных с действиями союза обороны Онигафути остались только Ходзё, которых начали активно травить за сотрудничество с гос. структурами и подрыв протестного потенциала деревни.
В конце концов, через год после убийства начальника стройки и по совместительству начала Хинамидзавской серии убийств проект дамбы решили заморозить на неопределённый срок. Причинами этому послужили многие события, некоторые из которых не зависели от двух представленных выше сторон.
По сути, данный случай – типичное описание проблем застройщика, пытающегося выкупить землю, находящуюся в частной собственности, для реализации своих планов. Собственники же в свою очередь не соглашаются продавать свои частные владения, либо соглашаются, но по цене значительно выше рыночных или тех, что предлагает скупщик.
Всё было бы ничего, если застройщиком не выступало бы государство или государственная организация. Так как бюрократы, априори, превосходят любого частного предпринимателя как по числу материальных, денежных ресурсов, так и по числу репрессивных инструментов, из этого всего следует, что девелоперу под названием «государственная организация» не следует доверять. Её можно сравнить с бандитом, который рано или поздно всё-таки получит своё, какими угодно методами. У государства практически не будет издержек, ведь все госслужащие получают фиксированную зарплату, облагая налогом обыкновенных граждан.
Если мы столкнёмся с представителями широких слоёв населения, либо с т.н. интеллигенцией, в виде журналистов и редакторов различных прогосударственных изданий, которые резко осуждают действия людей, всего-навсего защищающих свою частную собственность, то мы сможем увидеть их аргументы противоречащие не только праву на свободное владение частной собственностью, но и здравому смыслу.
Во-первых, решим, что такое «частная собственность» и из чего проистекает право на владение ею.
Предположим, что в тихом океане есть необитаемый остров, находящийся в нейтральных водах и не принадлежащий не одному сколько-нибудь легитимному государству. Кто может стать его владельцем? В действительности, это может сделать каждый. Достаточно лишь выполнить первоначальный акт присвоения, т.н. гомстед-акт. Суть его в том, что присвоение может быть осуществлено путём активного использования бесхозного ресурса (в данном случае острова). Ко всему прочему не важно, как использование ресурса отразится конкретно на нём, важно лишь то, что человек становится первоначальным легитимным владельцем потому и только потому, что смешал свой труд и усилия с изначальным природным ресурсом. Любой естественный объект во Вселенной может быть присвоен подобным образом. Земля и природные ресурсы – не общее достояние человечества, а лишь кусочки частной собственности, так как они не являются исключением из этого правила.
Во-вторых, возвращаясь к вопросу о принудительном отъёме земли у частных собственников в пользу эфемерного «прогресса», якобы осуществляемого государственной программой, решим, что принудительное отчуждение частных объектов не есть плохо. Ведь в какой-то степени подобные упрямые собственники препятствуют развитию и увеличению благосостояния общества.
Но ведь такое утверждение уже само по себе ставит под угрозу институт частной собственности.
Человеческое общество находясь, на сегодняшний день в достатке и сытости, а также имея доступ к любой информации в мире должно быть обязано не государству, а частной собственности, либерализации экономики и инициативным людям.
Если частная собственность имеет для общества хоть какое то значение, то её владелец вправе принимать решения относительно использования своей собственности до тех пор пока это не создаёт помех другим владельцам собственности и их правам на её использование. В случае принудительного изъятия, когда государство принуждает владельца отказаться от прав на собственность на условиях, на которые он не может повлиять, права на частную собственность ограничиваются.
В-третьих, так как государство не несёт издержек за использование, скажем так, не совсем этических методов подавления протестов, то оно вполне свободно может нарушать принцип неприменения агрессивного насилия. Стычки мирных демонстрантов с полицией являются ярким примером.
В самом деле, всё вышесказанное является силовым способом государства отчуждения частной собственности в пользу мнимого общественного благосостояния (на самом деле благосостояния чиновников и раздутого государственного аппарата, ведь бюджет нужно как-то осваивать). Такой метод не является оправданным с точки зрения свободного рынка, любые операции на котором должны быть сугубо добровольными.
Правильными путями для изменения прав собственности с точки зрения рынка могут быть только добровольная торговля и добровольное дарение. Они соответствуют естественным правам первоначального владельца, поскольку это методы, с помощью которых право собственности переходит от одного человека к другому добровольно, в соответствии с волей собственника.
2. Ювенальная юстиция или монополия государства на воспитание детей
История в Tatarigoroshi-hen (третья арка вопросов), в основном, фокусируется на семье Ходзё, раскрывая обстоятельства взаимоотношений Сатоко с семьёй и подробности о её старшем брате Ходзё Сатоши, который исчез годом ранее, якобы в результате проклятия Оясиро-сама.
В этой главе дядя Сатоко – Теппей, после некоторых неудач, возвращается в Хинамидзаву, тем самым возобновляя свою опеку над Сатоко после более чем годового отсутствия. При этом, будучи злым и деспотичным дядей, обращается с ней как с рабыней, не отпуская ни с погулять друзьями, ни в школу.
Друзья Сатоко находят такое её поведение подозрительным. Они всеми силами стараются ей помочь. Узнав об этом, Тие Румико пытается связаться со службой защиты детей, после этого их представитель посещает Хинамидзаву.
После выясняется, что Сатоко раннее уже обращалась в службу защиты детей с ложным обвинением, в связи с чем служба защиты отказалась как-либо вмешиваться и исправлять сложившуюся ситуацию, ограничиваясь простым наблюдением. Ситуация становится таковой, что любые попытки вмешаться только провоцируют большие издевательства над Сатоко со стороны дяди.
Кейчи, который не может смириться с такой тупиковой ситуацией решает исправить проблему радикальными методами. Он планирует убить дядьку Сатоко, причем совершить как можно более идеальное убийство, чтобы тело и орудие убийства не были найдены.
Планируя свое деяние в ночь Ватанагаши, Кейчи ожидает, что впоследствии данный инцидент сотрется из его памяти и его дни вновь будут счастливыми, но его психика не может смириться с содеянным.
Разбираясь с данной главой, вначале определим, что такое ювенальная юстиция и чем она вредна в первую очередь для самих детей.
Простыми словами ювенальная юстиция – это власть государства над семьёй и ребёнком или ограничение в правах как родителей, так и ребёнка. Следствием подобной власти являются такие организации как служба опеки, служба защиты детей и прочие. Нельзя сказать, что цели у этих организаций плохие, наоборот тот человек, который создавал их искренне верил в то, что поступает, по совести, исходя из любви к людям. У всех лицемеров этого мира карманы всегда набиты любовью.
Важно не то какие цели преследовали эти организации, важны лишь их методы.
К примеру, монополизировав функцию защиты ребёнка от деспотичных родителей, государственная служба защиты детей, по сути, отказалась от ответственности защищать конкретного «клиента», в данной конкретной ситуации. Всего лишь из-за того, что в прошлом этот «клиент» совершил ложный вызов. Мало того, но они запретили «клиенту», т.е. ребёнку, выбирать того, с кем ей жить. Фактически они ограничили личную свободу ребёнка.
Это вполне нормально для государства, ведь потеря клиента, как я писал раннее, для него несущественна в плане финансовых издержек. Получая доход из государственной казны (т.е. обворовывая людей), такая организация может фактически выполнять мартышкин труд, ничуть не прилагая усилия к прямым своим обязанностям.
В прекрасном мире будущего, когда перестанут существовать деспотичные империи с их не менее тираническими государствами, когда перестанут существовать подобные «министерства любви» их альтернативами могут стать частные организации защиты детей, содержащиеся с помощью добровольных пожертвований.
Ещё момент, который я хотел бы рассмотреть, это то насколько государственные бесполезные законы усыновления портят жизнь как детям, так и будущим приёмным родителям-усыновителям.
Например, невозможность усыновить/удочерить ребёнка лишь потому, что потенциальный приёмный родитель не состоит в браке. В этом есть доля истины, но всё же должны учитываться многие факторы, такие как нынешняя ситуация и условия жизни ребёнка, финансовое состояние потенциального родителя, желание самого ребёнка и т.д.
Всё это государство, будучи громоздким и неповоротливым, просто не в состоянии принять во внимание.
По поводу личной свободы ребёнка, можно услышать такое мнение, мол, несовершеннолетнему ребенку обязательно нужен опекун, каким бы он не был, в лице ли злого дядьки или государства.
Но с чего вы взяли, что ребёнок несовершеннолетний? С какого вообще возраста наступает так называемое, совершеннолетие? Если отвечать на этот вопрос с точки зрения законодательства Японии, то совершеннолетие наступает в 20 лет. Если же смотреть более объективно, то в каждой стране свой возраст, с которого человек становится совершеннолетним. Всё завит от культурных особенностей.
Исходя из вышесказанного следует вывод, что любое возрастное ограничение является всего-навсего субъективной произвольной точкой отсечения.
Требуется не возрастное ограничение, которое будет применяться ко всем людям вне зависимости от их способностей, характера и поведения, а критерий, принимающий в расчёт все индивидуальные показатели. Согласно такому утверждению совершеннолетним ребёнка делает не установленный государством возрастной лимит, а те действия самого ребёнка, которыми он утверждает самостоятельность и контроль над собой.
К примеру, ребёнок может стать взрослым, тогда, когда он уходит из дома, обеспечивая себя самостоятельно. Родители, государство или любые другие «законные» опекуны не должны иметь право мешать свободному волеизъявлению ребенка. Ведь, фактически, в данный момент они будут нарушать личную свободу уже взрослого самостоятельного человека.
Аргумент против точно определённой границы совершеннолетия заключается в том, что мы отказываем вполне себе сформировавшейся личности в праве выбора, а значит и ограничиваем её гражданскую свободу.
Все то же самое относится и к так называемому, возрасту сексуального согласия, который, по сути своей является вершиной мирового государственного тоталитаризма над личной свободой индивидуума. Любой порог возраста сексуального согласия, установленный государством, в действительности, является средним арифметическим числом окончания полового созревания.
Проблема в том, что все мы разные и у каждого из нас своя, отличная от других наследственность, свои особенности физиологических процессов, следовательно и свой возраст полового созревания.
Установление в жизни человека фиксированной даты обретения сексуальной свободы лишь очередная попытка этатистов контролировать каждый аспект человеческой жизни.
Последний пункт, который я рассмотрю, по этой главе не относится к теме, но он не менее важен для понимания мотивов автора.
Это то, как Кейчи планировал убийство дядьки Сатоко, во имя спасения своего друга. Безусловно благородная цель. И у него бы это получилось. Даже получилось бы сохранить счастливые дни вместе с друзьями. Если бы не свойство человеческой психики, а именно склонность к не агрессии.
То есть, по своей природе человек – мирное существо, и что бы ни говорили военные пропагандисты о человеческой жажде насилия, всё это бред для того, чтобы вас обмануть и отправить на фронт умирать за имперские интересы, т.н. «государства» или «общества» (часто эти термины, в целях ввести вас в заблуждение приравниваются друг к другу).
Автор показывает нам, что большинство людей имеют четкое сопротивление к убийству себе подобных, и лишь небольшой процент психопатов не испытывают с этим никаких проблем.
3. Государство – оседлый бандит.
Говоря о бандитах в Higurashi no Naku Koro ni, будем иметь ввиду, в основном, государственный институт исследования синдрома Хинамидзавы.
Если рассуждать на чистоту, эта клиника вместе с руководством является корнем всех зол.
Начнём с ранней истории. В середине 20-го века большинство бесчеловечных людоедских этатистских режимов, были уничтожены в ходе WW2. В Японии же, хотя режим военной фашисткой диктатуры был свергнут оккупационной администрацией, по сути, люди, находившиеся в то время у власти, никуда не делись.
Император Японии не лишился своего титула, хоть и стал символической фигурой. Но это только вершина айсберга. Оккупационная администрация не проводила должных люстраций, дабы очистить правительство от людоедов прошлой войны. Наоборот, ученые из отряда бравых медиков 731 и им подобных передавали ценные знания коллегам из США и получали ученые степени и общественное признание.
Не удивительно, что в послевоенной Японии так сильно были популярны реваншистские настроения. Бывшие и нынешние видные государственные деятели собирались в различные объединения и кружки по интересам. Целью этих объединений было возрождение довоенной милитаристской Японии, а там если получится, то и «Великой Восточноазиатской сферы сопроцветания».
Одним из таких кружков было «Токио», целью которого было избавление от американской оккупационной администрации и возрождение националистической имперской Японии.
«Токио» имел большое влияние на Силы самообороны Японии и стремился разработать оружие массового поражения по своему потенциалу равному ядерному. Для достижения этих целей они создали проект Алфавит и профинансировали исследование синдрома Хинамидзавы.
Синдром Хинамидзавы – эндемическое заболевание, имеющее потенциал биологического оружия. Для его создания была создана клиника Ирие, с неформальным главой в лице Такано Миё. Это и позволило ей завершить исследование синдрома Хинамидзавы, а также подтвердить теорию, созданную её дедом.
Для обеспечения секретности исследований была создана группа «Ямайну» (т.н. горные собачки), которая занималась охраной клиники и персонала, а также отловом местных жителей с последней стадией синдрома.
«Токио» было готово пойти на всё, ради завершения исследований, в том числе они не стеснялись вмешиваться в конфликт местных жителей с плотиной. Ключевым моментом, из-за которого произошла заморозка проекта постройки дамбы было похищение Ямайну внука министра строительства.
В конечном итоге, в организации произошла смена поколений, старые лидеры «Токио» были заменены более молодыми, которые не были заинтересованы в создании биологического оружия и хотели закрыть клинику Ирие.
Впоследствии, сотрудникам клиники было дано 3 года на поиск лекарства от Синдрома Хинамидзавы, с постепенным уменьшением финансирования и последующей ликвидацией проекта. К тому же нужно было уничтожить все наработки, которые могли бы использоваться не в мирных целях.
Такое развитие событий не устраивало многих членов организации, в особенности Такано, которая посвятила жизнь продолжению дела своего дедушки и исследованию синдрома Хинамидзавы.
В последующем она подкупает отряд Ямайну для выполнения некоторых заданий, противоречащих риторике организации. Последним из которых было выполнение руководства по чрезвычайным ситуациям №34, подразумевающее полную зачистку деревни от зараженных синдромом.
Рассматривая клинику Ирие и замысел Такано, начнём, пожалуй, с вопроса этичности создания орудия массового поражения.
Если говорить, по существу, то подобная вещь является материальным воплощением воли старой империалистической Японии. Под «старой Японией» я подразумеваю бывших высокопоставленных военных, которые не смогли смириться с поражением в войне. Вся их жизнь прошла, буквально, в армии. Единственный их навык – это воевать, т.е. убивать себе подобных. Естественно, их интересы совпадают с людоедскими интересами довоенной Японии. Им нужны новые земли, как и новые «рабы». Они ассоциируют себя с той страной, в которой родились. Обычно старперы называют это «патриотизмом» или «долгом перед Родиной». Любители барского сапога, которым всё мало, им хочется, чтобы их хозяин, стал хозяином остальных, тех, которые ещё «на свободе».
Как должен относится к оружию массового поражения нормальный (психически здоровый) человек? Неужели ему нужно подчиниться интересам старой лысеющей аристократии и покорно платить налоги на то, чтобы (хоть и косвенно) убивать других ни в чем не повинных людей?
Представьте себе вооружённую группу проходимцев, держащих под собой некую определённую территорию и регулярно отбирающих у местных жителей их собственность, нарушая покой и неприкосновенность частной жизни. Совершенно неважно как подобное бандитское формирование распределяет прибыль между собой и отдаёт ли часть награбленного обратно жертвам, чтобы держать надёжнее под своим контролем. Единственное что здесь действительно имеет значение, это вопиющий для цивилизованных людей акт ограбления.
Большинство людей абсолютно не знает на что государство тратит их деньги, более того, они даже не подозревают, когда и как у них их отбирают. В данном случае государство ничем не отличается от вооруженных бандитских групп, существующих лишь для того, чтобы самообогащаться за счёт чужого труда, а также самоутверждаться на фоне тех, кто таковой властью не обладает. Оно может отдавать часть награбленного в виде социальных пособий и прочих государственных проектов, направленных на, якобы улучшение уровня жизни населения. Государственный бандит, ради своего выживания, устанавливает такой баланс между налогообложением и доходами, при котором у населения остаётся часть ресурсов, которые можно использовать для накопления, инвестирования и последующего увеличения объёмов производства и соответственно прибыли, которая впоследствии облагается налогом. Также государство заинтересовано в экономическом развитии подконтрольной территории.
Помимо всей «благотворительности» за деньги налогоплательщиков, государство ищет способы обеспечить себя ещё большей властью над людьми, ещё больше нарушить покой и свободы граждан. Для этих, якобы благородных целей (у государства много оправданий своим людоедским проектам, например патриотизм или безопасность граждан), формируются репрессивные аппараты, такие как службы государственной безопасности, государственные армии, полиции и прочее.
Государству мало своих «рабов», оно создаёт вооружённые силы и орудия массового поражения для захвата и контроля новых территорий. Вместе с этим пропагандируется образ некого «внешнего врага», суть его заключается в том, чтобы держать своё население в страхе возможной войны и вводить всё более абсурдные, нарушающие свободу и здравый смысл законы.
Государство, по своей сути, не может быть хорошим, т.к. уже своим существованием сковывает свободных людей. Любое, даже самое минимальное государство стремится к наибольшему контролю частной жизни. Очень жаль, что большинство не понимает этого простого вывода, считая институт государства необходимым в жизни общества. Самое большое рабство – не обладая свободой, считать себя свободным.
Разумным решением является полностью избавится от такого пережитка прошлого. В прекрасном мире будущего не должно существовать ни одного государства или организации, нарушающей интересы индивидуума в пользу «общественного блага». Любая империя зла должна быть уничтожена и на её месте должны появиться свободные города, районы и частные владения, для людей думающих и любящих жить в мире и спокойствии, сотрудничая друг с другом. По этой причине любой сепаратизм, даже самый радикальный является полезным, с точки зрения свободного человека, ведь он приближает неминуемый крах существующей мировой системы с государствами и угнетением индивидуалистов заурядным большинством.
Следующей проблемой я считаю неэтичность методов организации «Токио». С моей точки зрения члены этой организации – лицемеры, ставя интересы нации превыше всего, они, тем не менее, без зазрения совести проводят бесчеловечные эксперименты на своих соотечественниках.
К примеру, чтобы продвинуться в понимании природы синдрома Хинамидзавы институт Ирие ставил летальные эксперименты на зараженных последней стадией. Эти люди умерли во имя бесполезных амбиций власть имущих.
Последней и самой чудовищной мерзостью предпринятой «Токио» было приведение в действие «Руководства по чрезвычайным ситуациям №34».
Во-первых, само существование подобного регламента, представляющее собой план по уничтожению всего населения Хинамидзавы, замаскированный под газовую катастрофу, возможно только при государственной системе управления. Ни одна частная корпорация не предприняла бы подобных действий из-за ущерба своей репутации и возможной потере прибыли. Кроме того, частная компания не обладает свойством «легитимности» любых своих действий, в отличие от государства, которое может творить всё что угодно, прикрываясь эфемерными целями.
Во-вторых, утверждение исполнения «Руководства по чрезвычайным ситуациям №34» было возложено на политиков, которые вместо того, чтобы защищать интересы людей, обрекли их на гибель. Это безусловно подтверждает абсолютное лицемерие и безответственность большинства государственных служащих.