Россия 2025. Образ будущего.

Мы живем в удивительной стране, называемой Россия 

Полуживем-полусуществуем, поплакивая о счастливом прошлом (все равно те, кто плачут, на самом деле не знают, что там было) и поглядывая с известно русской, озвученной мудрым Гоголем надеждой в смутное, но обязательно счастливое будущее - не сейчас, так позже, не нам, так нашим детям. Мы отличаемся тем, что на любые угрозы можем смотреть с оптимизмом. 

Гибнет Россия? Ну, так и что, не погибла же раньше, авось и сейчас как-нибудь, тихой сапой, по кривой, которая всегда куда-то вывезет. Заводы стоят? Ну, так ведь стоят же, не развалились пока. Поля зарастают? Так надо присмотреться, чем, может, и это есть можно? Ракеты устарели - так это хорошая примета. К миру на земле. Придет рано или поздно новый Михаил Романов и нас возглавит, новый Иван Сусанин без всякой дудочки уведет интервентов, воров и шарлатанов в болото (уж чего-чего, а этого добра в России...), новые Строгановы дадут денег на армию и заводы, а новый Столыпин спасет крестьян...И заживем. Как у Христа за пазухой. 

Вместо всех указанных выше может прийти Америка, говорят отдельные пессимисты, и все забрать. Станем колонией, полезем на кедры за шишками... Замаячат за спинами господа в пробковых шлемах, шортах и со стейками... Еще глубже усвоим истину мистера Вандендаллеса: «Каждый человек обязан знать, как выглядит американский доллар. Доллар есть самый культурный предмет в Америке, а значит - и во всем мире»... Научимся на каждый вопрос отвечать «да, масса», будем делать то, что нам говорят, условная единица станет безусловной, а на флаге США появится еще одна звездочка - красная, из уважения к нам... Но ведь за это нам всем починят дороги, подъезды и трубы, подметут улицы и заводские цеха, а каждому дадут домик, траченную временем машину, прибавку к пенсии и бесплатную улыбку в «Макдоналдсе». Что такое суверенитет, нация, история, страна? Слова. Буквосочетания. Страницы из учебника. Не пощупать и на стенку не прибить. Сто значений у каждого слова. А деньги, домик, трубы - это понятно, конкретно и осязаемо. И значение у каждого слова только одно. Разве не так? Это ведь законы военного и послевоенного времени. После войны США подмяли под себя обескровленную Европу - до сих пор вышибить доллар с европейского рынка не могут. И Россию возьмут просто потому, что она слабее. А если слабый еще и богат?! И странно думать, что вместо того, чтобы прийти и взять, они вкладывают в нас деньги, чтобы мы отлежались, пришли в себя, встали и ничего им не дали. 

Так не бывает 

Не допустим! - говорят другие. Россия не нужна Западу, а нужен лес, уголь, нефть. Закончится история, русские пойдут за шумерами в учебники истории Древнего мира. Но разве так не было раньше? Разве никогда не стоял вопрос «мы или они»? Стоял. Последний раз совсем недавно, еще на памяти наших родителей. Все помнят, что семьдесят пять лет назад тоже пришли навести порядок, распланировать страну, позаботиться о будущем. И думали, что все будет, как планируется: зимой в Москве, а весной следующего года - на Урале. Кто же пойдет воевать за колхозы, ограбленные церкви, концлагеря и «чудесного грузина»? Открывали церкви, упраздняли колхозы, давали землю. Ну что плохого? А неблагодарные туземцы встали и пошли. Все вместе это называлось СССР. Не согласились на землю из чужих рук, на кем-то запланированное счастье. Некоторые из несогласных живы и сейчас, и как быть с ними? Если согласимся, то, как объяснить, что случилось с нами за эти годы? И вдруг потомки не поймут? 

Ну, мы-то ладно. А власть? Она то что? А власть ведет себя очень правильно. Они сами по себе, мы сами. Все торгуют - и они тоже. Немножко лесом на мебель, немножко землей под домики, немножко нефтью для денег, немножко властью ради спокойствия. Других нет, так что и трогать не надо. А то, как бы хуже не стало. 

А они просто сидят и ждут. Неосознанно, подсознательно ждут. 

Придут американцы - они предъявят им эдакие синенькие папочки с золотистой вязью «к докладу». А в ней - заслуги. Художественная проза. Как пекли хлеб, как наполняли солонки, шили полотенца, не останавливали экстремистов, не уничтожали бандитов, не работали, не строили, не помогали... Готовились. И будет опять все по-прежнему. Даже не заметим, что страна уже другая. Не наша. Лица-то везде те же самые. Значит, как нас колпачили, так и их колпачить будут. Кстати, наверное, будет интересно. Сейчас, привыкнув к тому, что кровь с экрана никогда не льется в комнату, а убитые герои потом спокойно делятся впечатлениями в ток-шоу, мы с интересом смотрим, куда все-таки придет страна. Ведь действительно интересно. А когда рванет, во-первых, скучно не будет, а во-вторых, опять же любопытно - где это мы все окажемся? А, может быть, все-таки стоит попробовать? Хуже-то не будет. Все равно молодежь не знает, чем заняться, - пьет пиво и слушает музыку. А взрослые тихо крестятся: «Да и слава Богу. А то поднимут козырек бейсболки, оглянутся по сторонам - такого наколбасят. Не разгребешь». А кому же колбасить, как не им? И когда же, как не между 17 и 25? «Что делать? - спросят они. - Куда идти? Не хотите делать сами, так хоть подскажите». Но никто не подсказывает. Власть молчит. 

Пройти по властным коридорам, по кабинетам - хоть по рваному провинциальному линолеуму, хоть по мрамору больших городов, повернуть ручки, войти - и на вас тоскливыми глазами взглянет и начнет мямлить про ценности демократии пораженец – вчерашний коммунист. В 1991 г. они отдали огромную страну, которую до этого грабили 70 лет. Продавали все - от нефти до яиц Фаберже, платили копейки, чтобы все были равны в нищете. Было душно, голодно, серо и тоскливо, страна медленно валилась набок, подпираемая нефтяными трубами. В конце концов, ее потеряли. Пришел бывший секретарь Свердловского обкома, хмуро обвел всех взглядом, пробурчал: «Ну и что собрались? Нечего тут. Хватит. А ну, гэть. По домам, по домам». И разошлись. Оглядываясь, недовольно бурча и покрикивая, как Хлестаков: «Я вообще-то... Со мной не советую... Ишь, ты. Разошелся. Ты смотри, не очень-то, а то мы тебя знаешь как... Как в октябре семнадцатого». Скрылось, затихло за горизонтом бурчание. Ничего не произошло, но осадок остался. 

Пришли новые хозяева и приступили к делу. 5 - 8 лет, и все ловко перешло в несколько десятков проворных умелых рук. Оказалось, что после коммунистов, после семидесятилетнего грабежа еще много чего осталось. «Государство - это они» - Людовик был бы доволен. Бессмертные Кощеи, новая аристократия вольготно закачалась на ветках рядом с русалками. Стреляют в них, бросают арканы, а они, как кот Бегемот, целые и невредимые только прыгают с каминной полки на гардину и обратно и бурчат: «Решительно не понимаю такого обращения со мной. И напоминаю - кот древнее и неприкосновенное животное».. Оффшорная аристократия. С Кощеем, как известно, можно было справиться, найдя и уничтожив яйцо. За десять лет эти сложили свои яйца в оффшор. Отправили туда вместе с женами, детьми и родственниками. Их жизнь там, в оффшорах, здесь они появляются по настроению, когда надо присмотреть новый кусочек для освоения. А поди передави там их эти яйца - жизни не хватит. 

«И это пройдет». Прошло. Вернее, прошли. Кто-то шмыгнул на Запад, кто-то воссоединился в оффшоре со своими сейфами, кто-то, прихлебывая баланду из помятой алюминиевой миски, думает: «Кажется, я сделал что-то не так». Пришли новые - бюрократы, пораженцы, серые скучные лица с глазками-бусинками, прижатыми ушами и головой, как флюгер. Всегда по ветру. Как надо - не знают, но признаться боятся. Потихоньку тянут назад - впереди-то бог весть, а сзади-то все понятно. Каждый из них когда-то в лучшие годы был в обкоме, райкоме, горкоме, директором, чиновником, секретарем, завхозом. Первые две компании промотали страну, были у власти. Третьи ни туда - ни сюда. Ни то, ни се. Ни бе, ни ме. Пары лет хватило, чтобы понять - с этими далеко и быстро не уйдешь. 

Так куда идти? 

Для начала - куда не надо идти. Как в детстве - прежде всего, надо объяснить, чего нельзя. Все остальное можно. При социализме жили - туда больше нельзя. Очереди, карточки, единогласность, «брови черные густые, зубы белые вставные...», изоляционизм. И СССР - все-таки не Россия. Сегодня стену не построишь. Повесит Запад спутник над Сибирью - и на всех каналах будет то, что нужно им, а не нам. Так что туда, за коммунистами, нельзя. Контрреволюция не нужна. 

При псевдолиберализме жили - туда тоже больше нельзя. Россия как придаток - не Россия. Когда человек добывает деньги на жизнь продажей мебели, кастрюль и сантехники из собственной квартиры, надолго его не хватит, да и уважения даже среди дворников он не стяжает. Хорошо еще, когда квартира своя. А когда общая - тогда дело дрянь совсем. Свобода, равенство, толерантность права человека хоть и красивые слова, но все-таки слова. Голосовых связок и диафрагмы игра и грудобрюшной преграды работа. А нефть конкретно в машине горит. А газ непосредственно на плите кастрюлю греет. И не согласиться с этим нельзя. И если где-то так все устроено, что чем больше прав, тем меньше газа, то туда нельзя. За «псевдолибералами» нельзя. В оффшор высасывать страну нельзя. Так что опять же контрреволюция не нужна. 

Тогда остается по-восточному мудрый срединный путь. И партия с центристской идеологией. Технологичная по-западному экономика, четкая по-российски идеология и сильная по-российски власть, демократичные по-западному порядки, укрепление по-российски традиций и культуры. Иными словами - модернизация страны, построение пророссийской модели гражданского общества и у власти - талантливые, конкурентоспособные люди. Именно те, кому от 17 и дальше. Именно те, кто должен аккуратно подойти к засиженным креслам, к дубовым столам и после тяжелой паузы эдак выразительно глазами на дверь - пора, мол, по домам. Караул устал. 

Казалось бы, борьба сегодня не в моде. Зачем? Чтобы колбаситься в формате на дискотеке, не нужно бороться. А перестал плясать, огляделся по сторонам: «Фуу, как все плохо. А у них-то...» И на Запад. За три, пять тысяч долларов сидеть в офисе от восьми до пяти и скучать: «Вот с этими бы деньгами да назад - вот где жить-то можно». Правильная мысль. Уже тепло. По ней, как по веревке, можно выбраться к еще одной, очень важной мысли - там, на Западе, наша молодежь никому не нужна. Там уже все давно занято своими, и пришельцу никогда не уступят места, везде торчат локти. Никто не даст определять судьбу не то что страны - даже конторы по производству опилок для копчения колбасы, в которой и суждено закончить свои дни. Именно Россия сейчас и есть то место, где можно заработать право определять свое будущее. И это главное. А за ним придут и деньги, и все остальное. Именно сейчас и именно здесь в море бездарностей очень нужны толковые, мыслящие люди. Где в океане воров должны встать острова честности и порядочности. Где никто не мешает. 

Главный вопрос - кто поведет 

Кто знает, куда идти, а самое главное, как? Если посмотреть, кого несут по кочкам коммунисты, с чьим именем со страшным сердцебиением вскакивают по ночам псевдолибералы, то станет понятно, кто он. Кого ругают и проклинают, кто похож на известного персонажа из притчи о брате-монахе из общины Франциска Ассизского: 

- Господи, я сорок лет молюсь тебе, но ни разу не видел тебя. Где ты? Есть ли ты? 

- А я сорок лет стою прямо за твоим плечом, - раздался внезапно голос. 

И это голос лидера центристской партии. Той самой, которая ни с левыми, ни с правыми. Этот голос звучит уже 31 год, указывая путь стране и народу. Его просто надо услышать! 

Патриотизм (Русский вопрос, русские как системообразующий народ) плюс Модернизация плюс Демократия - будет завтрашняя Россия и завтрашнее Движение, которое объяснит и поведет в своих рядах. Люди поймут и поддержат - еще никто и никогда не выступал против продвижения профессионалов на необходимые и требуемые для модернизации страны позиции. А если Америка волноваться начнет - прочесть ей книгу Паршева «Почему Россия не Америка». А если и тогда не поймут - аккуратно, методом общественного убеждения, чтя Уголовный кодекс и Библию, указать им и их сторонникам на неправоту выбранных позиций. Мы не против Запада - еще присно памятный Ленин призывал «черпать обеими руками хорошее из-за границы». Мы только за право черпать самостоятельно и что хочется. Против одного Хозяина во всем мире. Против Вашингтонского обкома, непогрешимого, как Божий суд. 

Времени нужно лет пять. До 2025 года создать систему отбора и подготовки талантливой молодежи - ведь она есть, и надо ее найти. Подготовить, объяснить, доказать, убедить. Пожать руки, вывести в свет и начать перезагрузку. Тихо, спокойно, уверенно, не спеша, дружелюбно сжимать кольцо вокруг кабинетов. Будут сопротивляться, кричать, заглядывать в глаза: «Да неужели страна развалится? Да вас обманули». Тогда надо просто спросить: «А вы верили в 1989 г., что страна через два года развалится. Нет? Мы просто умнее вас. Спасибо за опыт». 

И не будет ни «ситцевых», ни «бархатных», ни «сатиновых» революций. И будет Россия совестью планеты, независимой и великой страной. И нам спокойно будет, и предкам, и потомкам.