Роман революции.
Предисловие
Многие из вас знают про довольно известный роман Николая Гавриловича Чернышевского «Что делать?». Чернышевский был великим литературным критиком, революционным демократом, социалистом-утопистом и материалистом. Его развитие на материалистическую философию повлияло на развитие не только русской социал-демократии, но и развития философии впринципе. Он яро критиковал старые порядки, которые существовали на тот момент. Чернышевский был высоко чтим Плехановым, Марксом, Маяковским и Лениным, а в советском образовании читали его труды. Когда царское правительство гоняла и всячески издевалась над Чернышевским, он продолжал вести борьбу против царизма. В диалектике он видел, что она может быть материалистической, в противоположность Фейербаху, Чернышевский видел диалектику. Основной ошибкой Чернышевского являлся именно вопрос о рабочих в революции и само свержения самодержавия, он не мог осознавать того, что рабочие России в союзе с крестьянством смогут уничтожить старые порядки и установить социалистический базис, так же, Чернышевский допускал ошибку в том, что он называл себя антропогическим материалистом, Николай Гаврилович не мог осознать, что человек не только как биологическое существо и часть природы, а также и продукт тех или иных общественных отношений. А что же насчёт романа Чернышевского? Романы, которые писал Чернышевский, координально отличались от русской литературы XIX века. Пока все писатели писали лишь о «любви, красоты России и трагедиях», Чернышевский показал, что роман должен в себе содержать революционность эксплуатируемых масс. Николай Гаврилович смог нанести удар по старым указаниям буржуазной интеллигенции, которые метафизично застряли на эпохе Пушкина. И конечно, после такого удара, многие буржуазные мыслители решили наброситься на роман Чернышевского, все они называли его «нигилистом, предателем и нарушителем», но сами же они и служили нарушителям, эти люди, которые так восхищались феодально-буржуазным строем не смогли осознать того, что из себя представлял роман, что это был не просто роман о молодой девушке и ее матери тиране и любви с Лопуховым, в романе заключалась революционность и борьба, против современного строя. Нам пора открыть глаза людям об этом романе, как писал сам Чернышевский о нем еще в предисловии:
Да, первые страницы рассказа обнаруживают, что я очень плохо думаю о публике. Я употребил обыкновенную хитрость романистов: начал повесть эффектными сценами, вырванными из средины или конца ее, прикрыл их туманом. Ты, публика, добра, очень добра, а потому ты неразборчива и недогадлива. На тебя нельзя положиться, что ты с первых страниц можешь различить, будет ли содержание повести стоить того, чтобы прочесть ее, у тебя плохое чутье, оно нуждается в пособии, а пособий этих два: или имя автора, или эффектность манеры. Я рассказываю тебе еще первую свою повесть, ты еще не приобрела себе суждения, одарен ли автор художественным талантом (ведь у тебя так много писателей, которым ты присвоила художественный талант), моя подпись еще не заманила бы тебя, и я должен был забросить тебе удочку с приманкой эффектности. Не осуждай меня за то, — ты сама виновата: твоя простодушная наивность принудила меня унизиться до этой пошлости. Но теперь ты уже попалась в мои руки, и я могу продолжать рассказ, как, по-моему, следует, без всяких уловок. Дальше не будет таинственности, ты всегда будешь за двадцать страниц вперед видеть развязку каждого положения, а на первый случай я скажу тебе и развязку всей повести: дело кончится весело, с бокалами, песнью; не будет ни эффектности, никаких прикрас. Автору не до прикрас, добрая публика, потому что он все думает о том, какой сумбур у тебя в голове, сколько лишних, лишних страданий делает каждому человеку дикая путаница твоих понятий. Мне жалко и смешно смотреть на тебя: ты так немощна и так зла от чрезмерного количества чепухи в твоей голове.
Я сердит на тебя за то, что ты так зла к людям, а ведь люди — это ты: что же ты так зла к самой себе? Потому я и браню тебя.
Неужели ты, читатель, готов принять тот факт, что лучше оставаться догматиком и слепо верить тому, что «Что делать?» – просто роман о любви и не более? Конечно нет!
Что-же, догматичные предрассудки вокруг этого романа мы кратко высказали, теперь же, поняв то, что описывать так роман Чернышевского является настоящим преступлием. В столь краткой работе, кратко будет описан роман Чернышевского, а именно, его революционность.