Рыбки

Мой редактор написала мне, что это самый мерзкий мой рассказ. (это реальная история) А что думаете вы? 

Рыбки

– Скажите, а в меню есть блюда не из рыбы? – спросила девушка официанта. 

– Нет. Вы же в рыбном ресторане. – ответил официант. Мне показалось, что даже с обидой. 

– Дело в том, что я перестала есть рыбу. – сказала девушка. Как мне показалось, с какой-то внутренней болью. 

– Почему? - спросил Владимир. 

– Была одна история… 

– Может быть, пойдём в другое место? - предложил Владимир. 

– Нет. Я не голодна. Заказывайте. А мне чай принесите, пожалуйста, мята и имбирь. 

Мы сделали заказ. Официант ушел. Мы сидели втроём поздно вечером в ближайшем ресторане от места, где прошло наше выступление. Владимир сказал:

– Катя, очень круто выглядишь! Ну рассказывай, как ты здесь? 

– Всё хорошо. Взяли в труппу небольшого театра. Спектакли почти каждый день. Сегодня удалось вот к вам вырваться. Мне понравилась ваша новая программа. Интересный персонаж этот Фролов. А нет пьесы?

– Нет. - ответил я. – Катерина, извините меня пожалуйста, но мое любопытство меня сжирает изнутри… А почему вы рыбу не едите? Диета, убеждения? Вы сказали, что есть история.

– Есть. - ответила она и улыбнулась. 

– Ему нельзя такие вещи рассказывать... - сказал Владимир. 

– Умоляю вас, пожалуйста. - попросил я.

– Он про это потом и напишет. - предупредил Вова. 

– Напишите… Хм… А это даже хорошо. Ну слушайте. 

– Я уже несколько лет в Петербурге, пытаюсь покорить этот мир культуры. Умные люди подсказали, что нужно портфолио из ролей в кино. Дали группы в телеге, где творческие люди ищут других творческих людей. Несколько раз ездила на каст, меня взяли сниматься в корпоративном видео для налоговой. У меня была роль строгого инспектора N3. 

И вот в чате появляется объявление: «Для съёмки нужна актриса…» И по описанию - это я. Сразу пишу. Мне перезванивают. Съемки через три дня. В Ленобласти. Попросили взять легкое летнее платье и обязательно туфли на шпильке. 

– Погоди, ты даже сценарий не попросила?! - спросил Владимир. 

– Вова, хороший вопрос. Где же ты раньше был? Отвечаю. Я думала, что в чате из нескольких тысяч творческих людей не может быть не проверенных и не талантливых… К тому же такая удача - я по телефону прошла кастинг. Не надо несколько раз куда-то ездить. Сразу съёмки! 

Короче, приезжаю на своей маленькой машинке в Ленобласть. А там замок. Думаю, какой-то исторический фильм будем снимать. Ворота автоматически открылись, я заехала, и что самое печальное – автоматически закрылись. Заборы высокие…

– Катя, ты кому-нибудь сказала, куда ты поехала?! - опять перебил нервничающий Владимир. 

– Вова, я живу с котом. Коту я сказала, но ему пофиг. Слушайте дальше. Ко мне выходит бородатый мужчина лет пятидесяти. По голосу я понимаю, что я с ним говорила по телефону. Он представился режиссером, оператором и сценаристом. Думаю, авторское кино. Это хорошо. Режиссер провожает меня в гримёрную комнату. Странно, что больше в замке никого нет. В гримерке очень много платьев и туфель на шпильке. И стоит странный запах. Пахнет, как мне показалось, рыбой! 

Бородатый режиссер говорит, что если мне какое-то платье или туфли понравятся, то могу надеть их на съёмку. Я отказалась. Объяснила, что у меня всё своё. Переоделась и пошла на съёмочную площадку. Там была такая большая белая комната, камеры, свет. Режиссер стал настраивать оборудование. 

– Катя, извини, что перебиваю. Там хотя бы кроватей не было? - уточнил Владимир.

– Нет! 

– Ух… Уже спокойнее. Продолжай. 

– Бородатый режиссер всё настроил. Я говорю, мне бы сценарий. Он отвечает, что нет сценария. Такая форма. И выносит ведро… живых карасей! Ставит задачу – вам надо топтать живых карасей шпильками ваших туфель и очень сильно материться! 

– ЧТО?! - закричал Вова.

– Я сразу хотела отказаться. Потом думаю – ну это же артхаус! Есть и такое кино. Может там метафоры, аллегории. Караси и так мертвые. А вдруг я донесу какую-то важную мысль. А что, если я буду кричать… Короче, попрыгала я на карасях два часа. Они живые оказались. Орала так, что даже горло сорвала. Всю злость свою вылила. Мне кажется, у меня случился нервный срыв. Я обвиняла себя, свою жизнь, карасей за то, что здесь делаю. Как так получилось, что из мечты маленькой девочки стать актрисой получилось так, что я топчу карасей. Потом я материлась. Потом не помню. 

Пару раз режиссер останавливал съёмки. Подсказывал как правильнее карасей давить. А этот запах. Мне кажется, у меня до сих пор в носу этот запах карасей… 

Съёмки закончились. Режиссер протянул мне конверт с десятью тысячами рублями. Решила уточнить у него, что мы снимали?! Это какое-то политическое высказывание? У меня с законом не будет проблем? А он так спокойно говорит, что это контент для немецких извращенцев. Есть любители такого. Денег платят немерено. Если я не против, то могу завтра приехать – снимем сцену с дождевыми червями… Короче, я оставила платье и туфли там. Сама быстро в машину и по газам. Заблокировала его к херам. 

– А почему ты в полицию не позвонила? 

– А что я скажу?! Я топтала карасей?! Самое грустное знаете что?

– Что?

– Если бы этот бородатый режиссер не сказал, что это видео для извращенцев, то я бы до сих пор думала, что снялась в авторском кино. И да, с тех пор я не ем рыбу. 

Официант принёс наши блюда из рыбы. Мы не стали их есть. Пили чай, мята-имбирь. 

 (c) Александр Бессонов