✠ Розария

✠ Вампир.

✠ Затхлые пабы на окраинах Мондштада, внутри которых всегда стоял резкий запах низкокачественной выпивки, сырости и несбывшихся надежд, сколько Розария себя помнит, привлекали лишь разнокалиберный сброд разной степени запущенности. Нищие, мошенники, суккубы - все они собираются здесь, чтобы выказать друг другу знаки презрения и ненависти. Трущобы есть трущобы, царство беззакония и вседозволенности. Тут это нормально, тут даже князи в грязи.

Извечно бесстрастная и равнодушная ко всему вокруг, смотрящая на мир взглядом полным ядовитой насмешки, женщина прекрасно вписывалась в это общество. И лишь дорогие ткани её бардово-серебрянного костюма, что под капюшоном скрывал лицо, и вставки, переливающиеся янтарной позолотой, выделяли её на фоне прочих отморозков. Ну, и конечно то, что в отличии от них, она не отличалась сильной разговорчивостью. Даже поднявшись на несколько ступенек вверх в иерархии, привычки искоренить невозможно. Пепел с сигареты лёгким движением сбрасывается в поржавевшую пепельницу, рука механически тянется к бокалу.

Туманная мана подобно дыму опускалась на острые пики гор Ли Юэ, что разрезали небеса. Окутывая в свои объятия старые ветхие дома, он скрывал итак забытое богами поселение. Огни города мерцали где-то в дали, будто маяк во мгле среди бушующего моря; однако лишь моряки знают, что стоит избегать маяков, чтобы не наткнуться на скалы. Прекрасный в своем лицемерии город праздновал и ликовал, а в небе зарницами выцветали красные узоры. Алыми вспышками эта ночь и запомнилась. Карминовая пена, что вырывалась из ртов родителей рывками, рубиновая кровь рабов и светящиеся, как бутоны фейерверков в ночном небе, ализариновые глаза. Именно этой ночью, жизнь вампирши стала чёрно-белым фильмом в пунцовых оттенках.

Всю захудалую деревушку, кроме пары детишек и недолетков, вырезали вампиры-работорговцы. Граница с «городом свободы» никогда не была спокойным местом, тут и там рыскали банды головорезов, ищущих чем бы поживиться и что бы сплавить на черном рынке Мондштата. Преступные сети города были переплетены, как паутина, и прочны, как сталь. Именно там мерзавцы окраин Ли Юэ находили пристанище. И в итоге девочка, которую так и не удалось пристроить ни в один бордель, была обречена на самую ужасную и унизительную для вампира судьбу : попала в руки одной из группировок суккубов, став их собственностью.

«Казнящая исповедь»

Ненависть порождает ненависть. Нетерпимые к вампирам суккубы, преисполненные жгучей яростью от дискриминации, не могли не отыграться на рабыне, обращаясь с ней, как с человеком. А от того она куда сильнее и глубже возненавидела всех суккубов. Её «растили» как оружие, морили голодом «закаляя», за малейшее неподчинение избивали и «пускали по кругу». И раб, и машина. Она превозмогая голод и холод, не росла, а выживала. Она дала клятву самой себе, что ни один из этих ублюдков не лишит её жизни и не сломает. Она не позволит им испытать подобное удовольствие.

Именно там она уяснила три главных правила жизни.

Юность пленницы была подобна залитому багрянцем закатному небу - стоило лишь поднять голову, чтобы увидеть, как она утекает...

Для «Казнящей исповеди» настали тяжёлые времена. Группировки суккубов итак занимали низшие ступени бандитской иерархии, треща зубами склоняя головы перед авторитетами вампиров. Тяжёлая работа, постоянный голод и холод стали настолько невыносимы, что девушка решила бежать. Её выследили, схватили, однако потехи ради, не убили сразу.

«Бегут лишь предатели. А предатель может заслужить свободу, только если умрет, или, если сможет быть достаточно силён, чтобы одолеть смерть.» - С этими словами он бросил ржавый кинжал. - «Ну же, нападай. Убьёшь меня - живи.»

...Кровь старого льва ознаменовала рождение зверя. Она почувствовала силу. Оковы, что натирали кисти и кольцом обвивали шею душа, были сломаны в момент. Она больше не маленькая Мондштатская вампирша-рабыня. Она багряное эхо террора. Та, кто положит конец ослабшей и поредевшей «Казнящей исповеди». Красная роза, за лепестками окрашенными кровью которой с упоением и ненавистью отращивали ядовитые шипы, которые никто не смог разглядеть вовремя.

В тот день, за головами этих суккубов охотилась не только она. Один из высокопоставленных членов чёрного бизнеса Мондштата направил своих марионеток избавиться от мусора, что посмел лезть в вампирские дела. Там они и нашли девушку-"наёмницу", что смогла разделаться со всей группировкой одним ржавым кинжалом.

Именно в эту злополучную ночь она и покинула свой личный Освенцим вместе с людьми «Епископа».

Тогда она и впервые задумалась, как глупо звучат все эти псевдонимы. Она бы никогда не выбрала что-то настолько чопорно вычурное, скорее, что-нибудь вроде...

На рассвете этого дня, она стала безоговорочно точно свободна.

✠ Вытянутое, с выступающими скулами лицо Розарии имеет канонично бледный цвет с болезненным синеватым оттенком. Алые глаза с небольшим пушком обрамляют глубокие впадины синяков, над бровью виднеется рваный шрам, а губы все в обветренных трещинах. Слегка растрепанные короткие волосы цвета фреза, с одной красной прядью, спадающей на очи, частенько спрятаны под темной тканью апостольника. Завязанный на затылке в хлипкий узел с помощью двух тонких лент, ниспадает он также на плечи и покрывает равномерно грудь и спину, по длине достигая живота. Далее идёт всем правилами противоречащая ряса, мало того что подпоясанная у талии кожаным ремнем, так ещё и через чур короткая. От большей части элементов монашеской робы отказалась она напрочь. Длинные рукава всегда подкошены, обнажая бледную плоть над локтем, ведь ниже - темные перчатки. Дополняет же пошлый образ пропахший табаком узорчатый орарь, расшитый серебряными нитками.

Не вооруженным глазом заметно, что Розария, даже приняв иноческий постриг, к религии осталась совершенно равнодушна. А потому осталась она в костеле лишь из-за покровительства Шеймуса Пегга - вот уж не думала Розария, что один из главных баронов преступного мира Мондштата и впрямь занимает высокий церковный чин. В величественном и благородном соборе всё так и дышало гнилью с нотками железа.

Столь экстравагантный вид со стороны может выглядеть совершенно смехотворно. Однако для Розарии, возможность делать со своей одеждой то, что она хочет и носить так, как она хочет, является бесценной привилегией, за которую она пол жизни прогрызала кобальтовый сплав. И теперь, когда она крутится в "высших кругах" и может позволить себе даже больше, она ни за что не упустит эту возможность из-за косых издевательских взглядов.

✠ Ну, что сказать на счёт пожеланий. Всё также, как у всех.

I. Не задерживать отписку постов на долгое время. [пост в неделю - вообще малина.]

II. Писать хотя бы от 700~ символов, то бишь - люблю среднестрочников, все лапочки. А уж если вы многострочник, так вообще мечта.

III. Иметь грамотность ± на шестерочку из десяти.

IV. Двигать сюжет и не боятся экспериментировать. Кажется, основа основ, но всё же.

V. А также немного на счёт внутреигрового процесса - с распростёртыми объятиями жду Мондштатских (и не только, как карта ляжет) вампиров-аристократов. Да и в целом серьезных и высокопоставленных дядь и тёть. (+Всегда рада наемникам совершенно разных регионов и рас.) А если ударяться в конкретику - была бы счастлива встретить варщика-Альбедо и Эолу.

Ещё, была бы счастлива ролить сюжетную ветку на 3+ персон.